Лоуренс Уотт-Эванс – Отмеченный богами (страница 72)
- Ну что, сдаешься? - ухмыляясь, просипел Бредущий. Оскал казался неестественно огромным, так как губы мертвяка давно успели сгнить. С волос на немигающие черные провалы глаз стекали потоки воды.
- Убирайся к своему колдуну! - в свою очередь, тихо прошипел Оннел. - Вам не прорваться!
- Что ж, этой ночью, может быть, и не удастся, - неожиданно согласился жмурик. - Но придет День Середины Лета, и мы будем стоять у Врат Зейдабара. А ты к тому времени либо останешься без головы в Гребигуате, либо пойдешь с…
Оннел сделал резкий выпад и вонзил меч под ребра мертвецу.
- …нами, - закончил монстр и нанес ответный удар, который Оннел отразил трофейной секирой. Хрустнула кость, и кривой меч жмурика взлетел вверх вместе с отрубленной кистью.
Кто-то сзади резанул Оннела по плечу. Солдат, не обращая внимания на боль, прикончил проткнутого мечом Бредущего, и лишь после этого обернулся. Совсем рядом с ним Тимуан сражался с какой-то бывшей дамой. Клинки обоих были окровавлены, и Оннел не знал, кто его ранил. Его мог походя задеть Бредущий в нощи, но мог в пылу схватки ненароком зацепить и Тимуан.
Это не имело никакого значения. Он выдернул меч из обезглавленного тела и, развернувшись, вонзил его в горло противницы Тимуана.
Она издала шипящий звук, видимо, лезвие рассекло голосовые связки, и повернула голову. Удар секиры завершил начатое мечом дело.
- Спасибо. - Тимуана била дрожь ярости и экстаза битвы.
Оба солдата обернулись, выискивая взглядом очередного противника и, к своему изумлению, никого не обнаружили.
Шеренга появившихся прежде из воды Бредущих в нощи исчезла, и теперь нежити, которые вырвались на берег, образовали вокруг Лорда Дузона и его роты некую разновидность ожившего кладбища.
Оннел отметил, что Заступники сражаются пешими, так как всех их лошадей поубивали.
- Вперед! - скомандовал он, направляясь к бурлящей толпе врагов.
- Ты что, свихнулся? - вскричал Тимуан. - Только взгляни на них!
- А ты только взгляни на наших, каково им там драться! - парировал Оннел.
Тимуан увидел блеск оружия в свете факелов, кровь на клинках, руках и лицах. Он отвернулся, и его взгляд остановился на темной воде с ещё более темными пятнами крови, вытекающей из плывущих вниз по течению тел. А ещё дальше он увидел одиноких солдат, стоявших у кромки воды. Все они казались обессиленными и опустошенными.
- А как быть с ними? - Тимуан указывал на этих одиночек.
Оннел обернулся, думая, что земляк обратил внимание на противоположный берег, где ровными шеренгами стояли, наблюдая за битвой, Бредущие в нощи.
Враг располагал большими резервами.
А потом Оннел догадался, что Тимуан имеет в виду солдат авангарда.
- Вперед! - заорал он, указывая одиночкам мечом на окруженных врагами Заступников.
Сам он наконец-то выбрался из воды на берег и побежал к сражающимся. Несколько солдат последовали за ним. Тимуан, однако, смертельно уставший и потрясенный происходящим, остался на месте.
И в этот миг враг не выдержал. Откуда-то донеслась команда, Бредущие в нощи развернулись и направились к реке. Оннел остановился, опустив руки с зажатым в них оружием.
Он увидел, что мертвяки уводят с собой тщетно пытающихся вырваться людей.
- Они берут заложников! - завопил он, отрубив голову очередному жмурику.
Вдруг перед ним как будто из ниоткуда возник Бредущий гигантского роста. Он был облачен в проржавевшие доспехи. Оннел взмахнул секирой. Нежить отвела удар бронированным кулаком и, в свою очередь, сделала выпад коротким мечом. Тимуан, увидев, как Оннел отшатнулся, едва не потеряв равновесие, забыл про усталость и потрясение и бросился вперед.
Началась беспорядочная, не поддающаяся описанию схватка. Лишь после того как разбитый череп мертвяка рухнул на землю, Тимуан и Оннел немного перевели дух и огляделись.
Основная масса Бредущих в нощи спускалась к реке, волоча за собой орущих и упирающихся защитников Империи. Монстры спускались все глубже и глубже, пока их головы не начали исчезать под водой. Вместе с ними исчезали захваченные солдаты. Через некоторое время нежить стала возникать на другом берегу, в собственном лагере.
На западном берегу реки все ещё стоял крик. Это Лорд Дузон и несколько человек, оставшихся от отряда Заступников, стоя по колено в воде, изрыгали в бессильной ярости проклятия в адрес противника.
