Лоя Дорских – Да чтоб тебя Кракен сожрал! (страница 30)

– А если не смогу? – мой вопрос отец решил оставить без ответа, лишь плотнее сжал губы и наградил меня суровым взглядом.

Может он и хотел ответить, но нас вышли встречать хозяева. Возможно, папочка просто не захотел выяснять отношения при них.

Пока шёл обмен любезностями и дежурными приветствиями, я всё своё внимание сконцентрировала на женихе.

Папа очень погорячился, говоря, что я смогу им проникнуться.

Адельберт оказался высоким и очень худым мужчиной, с болезненной бледной кожей и ярко выраженными синяками под глазами. На меня он смотрел с безразличием, иногда приглаживая пятернёй свои светлые жиденькие волосёнки.

Странно…

Почему-то в моей голове возник образ высокого темноволосого мужчины, с циничной улыбкой и таинственными зелёными глазами. Я словно дорисовывала Адельберту то, чего ему не хватало до возникшего в моей голове идеала. Ширины в плечах, уверенности во взгляде.

– Принцесса…

– У меня вообще-то имя есть! – перебила я заговорившего Адельберта, тут же поняв, что ляпнула лишнего.

– Кассандра!

– Я хотела сказать, – улыбнулась я разозлившемуся отцу и родителям тощего, после чего посмотрела на самого малахольного: – Ты можешь называть меня по имени, Адельберт. Просто Кассандра. К чему нам весь этот официоз?

– Я, – тощий посмотрел на родителей, и только дождавшись от них слаженного кивка, продолжил: – не против.

Папочка сильно просчитался, если до сих пор думает, что меня сможет впечатлить Адельберт. Очень сильно просчитался.

За этого задохлика замуж я точно не пойду!

Жаль, что высказать всё папуле у меня пока возможности не было.

Когда с приветствиями было покончено, нас сопроводили на данный в нашу честь обед. За столом я больше молчала, отстранённо слушая ничего не значащую беседу, и пыталась выкинуть из головы облик того мужчины.

Надо же, что мне подкинуло воображение. Полную противоположность Адельберта! Жаль, что в реальности мне такого не встретить. Хотя, кто знает…

После обеда папа сопроводил меня в мои комнаты, и я едва не подпрыгивала от счастья, понимая, что нас оставят на какое-то время наедине.

– Итак, – стоило дверям закрыться, как я чинно опустилась в кресло, закидывая ногу на ногу. – Папочка. Как ты успел заметить – свадьбы не будет.

– Кассандра…

– Скажешь им об этом сейчас? – я сделала вид, что не видела его недовольство. – Ты обещал.

– А ты обещала дать этому мужчине шанс, – напомнил мне отец, осматривая комнату.

Если отбросить мой настрой, то здесь было очень красиво. Огромная спальня, в нежно-розовых тонах, была разделена на несколько зон, включая имитацию гостиной, с огромными панорамными окнами, выходящими в сторону моря.

– Папа, – медленно вздохнула я, собираясь с мыслями. – Ты же видел его. Мало того, что он выглядит как зомби, так ещё и на каждое слово спрашивает разрешения у родителей.

– А что плохого в том, что он уважает родителей? – папа сделал вид, что не понял меня. – Уважать старших нужно, радость моя.

– Папа…

– Кассандра, дай ему шанс, – отец понизил голос, приблизившись ко мне и присев на корточки перед креслом. – Посейдон выбрал сложную судьбу для Адельберта. При рождении он утратил всю свою силу, представляешь?

– Что это значит? – нахмурилась я.

– То, что в нём нет силы, – пояснил папа. – Совсем нет.

– Разве так бывает? – шёпотом переспросила я.

Раньше папа никогда мне не рассказывал о подобном. Даже я – дочь от человеческой женщины, могла похвастаться даром. А тут – ребёнок чистой крови… если мать его нигде не согрешила, само собой…

– Очень редко, но такое случается, – не стал подробно расписывать папа. – Поэтому я и хочу, чтобы ты смотрела не на внешность, а заглянула глубже. Да, парнишка не красавец, но у него чистое сердце. Да и с тебя он глаз не сводил.

– Серьёзно? – без энтузиазма уточнила я. – Кажется, глаз он не сводил с тебя. Ну, и с мамочки своей.

– Кассандра, – папа осторожно взял мою руку, бережно спрятав кисть в своих ладонях. – Неужели я вырастил тебя такой поверхностной?

– Дело не в этом! – насупилась я, пытаясь оправдаться. – Он мне не нравится даже! Я не хочу…

– Я прошу дать ему шанс, – мягко попросил отец. – Пообщайся с ним. Увидь в нём друга, хотя бы. Передай немного силы, чтоб вам проще было с чего-то начать общение.

