Лоя Дорских – По волчьему следу (страница 4)
Вторая истина – менять ипостась по собственному желанию могут только альфы. Все остальные оборотни перекидываются только с помощью специальных заговорённых кинжалов. Даже в первый раз. Кинжал втыкается в землю, и через него, делая сальто, отрывается от земли человек, а приземляется уже волк. И никак иначе! Если ты не альфа – то хоть лоб себе расшиби в попытках сменить ипостась – ничего у тебя не выйдет. И вот здесь у меня назревает второй вопрос, а с какого перепуга я перекинулась без всего? Нет, меня данный факт радует, но хотелось бы знать, как так получилось? Альф женщин не бывает! Даже дочери вожаков так не могут, что уж и говорить про меня, дочку простых ремесленников.
И наконец, истина третья – после наступления восемнадцатилетия у волкодлака есть ровно три месяца на инициацию. По истечению этого срока волка будет уже не вернуть. Вот только в прошлом месяце мне исполнилось девятнадцать, и, опять же, не то чтобы я жаловалась, но… Как так получилось?! И почему за всё время моего нахождения в изгнании Артур ни разу не пришёл ко мне? Ну не может же такого быть, что вожак тогда говорил правду! Или может?
Обхватив голову руками, в жалкой попытке привести в порядок мысли, я встала и поплелась в ванную, в надежде, что холодный душ хоть немного приведёт меня в чувство и вернёт способность мыслить более здраво.
Слова бывшего вожака чётко выстроились в памяти, будто он всё это мне сказал буквально пару минут назад. Сердце болезненно сжалось, при мысли, что это может быть правдой. Что Артур, действительно…
Ворвавшийся в подсознание рык волчицы вернул меня в чувство. Она права! Артур не мог так со мной поступить! Он любит меня! По-настоящему любит! Как и я его! Это всё его отец! Арсений. Вожак! Может Артур вообще не в курсе происходящего.
Ага. Не в курсе! А больше года меня нет, потому что я в прятки с ним играю! Причём мастерски, раз он меня до сих пор найти не может! Нет, здесь дело в чём-то другом. Почти вся община видела моё изгнание, он просто не может не знать где я. Другое дело, если ему это не важно. От нового несогласного рыка волчицы я мысленно отмахнулась. И так тошно, и в голову никак не придёт оправдание для любимого. Хорошо, что хоть память вернулась – наверное, это единственный плюс во всей этой истории.
- Вот оно! – осенила меня догадка. – Память!
Полностью стирать память сыну Арсений не стал бы, но кто знает, может, возможно, и частично что-то стереть? Например, меня? Или воспоминания о последней неделе перед моим изгнанием? Ведь до этого момента Артур не позволял себе ничего лишнего… Наоборот, иногда даже избегал меня…
Последняя мысль неприятно кольнула, но я отогнала её сама, не обращая внимания на рычащую внутри волчицу. Артур мне тогда всё объяснил, что ждал, пока я вырасту, что видел мою влюблённость и выжидал. Не хотел, как он тогда сказал, совращать ещё совсем ребёнка. И хоть на эти его слова я тогда сильно обиделась, то сейчас понимаю – он был прав. Только когда мне почти исполнилось восемнадцать, Артур начал проявлять ко мне внимание. Если честно, к тому моменту я уже почти оставила наивные попытки завоевать его, отложив прекрасные мечты о том, как он просит меня стать его парой. И тут – на тебе! Флиртующий Артур собственной персоной!
Окончательно заледенев под холодным душем, я выключила воду и завернулась в махровое полотенце. Вода сделала своё дело, и мыслить стало гораздо проще. Впрочем, как и принять свалившуюся на меня действительность. Артур точно не мог меня предать. Это невозможно. Всё дело в его отце, видимо Арсению я не подхожу на роль пары его сына настолько сильно, что он кардинально решил проблему. Осталось только каким-то образом встретиться с Артуром. Я уверена, что мой синеглазый альфа сможет сразу решить все наши проблемы. Мой сапфировый волк.
Залезая в то, что осталось в спальне от кровати, и до того момента, как меня всё же сморил сон, я прокручивала в голове воспоминания о своей жизни, которые ко мне вернулись. Особенно смакуя те, что связаны с Артуром. Подумать только, даже стерев полностью мне память, вожак не смог отнять воспоминание о сапфировых глазах своего сына.
Глава 2
Когда говоришь о волке, то видишь его хвост,
или первая встреча с прошлым.
