Лоуренс Уотт-Эванс – Отмеченный богами (страница 64)

- Не верю, - признался Лорд. - Но это не более абсурдное предположение, чем те, что выкрикивал сегодня Шуль.

Апирис ничего не ответил. Он задумался на минуту-другую, а затем пробормотал:

- Кузнец с южных холмов…

Это упоминание о южных холмах в связи Богоизбранным Заступником что-то ему говорило, но что, Верховный Жрец вспомнить никак не мог. Но вдруг его осенило.

- Бьекдау, - сказал он.

- Что? - насторожился Лорд Кадан.

- Бьекдау, - повторил Апирис. - Ведь это где-то в районе южных холмов. Разве не так?

- Более или менее. На реке Врен, чуть ниже порогов. Очень милый городок. Почему вы вдруг вспомнили о Бьекдау?

- Прошлым летом ко мне приходил из Бьекдау какой-то жрец. Он заявил, что знает наверняка, кто является подлинным Заступником, - объяснил Апирис.

- И это действительно так?

- Не знаю, - смутился Верховный Жрец. - Я его не принял, предложил обратиться к Лорду Граушу.

- И что же сказал Грауш?

- Не знаю, - с сомнением повторил Апирис.

До него доходили слухи, будто жрец из Бьекдау остался в Зейдабаре, поселившись в Великом Храме. Повторно с просьбой об аудиенции он не обращался… Если б он знал что-то действительно важное, то наверняка потребовал бы его принять… Но, с другой стороны, отчего он торчит в Зейдабаре, если не ищет встречи?

В этот миг вернулся Бишау, и оба Советника, забыв о таинственном кузнеце и жреце из Бьекдау, принялись обдумывать, что ещё способны предпринять маги для укрепления обороноспособности Империи.

Глава тридцать восьмая

- Маллед!

Зычный рев мастера перекрыл грохот дюжины молотов, бьющих по металлу, и Маллед отвлекся от работы. Он знал, что на сей раз сделал все как надо и это будет лучший его меч - не чета тем, которые выковал раньше. Скверно, что его отрывают от дела, - если сталь охладится, то может утратить закалку.

Однако ничего не поделаешь - мастер есть мастер.

- Слушаю вас, господин! - прокричал в ответ кузнец.

- Иди сюда!

Маллед бросил безнадежный взгляд на почти законченный клинок. Он поднял его щипцами и показал мастеру.

Тот мгновенно понял.

- Отдай кому-нибудь, пусть закончат за тебя, - распорядился он. - Я понимаю, твоя гордость страдает, но делай, как я говорю.

Маллед неохотно огляделся по сторонам и остановил взгляд на Дарсмите. Приятель только что запорол очередную заготовку. Теперь её ждет переплавка. Дарсмит с отвращением взирал на свою наковальню.

- Эй, - крикнул Маллед, - возьми мой!

Дарсмиту понадобилось несколько секунд, чтобы оценить ситуацию. Все поняв, он быстро перехватил щипцы, и Маллед поспешил вслед за мастером.

- В чем дело, господин, - спросил он, когда они отошли подальше от наковален.

Его сердце бешено колотилось. Наверняка пришло какое-то скверное известие из дома. Неужели кто-то заболел? Анва или Аршуи? А может, покалечился Нейл?

Вскоре оказалось, что мастер не один. Рядом с ним стояли четыре солдата в красной с золотом униформе. Маллед удивился, но все же с облегчением вздохнул. Если б известие было от Анвы или от кого-то другого из Грозероджа, то его доставила бы Безида или другая жрица, а не солдаты Имперской Армии.

- Это ваши? - спросил солдат, демонстрируя то, что осталось от пары сапог.

Маллед молча смотрел на бывшую обувь. Что это должно означать? Может, на него рассердились за то, что он замусорил руины Дворца?

- Похожи на мои, - наконец признался он. - Я потерял сапоги при тушении пожара в Императорском Дворце.

- В таком случае, - сказал солдат, - Принц Гранзер желает с вами поговорить.

Маллед от изумления захлопал глазами и раскрыл рот. Но тут же одернул себя.

- Сам Принц Гранзер? - промолвил он.

- Да, - ответил солдат. - Его Высочество расследует причины пожара, поэтому хочет с вами побеседовать.