– Что?! – я даже руку выдернула, ошарашенная таким предложением. – Делиться силой?! Я не ослышалась?

– Что тебя так напугало? – папа поднялся на ноги.

И действительно… я не могла объяснить, что меня так смутило. Поделиться силой – легко, это я умею. Да и от меня не убудет…

– Ладно, – махнув рукой, я тоже поднялась. – Я попробую с ним подружиться. И даже сама предложу поделиться с ним силой.

– Вот и умничка, – папа улыбнулся и поцеловал меня в лоб. – Завтра вечером состоится репетиция свадебной церемонии и…

– Я же сказала, что…

– Репетиция, – с нажимом повторил отец. – Это ни к чему тебя не обязывает. Постарайся сегодня наладить общение с Адельбертом. Уж если и отменять свадьбу, я хочу быть уверенным, что ты сделала всё возможное для того, чтобы она состоялась. А не просто морщила свой красивый носик.

– Хорошо, – устало согласилась я, ища глазами шкаф или дверь в гардеробную. – Мои вещи уже здесь? Я могу переодеться?

– Да, здесь, – кивнул отец, указав мне в сторону двери недалеко от кровати. Всё же здесь гардеробная. – Но не совсем твои. Тебе привезли одежду, соответствующую твоему статусу. Привыкай, сокровище моё.

– О, новые наряды, – довольно улыбнулась я, направившись в указанную отцом сторону. – К этому я привыкну с удовольствием.

Папа тактично решил оставить меня одну, не мешая примерять обновки.

Правда тут же подпортил настроение, у самой двери окликнув, якобы вспомнив, что на ужин за мной зайдёт Адельберт.

34

Наверное, стоит признать, что моя радость обновкам была более чем преждевременной. Слушая рассказы папы и наставников про Подводный мир, я прекрасно была осведомлена, что для женской части населения были в моде специальные брючные комбинезоны, позволяющие не только с комфортом находиться на суше, но и адаптированные для длительного контакта с водой.

Вот только перебирая свои обновки, я наблюдала лишь платья.

– Я Подводный мир вообще не увижу, что ли? – спросила саму себя, почувствовав необъяснимую тоску.

Папа в любом случае заберёт меня и представит ко двору. Выйду я замуж, или, что более вероятно – нет, я всё равно отправлюсь туда. Я же принцесса, единственная наследница и будущая правительница, кто бы и что в самом Подводном мире не говорил. Отец рассказывал, что недовольных чистотой моей крови много, для этого меня так и охраняли до вступления в силу.

Но мой день рождения совсем скоро…

– Что ж такое, – встряхнув головой, я постаралась выкинуть из головы тревожные мысли, сняв с вешалки одно из простых домашних платьев.

Меня не покидало ощущение, что я словно что-то забыла, но никак не могу вспомнить, что именно. Как будто часть моей души рвалась куда-то, зовя меня следом…

Медленно выйдя из гардеробной, я подошла к окну, прижавшись лбом в нагретое солнечными лучами стекло.

Море.

Оно словно знало что-то и манило выйти к нему, чтобы разделить со мной тайну. Но этого делать нельзя.

Едва я коснусь морской воды, как меня смогут обнаружить папины враги.

– Хотя один сумел это сделать и без привязки к воде, – напомнила я себе про похищение, которое папа стёр из моей памяти.

Интересно… а как это было? Наверняка жалкие пираты тряслись от страха, ожидая, когда морской дьявол придёт за своей дочерью. Да и зная мой характер – сомневаюсь, что я молчала, до того, как меня скрыли в трюме. О, я была уверена – я им высказала всё, что думала в тот момент, даже несмотря на совсем непрезентабельный вид. Похитили меня ведь в одном полотенце. И я очень надеялась, что нигде его не потеряла при транспортировке. Хоть я ничего и не помнила, но даже мысль о том, что я могла щеголять голой перед сборищем отщепенцев – вызывала прилив дурноты.

Я даже прошла в ванную комнату, чтобы умыть лицо холодной водой и снять с себя это наваждение. Из глади зеркала над раковиной на меня смотрело моё испуганное отражение.

– Что же не так? – чувство безысходности и нарастающей тревоги никак не желало отпускать.

Более того, эти чувства словно принадлежали не мне, а транслировались со стороны, ожидая моей реакции. Я никак не могла объяснить своё состояние и справиться с ним сама. Единственным разумным решением было срочно найти папу. Кто знает, может это побочное действие его вмешательства в мою память. Или он недостаточно запечатал мои воспоминания и теперь они вырываются наружу таким странным образом…