Утро встретило меня не слишком радостно. Проснулась я не выспавшаяся, от солнечного света, бьющего прямо в глаза, и боли в спине, из-за неудобной позы, в которой провела всю ночь на обломках кровати. Окинув комнату быстрым взглядом, поняла, что ремонта не избежать – разрушено было всё. Да… повеселились мы с волчицей знатно, ничего не скажешь! Несмотря на творившийся вокруг хаос на моих губах невольно растянулась улыбка. Я – Владимира! Я всё помню – и это главное! Мракобесы с погромом в квартире, скоро я всё равно буду жить… где?
Конечно, самым логичным было бы вернуться в стаю и поговорить с Артуром. Но что, если вожак действительно стёр ему память? Тогда поговорить не удастся. Более того, что-то я сильно сомневаюсь, что меня вообще пропустят на территорию общины. И что делать? Связаться каким-то образом с родителями? Нет, совсем не вариант. Слишком хорошо я помню безразличие на их лицах, когда я стояла привязанная к столбу на площади. Они от меня отреклись. Старших братьев и сестёр это тоже касается. Они вообще не пришли на моё изгнание. Неужели им было настолько наплевать на мою жизнь? Неужели я так мало для них значила, что изгнание меня из стаи и стирание моей личности под корень показалось им событием, не требующим их внимания? И хоть осознание всего этого отозвалось тупой болью в сердце, я постаралась вернуться к насущным проблемам. Поплакать о вероломном предательстве семьи смогу и позже.
Итак, как же мне поговорить с любимым? Подкараулить где-то? Всё же он не постоянно сидит на территории стаи. Или же рискнуть и наведаться в бывшую общину? Можно попытаться пробраться незаметно, но я не имею ни малейшего представления о том, как это сделать. Меня изгнали до инициации, и я не знаю ни одного правила о поведении в волчьей ипостаси. Полагаться на волчицу полностью нельзя – вчера я взяла её под контроль, где она теперь и останется. Инстинкты у неё, конечно, есть, но надеяться только на них – чистой воды безумие! Значит, перед тем как отважиться на поход в общину, мне необходимо как следует потренироваться пребывать в волчьей шкуре.
А смогу ли я вообще перекинуться ещё раз? Этот вопрос застал меня врасплох, заставив волчицу внутри обиженно фыркнуть. Не злись, моя хорошая! Дай собраться с мыслями…
Вчерашняя смена ипостаси произошла слишком неожиданно и резко, при этом мной никак не контролировалась.
Глубоко вздохнув, я постаралась удобнее сесть на кровати, и, как нас учили в общине, расслабилась, мысленно представив себе место обитания своего внутреннего зверя. Что именно это за место – нам никогда не объясняли, говоря, что у каждого оно своё, и понимание того, какое оно, придёт сразу после первого обращения. Странно, но это сработало! Спустя несколько минут тишины, я увидела себя стоящей на небольшой полянке посреди ночного летнего леса. В воздухе кружили светлячки и ночные бабочки, вокруг росло множество цветов, мерцающих в мягком серебряном свете Луны, неподалёку раздавалось успокаивающее журчание ручья. Красиво!
С другой стороны поляны стояла и осматривала меня, так же, как и я её, большая чёрная волчица с пронзительными зелёными глазами. При каждом её шаге в мою сторону шкура отливала серебром от света ночного светила. Я так же осторожно шагала ей навстречу, памятуя рассказы старших оборотней о том, как важен первый контакт с внутренним зверем. Ведь если волк по какой-то причине обидится на человеческую сущность – смена ипостаси и нахождение во втором обличие может превратиться в настоящий кошмар! Разлад между человеком и зверем нередко доводил оборотней до сумасшествия, чего лично мне категорически не хочется!
- Здравствуй, моя красавица, - встретившись с волчицей на середине поляны, я присела на корточки, смотря на неё снизу-вверх и осторожно протягивая руку в сторону морды. – Разрешишь? Я никогда не причиню тебе вреда и не сделаю больно.
Минуту ничего не происходило, пока моя вторая сущность обдумывала моё предложение. Я уже начала волноваться, что из-за того, что с момента моего восемнадцатилетия прошло слишком много времени, и теперь зверь меня может не принять. Для меня и так большая загадка – как у меня вообще это получилось! Но здесь волчица смогла меня удивить. Вместо того чтобы уткнуться мордой мне в ладонь, в знак принятия меня ею, она фыркнула и завалилась на спину у моих ног, не двусмысленно намекая на разрешение почесать ей животик! Даже хвостом немного повиляла! Наивысший знак доверия! Мы – волки, мы открываем живот только рядом с теми, кому доверяем как себе. Это же самое уязвимое место! И то, что сейчас моя волчица показала мне своё абсолютное доверие – тронуло меня до слёз. Или же это были слёзы злости, и обиды на бывшую стаю, за то, что чуть не лишили меня моего внутреннего зверя.