Лорри Ким – Северус. Глубочайшее исследование фигуры наизагадочнейшего зельевара Хогвартса (страница 7)

Но Альбус Дамблдор продумывал свои планы со всех сторон. Так сложилось, что он был знаком с двумя волшебниками, чей труд всей жизни позаимствовал Локонс, и был одним из немногих, кто догадывался о замыслах Златопуста. Дамблдор считал, что достаточно будет поместить Локонса в уже знакомую ему школьную среду, чтобы его махинации и преступления вскрылись. Профессор Макгонагалл, которая никогда не испытывала к Локонсу симпатии, спросила Дамблдора, чему, по его мнению, ученики могут научиться у такого самовлюбленного, жадного до славы человека. Дамблдор ответил, что «даже у плохого учителя можно научиться многому: как не поступать и кем не быть». (Дж. К. Роулинг, 2013)

В «Философском камне» задача Снейпа в отношении учителя Защиты от Темных искусств заключалась в том, чтобы следить за Квирреллом до тех пор, пока проклятие не сыграет свою роль. В «Тайной комнате» игра становится чуть изощреннее. Дамблдор вновь точно знает, что Локонс не будет отравлять школу своим присутствием дольше одного года, – таково проклятие занимаемой им должности. Но у Локонса нет цели убить Гарри, поэтому Снейпа не заставляют за ним следить. И в этой ситуации Локонс служит прикрытием. Пока этот некомпетентный человек занимает пост учителя и отводит на себя проклятие, по сути эта должность пустует. Сам того не зная, Локонс дает Снейпу возможность стать настоящим учителем Защиты. Роулинг позволяет Снейпу приоткрыть завесу этого тайного плана только один раз: когда ему приходится осадить Локонса с его лживыми заявлениями, чтобы тот не мешал настоящему профессионалу бороться Темными искусствами. Несколько человек были прокляты, и спасти их может только одно зелье.

– Я приготовлю его, – влез Локонс. – Я его готовил уже, наверное, сотни раз. Я даже во сне мог бы сварганить целебный настой из мандрагоры…

– Прошу прощения, – ледяным тоном произнес Снейп. – Мне казалось, что в этой школе я специалист по зельям.

Повисла неловкая пауза. (ГП/ТК)

Кто-то или что-то в Хогвартсе объявило, что загадочная «Тайная комната» вновь открыта и угрожает «врагам наследника» – наследника Слизерина, который хотел, чтобы в Хогвартсе учились исключительно чистокровные волшебники. Драко воспользовался возможностью, чтобы лишний раз оправдать собственные предубеждения. При первом же несчастном случае, когда была проклята миссис Норрис, кошка Филча, Драко выкрикивает: «Враги наследника, трепещите! Грязнокровки, вы следующие!» (ГП/ТК) «Грязнокровки» – так оскорбляют маглорожденных волшебников и волшебниц, таких как Гермиона Грейнджер, у которых в роду не было ни одного колдуна. Выкрик Драко знаменует начало серии страшных преступлений на почве ненависти.

Гермиона твердо намерена выяснить, что Драко знает о нападениях, и для этого предлагает занять места слизеринцев, которым тот доверяет.

– Нам понадобится только Оборотное зелье.

– А что это? – одновременно спросили Гарри и Рон.

– Снейп несколько недель назад упоминал его на занятии…

– По-твоему, нам на зельях больше заняться нечем, кроме как Снейпа слушать? – буркнул себе под нос Рон. (ГП/ТК)

Гермиона, как обычно, запоминает все, что говорит Снейп. Возможно, ей это дается легче, поскольку он никогда на нее не смотрит и не обращает внимания, в то время как большинство учеников, не исключая Гарри и Рона, предпочитают по возможности не встречаться с ним взглядом. Гермиона буквально заставляет Гарри и Рона готовить Оборотное зелье вместе с ней.

К сожалению, Оборотное зелье было готово только наполовину. Им все еще нужны были шкура бумсланга и рог двурога, а найти их можно было только в личных запасах Снейпа. Гарри считал, что лучше случайно столкнуться с легендарным чудищем Слизерина, чем с профессором Зельеварения в момент ограбления его кабинета. (ГП/ТК)

И снова Роулинг подчеркивает, что для ребенка, выросшего в токсичной среде, страшное, но далекое зло может быть не таким пугающим, как повседневная мелочная тирания.

Гермиона предлагает мальчикам создать переполох во время урока Зельеварения, чтобы она тем временем могла украсть необходимые ингредиенты из кабинета Снейпа. Для этого Гарри бросает хлопушку в котел Гойла.

Зелье Гойла выплеснулось и облило весь класс. Ученики визжали, когда на них попадали капли раздувающего зелья. Малфою оно выплеснулось прямо на лицо, и его нос начал разбухать, точно воздушный шар. Гойл закрыл руками глаза, ставшие размером с тарелку, и тыкался во все стороны. Снейп пытался восстановить спокойствие и понять, что случилось. Во всей этой суматохе Гарри успел заметить, как Гермиона незаметно проскользнула в кабинет Снейпа. (ГП/ТК)

Как и следовало ожидать, Гермионе удается совершить кражу под носом у Снейпа, в то время как сам он подозревает исключительно Гарри.