Маллед счел это объяснение достаточно разумным, но тем не менее пребывал в замешательстве: его, деревенского кузнеца, просят побеседовать с Принцем - зятем самой Императрицы и Председателем Имперского Совета!

Конечно, все, что связано с пожаром, думал Маллед, можно было бы обсудить и на более низком уровне. Однако своими соображениями делиться не стал. Если Принц решил взять дело в свои руки, то нечего деревенскому кузнецу донимать Его Высочество своими советами или возражать против его решения. Маллед обрел дар речи, но, прежде чем заговорить, оглянулся - к великому сожалению, лишь для того, чтобы увидеть, как Дарсмит губит его клинок. Он снова обратился к солдату:

- Когда?

- Немедленно, - таков был ответ.

Маллед вопросительно посмотрел на мастера, тот лишь пожал плечами.

- Хорошо, - произнес Маллед. - Мне захватить с собой что-нибудь?

- На этот счет у нас нет никаких указаний. Нам велено привести вас. Я предлагаю отправиться сию минуту, а если вам потребуются какие-либо вещи, то за ними можно будет послать.

Маллед кивнул и последовал за солдатами. В голове его слегка помутилось.

Спустя полчаса он уже сидел в приемной в центральной башне Дворца и поглядывал из окна на город с высоты птичьего полета. Слово “немедленно” относилось, видимо, только к нему, а отнюдь не к Принцу Гранзеру. Адъютант предложил кузнецу чувствовать себя как дома, и сообщил, что Принц примет его в “ближайшее время”.

Маллед видел из окна городскую стену с парапетом из черного камня и изящной оградой из кованого металла. За стеной, как ему было известно, от Зейдабара до Гребигуаты простиралась равнина. А у реки на пути Бредущих в нощи стояли имперские солдаты, включая Оннела, Бузиана и всех остальных добровольцев из Грозероджа.

Ему следовало бы сейчас находиться в Арсенале, чтобы ковать мечи для этих людей или даже стоять плечом к плечу с ними на берегах Гребигуаты…

Но он не был солдатом, а роль Заступника играть не желал. Идея вести за собой людей в битву его не воодушевляла. Пусть этим занимается Лорд Дузон.

А кроме того, разве здесь, в Зейдабаре, не таится угроза Империи?

Вне всякого сомнения, он поступил совершенно правильно. Не сыщись в толпе здравомыслящий человек, заставивший всех шевелиться, эти идиоты позволили бы Дворцу сгореть дотла! Потеря времени здесь в ожидании Принца будет вполне оправдана, если его рассказ поможет найти предателей Империи и предотвратить подобные диверсии в будущем.

Так убеждал себя кузнец. Но когда ожидание растянулось на два часа, он уже не был уверен в правильности своих рассуждений. Маллед понимал, уйти просто так ему не удастся - с наружной стороны двери стоят часовые. Но он все же надеялся уговорить солдат выпустить его, сказавшись, к примеру, больным. Кузнец страстно желал очутиться сейчас в Арсенале - по крайней мере там он занимался каким-то реальным делом!

Но в эту минуту в приемной снова возник адъютант Принца.

- Сюда, пожалуйста, - сказал он.

Пройдя вслед за Делбуром по короткому коридору, Маллед вступил в кабинет Гранзера. Там, среди горы свитков и стопок пергамента, массы сувениров и оружия, стоял Принц, погруженный в чтение какого-то документа.

Он отложил лист в сторону, после того как Делбур объявил:

- Кузнец Маллед из Грозероджа, Ваше Высочество!

- Отлично, - произнес Принц и принялся изучать посетителя.

Его взгляд уперся в шею кузнеца, чему Принц немало удивился. Очевидно, он ожидал увидеть на этой высоте либо шевелюру, либо физиономию жителя Грозероджа. Чтобы посмотреть в лицо, Гранзеру пришлось поднять глаза. Затем Его Высочество перевел взгляд на ноги в домашних шлепанцах.

- Так, значит, ты и есть тот парень, который потерял сапоги?

- Да, Ваше Высочество.

- И ты тот, кто, организовав бригаду добровольных пожарных, начал крушить стены?

- Да, Ваше Высочество.

Гранзер присел на край стола, скрестив руки на груди.

- Могу ли я спросить, как ты до этого додумался?