На восточном берегу царила тишина. Пленные, появляясь из воды, не сопротивлялись. Они безвольно висели на руках Бредущих.
Тимуан в ужасе наблюдал за дикой сценой.
- Но почему они это сделали? - спросил он. - Стоило ли брать пленных лишь для того, чтобы их тут же утопить?
Оннел, судорожно глотнув, выдавил:
- Им нужны неповрежденные тела.
- Но зачем? - прошептал Тимуан.
- Для пополнения своих рядов, - мрачно ответил Оннел.
Глава сорок третья
Лорд Кадан оглянулся на звон шпор и увидел Лорда Шуля на прекрасном сером жеребце, рысью въезжавшем в учебный лагерь Имперской Армии. Следом скакали ещё три всадника в коричневых шерстяных балахонах с низко опущенными на лицо капюшонами.
Слуги или телохранители Шуля, подумал Кадан.
- О Баэл! - прошептал он.
Сейчас он больше всего опасался новых проволочек. Положив карту военных действий на дно бочонка, где уже лежала стопка писем и докладов, он приветственно помахал гостю.
- Салют, милорд! Что привело вас в Агабдал?
Лорд Шуль обратил свой длиннющий нос в сторону Кадана, изящно соскочил с седла и ответил:
- Отчасти я пришел для того, чтобы узнать, какого дьявола ваша армия, Кадан, все ещё торчит здесь. Я вижу, как ваши воины строятся на плацу, как сидят или даже лежат. Но мне не доводилось видеть, как они проходят боевую подготовку.
Лорд Кадан, с трудом подавив желание хорошенько осадить Шуля, бросил взгляд на сопровождавших того всадников и спокойно произнес:
- Подготовка почти закончена, милорд, и армия ждет последнего приказа. Если бы вы явились на час позже, то нас здесь уже не застали.
Шуль неторопливо стряхнул невидимые пылинки со своей кавалерийской голубовато-серой, как бы присыпанной порохом накидки и лишь после этого поднял взгляд на Кадана.
- Вы сказали “нас”, милорд? Неужели вы намерены отправиться вместе с армией?
- Ну конечно! - изумился Кадан. - Я намерен повести своих людей в бой. Неужели вы полагаете, что я могу доверить кому-нибудь другому это опасное и ответственное дело?
- Ах, вот как! - кивнул Шуль. - И вы собираетесь принять командование от Балинуса, несмотря на его огромный опыт борьбы с угрожающим нам врагом?
- Я намерен выслушивать все советы Генерала Балинуса, - побагровев от гнева, но все ещё сдерживаясь, ответил Кадан. - Однако полная ответственность за все военные решения останется за мной, и только за мной.
- За вами, и только за вами, - протянул Шуль. - За все военные решения… - Внезапно обернувшись, он обратился к одному из всадников:
- Вы слышали, милорд?
Всадник откинул назад капюшон, и Кадан узрел физиономию Лорда Орбалира.
- Я все слышал! - прорычал Орбалир.
- Этого ещё не хватало, клянусь кровавым копьем Барзуара! - пробормотал Лорд Кадан и тут же возвысил голос:
- Хочу напомнить, милорды, что мы ведем войну на суше. В бой выступает маршем Имперская Армия, а не Имперский Флот.
- Вам предстоит сражаться на берегу реки, - напомнил Орбалир. - Нельзя исключать того, что вам придется воспользоваться лодками. В любом случае, дорогой Кадан, Императорский эдикт обязывает вас консультироваться со мной.
- Пусть будет так! - взревел Кадан. - Отправляйтесь с нами и консультируйте сколько влезет! Вы готовы к походу? Мы трогаемся в течение этого часа!
- Боюсь, у вас ничего не получится, - вмешался Шуль.
- Как это “не получится”? - поразился Кадан.
- Я хочу сказать, милорд, - с гадкой улыбкой промолвил Шуль, - что Имперский Совет не позволит армии отправиться на восток только под вашим командованием, оставляя Зейдабар беззащитным и уводя с собой, по странному стечению обстоятельств, всех солдат, которые участвовали в подавлении бунта, имевшего место три триады назад. Армия не сдвинется с места, пока все возможные свидетели не подвергнутся тщательному допросу в связи с имевшими место событиями. Одновременно будет сделано все, чтобы установить вашу истинную роль во всем этом.
- Мою истинную роль - в чем? Что вы несете, Шуль?
- Вашу истинную роль в бунте, Кадан, а возможно, и в иных событиях - таких, как пожар, столь удачно возникший во Дворце во время бунта.
Кадан некоторое время смотрел на Шуля, затем перевел взгляд на всадников. Орбалир злобно улыбался, лица двух других по-прежнему были скрыты под капюшонами. Какие ещё сюрпризы подготовил для него Шуль?