– Если я узнаю, кто это сделал, – тихо сказал Снейп, – я лично позабочусь, чтобы этого человека исключили из школы.

Гарри постарался придать лицу недоуменное выражение. Снейп смотрел прямо на него, и прозвеневший спустя десять минут звонок был как нельзя более кстати. (ГП/ТК)

А далее мы становимся свидетелями одного из самых изящных повествовательных приемов Роулинг. В «Тайной комнате» она два раза прибегает к умолчанию, чтобы намекнуть читателю, что на самом деле думает Снейп.

– Снейпу никак не доказать, что это ты, – Рон попытался подбодрить Гарри. – Что он тебе сделает?

– Зная Снейпа – что-нибудь гадкое, – ответил Гарри, глядя на бурлящее зелье.

Неделю спустя, когда Гарри, Рон и Гермиона шли по коридору, они увидели небольшую группу учеников, столпившихся у доски объявлений, к которому был приколот свежий кусок пергамента. Симус Финниган и Дин Томас взволнованно замахали неразлучной троице.

– У нас будет Дуэльный клуб! – сообщил Дин. – Сегодня вечером первое собрание! Это они хорошо придумали, сейчас боевые навыки никому не помешают… (ГП/ТК)

Эти два диалога разделяет пробел между секциями текста, неделя времени и смена локации, однако один вытекает из другого. Дуэльный клуб – это ответ на риторический вопрос Рона: а что Снейп может сделать? Напряжение между соперничающими факультетами возросло настолько, что кто-то устроил на уроке настоящий взрыв, из-за которого многие в самом деле пострадали. Снейп не мог знать, что Гарри хотел только устроить небольшой переполох. Он наверняка решил, что Гарри намеревался причинить вред Гойлу; так на его месте подумал бы любой учитель. Дамблдор ни на йоту не приблизился к тому, чтобы вычислить таинственного преступника, однако Снейп должен защищать школу от Темных искусств, он должен учить детей противостоять всеобщей вражде и подозрительности, из-за которых коллективный страх только возрастает. Или, если им это не под силу, он должен обучить их приемам защиты до того, как противостояние выйдет на новый уровень.

Что делать в ситуации, когда необходимо снизить накал конфликта, не показывая при этом личной вовлеченности? Если ты работаешь вместе со Златопустом Локонсом, то достаточно подкинуть ему идею какого-нибудь кружка, упомянув его высокую квалификацию в данном вопросе; потом можно откинуться на спинку кресла и ждать, пока натура Локонса возьмет свое.

– Итак, профессор Дамблдор одобрил мое предложение открыть этот небольшой Дуэльный клуб, чтобы обучить всех вас самообороне; сам я бесчисленное количество раз оказывался в подобных ситуациях, подробнее читайте в моих книгах.

– Позвольте представить моего ассистента – профессора Снейпа, – продолжал Локонс, сверкая широкой улыбкой. – Он сообщил мне, что капельку разбирается в дуэлях, и великодушно согласился помочь мне с небольшой демонстрацией перед тем, как мы перейдем к практике. (ГП/ТК)

Иногда читатели – в особенности наиболее юные, которые привыкли доверять взрослым, – не понимают, кому принадлежала идея учредить Дуэльный клуб. Локонс утверждает, что ему, и никто не пытается оспаривать его слова. Неужели для разнообразия он решил на этот раз сказать правду? Роулинг спрятала подсказки по всей книге, нам остается только пораскинуть мозгами и отыскать их.

Локонс, что примечательно, себе не изменяет, и даже наиболее сдержанные преподаватели не могут скрыть своего недовольства.

Локонс донимает профессора Стебль, презирает Хагрида, не стесняется того, что совершенно ничего не понимает в исцеляющей магии:

– Он сам не понимает, что говорит, – заявил Локонс обступившим их взволнованным гриффиндорцам. – Гарри, не волнуйся. Сейчас я поправлю твою руку.

– Нет! – сказал Гарри. – Оставьте как есть, спасибо… (ГП/ТК)

…и говорит о себе, как о спортсмене международного класса:

– Насколько я понимаю, завтра состоится первый в этом сезоне матч по квиддичу? Гриффиндор против Слизерина, да? Я слышал, что ты хорошо играешь. Я и сам когда-то был ловцом. Меня приглашали в национальную сборную, но я решил посвятить свою жизнь истреблению темных существ. Однако если почувствуешь, что тебе требуется небольшая индивидуальная тренировка, не стесняйся, подходи ко мне. Я всегда счастлив поделиться опытом с менее успешными игроками… (ГП/ТК)

Исходя из этого, читатели могут сделать вывод, что Роулинг рисует нам человека с маниакальным пристрастием присваивать себе чужие идеи и способности, причем спорить с ним бесполезно. Можно с почти полной уверенностью утверждать, что Локонс присвоит себе любое хорошее предложение, невольно послужив прикрытием тому, кто захочет остаться в тени вместе со своими тайными замыслами.