Лори Форест – Древо Тьмы (страница 74)

Он разливает алую жидкость в наши опустевшие бокалы. Пока я слежу за ним пристальным взглядом, мой волшебный невидимый огонь разгорается всё ярче. Я почему-то начинаю мысленно рисовать себе тело Лукаса под мундиром и рубашкой. Наслаждаюсь его точно рассчитанными движениями, его гибким, сильным телом. А какие у него зелёные глаза… как лесная листва!

Лукас подаёт мне бокал, и я подношу его к губам.

— М-м-м… — На этот раз я с нескрываемым удовольствием облизываю губы. — Здесь есть… вишня… и… да, конечно, дуб!

Прикрыв глаза, я глубоко вздыхаю, и перед моим мысленным взором вырастают ветвистые деревья, мои земные линии силы обвиваются вокруг тёмных стволов. Я открываю глаза и с искренней радостью улыбаюсь Лукасу.

Он подаётся вперёд и слегка упирается своими коленями в мои.

— Я хочу поцеловать твои губы, пока на них свеж вкус этого вина, — говорит он.

Мои щёки алеют, глаза открываются шире, а огненные линии полыхают всё сильнее.

Неторопливо скользнув взглядом по моим плечам и груди, Лукас снова смотрит мне в глаза.

— Стоит наслаждаться приятным в жизни, пока у нас есть на то время и силы, Эллорен. Нам предстоит нелёгкий путь. Без роскоши и прочих излишеств. — Вздохнув, он поясняет: — Не знаю, когда в следующий раз нам удастся поспать на кровати. Нашей постелью надолго станет голая земля.

Мы молча пьём вино в дружеской тишине, и я раздумываю над словами Лукаса. В камине полыхает огонь, потрескивают дрова, вино согревает меня изнутри. «Он очень терпелив, не торопит меня», — мелькает вполне справедливая мысль. Свой магический огонь Лукас явно держит под контролем. Однако нельзя же сидеть вот так всю ночь.

Решительно вздохнув, я встаю и поворачиваюсь к Лукасу спиной.

— Помоги мне распустить шнуровку, — глядя на него через плечо, прошу я.

Сердце бьётся всё быстрее, а магическое пламя вспыхивает неудержимо, наши огненные линии силы тянутся друг другу, невидимые, но горячие.

Едва дыша, я смотрю, как Лукас ставит бокал на столик и поднимается одним гибким движением, в то же время обдавая меня волшебным огнём.

Когда он ласково касается моих рук, проводит вниз от плеч к локтям, я прерывисто вздыхаю, потому что прикосновение его ладоней ещё сильнее распаляет жар в моих магических линиях. Лукас проводит ладонями вверх по моим рукам и обнимает меня за плечи.

От него ритмичными волнами исходит тепло, и я бессознательно подстраиваю своё дыхание под его пульс. А ещё от Лукаса приятно пахнет. Закрыв глаза, я откидываюсь назад, прижимаюсь спиной к его груди и вдыхаю его аромат. Поворачиваю голову и касаюсь щекой его тёплой шеи — магический огонь вспыхивает только жарче.

«Пахнет лесом. Сосной».

Лукас чуть отодвигается и принимается распутывать искусными пальцами пианиста шнуровку на моём платье. Быстро покончив с завязками, он стягивает вышитое верхнее платье мне через голову, и я, помогая ему, поднимаю руки. Платье падает на пол, открыв тёмно-зелёную нижнюю рубашку. Я опускаю руки, и Лукас обнимает меня, прижавшись сзади крепким мускулистым телом. Волшебный огонь его линий силы вырывается наружу.

Я оглядываюсь на него через плечо, дыхание само собой учащается в предвкушении — его огонь буквально прожигает мои магические линии насквозь.

Тёплое дыхание Лукаса щекочет мне ухо.

— Сними юбку. Пожалуйста, — тихо произносит он.

Мой магический огонь тоже полыхает, наша общая магия будто подпитывается друг от друга.

Обернувшись, я сажусь на кровать, в то же время мысленно удивляясь, как трудно мне держаться на ногах от волнения и от всепоглощающего желания, которое подогревает волшебный огонь.

Неловко развязываю тесёмки, поддерживающие нижнюю юбку, сталкиваю её вниз и тоже отбрасываю на пол.

Теперь на мне только тонкая шелковая зелёная нижняя рубашка, короткие панталоны и зелёные шёлковые чулки. Огненный взгляд Лукаса, кажется, охватывает меня всю с ног до головы. Вспомнив о завёрнутом в лоскут ткани Белом Жезле, прижатом резинкой чулок к правому бедру, я осторожно вынимаю волшебную палочку и кладу её на тумбочку у кровати. Вот и всё. Я откидываюсь на подушки под взглядом Лукаса, который осыпает меня будто искрами, и потягиваюсь, устраиваясь поудобнее на бугристом покрывале. А если закрыть глаза, то сразу вспоминается вишнёвый вкус великолепного вина, и перед мысленным взором встаёт вишнёвое дерево.

