Лоя Дорских – Я – невеста Кощея, или Ленка, ты попала! (страница 14)
– С-с-стой, – раздался шипящий голос, когда я готова была упасть в обморок от страха.
И не тот, как при Кощее, в нашу первую встречу. А в самый настоящий. В предсмертный обморок.
– С-с-стой, – повторил один из пауков, выходя чуть ближе ко мне. – Мы не тронем тебя.
Такому заявлению я не очень поверила, продолжая с опаской отступать назад, пока за моей спиной не раздалось шипение. Точно окружили.
– Пипе пе пис-пищая! – раздалось вдруг знакомое попискивание.
– Помпоша? – прошептала я, ища малыша глазами.
– Я виш-ш-шу, – прошипел главный паук, припадая к земле.
Сначала я подумала, что – всё. Приседание было перед прыжком и жить мне оставалось несколько секунд, но…
Вместо того чтобы прыгнуть на меня, паук просто замер.
– Пипет! – вновь подал голос мой маленький помощник, спускаясь со спины своего старшего сородича. – Пипа пама.
– А, – кивнула я паучку, переводя взгляд на выпрямившегося паука. – Твоя мама? Красивая, – нервно сглотнув, я добавила: – У тебя её глаза…
– Мой с-с-сын прав, – приблизившись ко мне, паучиха пристально рассматривала моё лицо. – Ты не нас-с-стояш-ш-шая.
– А, – повторила я, боясь даже дышать в такой близости от паучихи.
– Это ш-ш-шёрная магия, – произнесла она и не думая отстраняться. – Нельс-с-ся менять душ-ш-ши мес-с-стами. Ос-с-собенно чис-с-стое с-с-сердце рас-с-сполагать в гряс-с-сном теле.
Я не знала, что мне ответить ей.
У меня начинало складываться ощущение, что тут все уже догадались, что я не Василиса. Кроме Кощея… и это плохо. Как мне завершить начатое?
– Как вы узнали? – едва слышно произнесла я. – И как…
– Меня с-с-совут Арха, – представилась мне паучиха. – Вас-с-силис-с-су мы бы провали на час-с-сти. Тебя никто не тронет. С-с-ступай с-с-са нами.
– Да, но…
Пауки не стали ждать, пока я сформулирую вопрос, и просто выстроились в колонну, уверенно начав движение.
– Пипли! – позвал меня Помпоша, мельтеша у моих ног.
– Ну, пошли, – была я вынуждена согласиться, позволяя себя куда-то увести.
И чем дольше мы шли, тем злее я становилась.
Страх отступил, давая возможность мыслям выстраиваться в логические цепочки и делать верные выводы.
Кощей отправил Василису на смерть. Та мысль, что пришла в мою голову при появлении пауков, оказалась единственно верной.
И я не находила его поступку оправдания.
Да, не спорю, Васька та ещё… штучка от часов (как любила поговаривать моя бабуля), но есть же какие-то законы, суд, в конце концов! Но чтобы просто взять и закинуть её (то есть меня!) к паукам? Она может и заслужила такое, но…
– Приш-ш-ли, – Арха оторвала меня от мысленного линчевания Кощея.
Лес действительно резко закончился, словно расступаясь перед входом в замок Бессмертного.
– Так странно, – не сдержала я удивления, осматриваясь по сторонам. – Когда я сюда приехала, тут всё выглядело иначе.
– Ш-ш-шёрный лес-с-с, – как само собой разумеющееся пояснила мне паучиха. – С-с-ступай. Ты на с-с-своём месте, хоть и не в с-с-своём теле.
– Где-то это я уже слышала, – покачала я головой и, не сдержавшись, подхватила Помпошу на руки. – Спасибо тебе, мой маленький.
– Пе па по, – заурчал паучишка, вызвав у меня искреннюю улыбку.
Такой маленький и забавный…
Где-то я понимала поступок Кощея. Возможно, на его месте я поступила бы с настоящей Василисой точно так же. Возможно…
Но проблема заключалась в том, что сейчас скушать могли не её, а меня. И если бы Арха не поняла, что я…
– Арха, – отпустив паучишку, я обратилась к его матери. – Я могу попросить вас не рассказывать Кощею о том, кто я такая. Точнее, что я – не Василиса?
– Ес-с-сли бы я могла ему с-с-скас-с-сать, то с-с-сделала бы это не рас-с-сдумывая, – покачала головой мама Помпоши. – Но он не поймёт меня. С-с-ступай. С-с-сама рас-с-скажеш-ш-шь.
– Спасибо… наверное, – переварив формулировку её ответа, я поняла лишь одно – Кощею она меня не сдаст. – До свидания.
– С-с-свидимся, Елена, – кивнула паучиха, дожидаясь, пока Помпоша заберётся на её спину и спрячется в густой шерсти. – Обяс-с-сательно еш-ш-шё с-с-свидимся.
– Откуда вы знаете моё имя? – настороженно спросила я, но ответа так и не получила.
Пауки быстро скрылись от меня в лесу, оставив после себя лишь немного притоптанною траву.
14
– Если они тебя так злят, то, прости, конечно, – Алёна бросила быстрый взгляд на ожидающего новой порции зелья Кощея, продолжая яростно орудовать пестиком в ступке. – Но как ты собираешься взять одну из них в жёны?
– Молча, – ответил Бессмертный.
– Я сейчас серьёзно спрашиваю, – нахмурилась русалка, отложив ступку в сторону. – Как это всё работает, если среди девушек нет твоего сердца?
– Тебе правда интересно? Или ты меня просто отвлечь хочешь?
– Одно другому не мешает, – фыркнула Алёна, ощущая неконтролируемые выбросы силы со стороны Кощея. – Так что?
– А разве обязательно любить кого-то, чтобы жениться? – пожал плечами Бессмертный.
Русалка лишь покачала головой, понимая, что раз отвечать он не хочет, то и не станет говорить даже под пытками.
– Ты зелье должен был выпить только завтра, – добавив в котелок последний ингредиент, с грустью произнесла Алёна. – Я просто волнуюсь за тебя.
– И я ценю это, – тихо ответил Кощей, наблюдая за действиями русалки.
– Тогда может расскажешь, что тебя так из колеи выбило? – помешивая закипающее зелье, Алёна усмехнулась. – Не помню, когда в последний раз ты силу сдержать не смог.
Кощей и сам не мог вспомнить, когда ему доводилось терять контроль. Магия шалить начала год назад, но Бессмертному всегда удавалось сдерживать силу.
До сегодняшнего дня.
Сегодня ему пришлось впервые срочно переноситься к Алёне, а не посылать за ней.
– Точнее будет сказать,
– Она конечно та ещё зануда, но…
– Василиса Прекрасная, – точнее обозначил виновницу Бессмертный, принимая из рук Алёны чашу с готовым зельем. – Спасибо.
– Прекрасная? – удивлённо приподняла брови русалка. – И что она сделала? Потребовала подарок? Или сразу объявить её избранницей? Отказалась проходить испытания? Что?
Хороший вопрос.
Кощей никак не мог понять, что за игру затеяла Василиса. Испытания проходит, жалоб от неё ещё не поступало, хотя, учитывая избалованность девушки и её завышенную самооценку, Кощей ждал капризов, но…
Этого всего не было.
Более того, она вдруг стала изображать что-то похожее на честность. И это настораживало больше всего.