Лукас на мгновение приглушает свой магический огонь, и я открываю глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как он вынимает что-то из кожаной походной сумки, привалившейся к ножке стула. Это маленькая бутылочка. Лукас вытягивает из неё что-то тонкое, серебристое и подаёт мне.

— Держи, Эллорен.

— Корень санджира? — уточняю я.

Лукас молча кивает и опускает корешок на мою открытую ладонь. Это снадобье поможет мне не зачать ребёнка. Я решительно кладу его в рот.

Горько. И стыдно, что требуется жевать его вот так, тайком.

— Разве ты не должен меня «обрюхатить»? — хитро улыбаюсь я Лукасу.

Он раздосадованно качает головой и усаживается на стул.

— Никакой романтики. Наверное, с начала времён на Эртии никто не начинал первую брачную ночь с такой фразы, — взяв со столика бокал, замечает он.

— Угу, — соглашаюсь я и поглаживаю вышивку на покрывале.

Лукас окидывает меня очень серьёзным взглядом, пока его магический огонь без устали поглаживает мои линии силы.

— Очень тонкая ткань.

— И очень гладкая, — прикусив губу, неловко шучу я.

— М-м-м.

Невидимый огонь гладит меня, рвётся ко мне жарким пламенем.

— Ты так согрел меня своим волшебным пламенем, — задумчиво говорю я, — что мне уже очень и очень хорошо.

— Прекрасно, — не двигаясь с места, сообщает Лукас. — Самое время. Потому что мне уже очень и очень хочется снять с тебя эту рубашку.

Я судорожно сглатываю. В комнате нарастает напряжение.

Раскрасневшись от наших огненных игр, я сажусь, свесив ноги с кровати, и беру со столика бокал вина. Отхлёбываю немного, всего глоток, и рассматриваю алую жидкость на свет, ощущая, как ветви дуба ласково пронизывают моё тело, сплетаются с земными линиями силы.

— Откуда у тебя эта руна повыше локтя? — непринуждённо спрашивает Лукас.

— Сейджлин Гаффни начертила, — объясняю я. — Я встречалась с ней в Сайме, у амазов. Оказывается, Сейдж — маг света. Ещё она начертила на мне руну, которая указывает на демонов.

Храбро подняв подол, я показываю Лукасу руну на животе — его взгляд становится на мгновение очень странным, он будто забывает обо всём, изучая рисунок.

— Ты была в Сайме? — сдавленным голосом спрашивает он.

Я киваю и любуюсь рубиновым вином в бокале, сквозь который просвечивает пламя камина.

— Там я впервые попробовала алкоголь, — признаюсь я с хитрой улыбкой. — Однажды ночью мы с Валаской Ксантир выпили на двоих очень много тирага.

По магическим линиям Лукаса пробегает волна изумления. Он наклоняется ко мне, смиряя трепещущий огонь.

— Подожди… ты пила тираг в Сайме с… Валаской Ксантир?

— Ну да, — с широкой улыбкой я снова подношу бокал к губам.

Лукас же явно о чём-то напряжённо размышляет.

— Что ж, наши шансы на спасение, похоже, не так уж призрачны. Вот только пройдём ущелье…

— И почему ты так считаешь?

— Потому что ву трин в союзе с амазами. И как только чародейки сообщат амазам, что ты Чёрная Ведьма, амазы пришлют за тобой королевский эскорт.

— Как удачно я подружилась с Валаской!

Лукас склоняет голову набок.

— Да, приятно знать, что Валаска Ксантир не станет за нами охотиться. А как тебя угораздило напиться с ней тирага?

Я рассказываю историю о Марине, нашей шелки, и о том, как мы отправились к амазам в Сейм, чтобы просить о помощи в освобождении всех несчастных шелки, и как я там встретила Сейдж Гаффни.

— В тот вечер у меня разболелась голова, — говорю я, — и Валаска предложила полечиться тирагом. Я выпила довольно много и почти сразу поняла, что алкоголь на меня действует… — я задумчиво улыбаюсь, — очень расслабляюще. Почти как твой магический огонь.

В глазах Лукаса мелькает лукавый огонёк. Он посылает моим линиям силы новую струю пламени.

— Хочешь ещё такого тепла?

Моя магия вспыхивает в ответ, густой поток огня врывается в его магические линии, и Лукас слегка вздрагивает от неожиданности.

— Да, хочу, — улыбаюсь я.