Лори Форест – Черная Ведьма (страница 14)
Фэллон решительно опускает руку на открытую страницу.
– Нет, нельзя, – настойчиво говорит она.
– Почему? – удивляюсь я.
– Потому что из этой ткани уже шьют платье мне, – снисходительно поясняет она.
– Жаль, – вздыхает маг Флорель, сочувственно похлопывая меня по плечу. – Не расстраивайтесь, маг Гарднер. У нас столько красивых тканей… Мы подберём вам что-нибудь другое, ничуть не хуже…
С бешено бьющимся сердцем я тоже кладу руку на лоскут ткани в альбоме и отвечаю, глядя Фэллон прямо в глаза:
– Нет. Я хочу платье из этого шёлка.
Все смотрят на меня, будто не веря собственным ушам.
Подавшись вперёд и обнажив зубы, Фэллон цедит:
– Нет. Не выйдет.
Моя рука подрагивает, но я не сдаюсь.
– Ну что ты так разволновалась, – умиротворяюще говорю я, обводя рукой примерочную и копируя насмешливый тон Фэллон. – Посмотри, здесь все ткани чёрные. А фасон платья наверняка будет другим. – Взглянув в округлившиеся от удивления глаза портнихи, я спрашиваю: – Маг Флорель, вы ведь сошьёте мне платье, непохожее на то, что будет на Фэллон?
– Моё платье шьют не здесь, – презрительно выплёвывает упрямица. – У меня другая портниха.
– Ну вот. Так даже проще, – улыбаюсь я. – Маг Флорель, вы успеете сшить мне платье из этой ткани?
Портниха оценивающе смотрит на меня, то и дело поглядывая на Фэллон, как будто решает, стоит ли ввязываться в наш спор. Наконец, гордо выпрямившись, она отвечает:
– Конечно успею. – И с холодной улыбкой обращается к Фэллон: – Милая, опишите мне фасон вашего платья, и я одену маг Гарднер совсем по-другому.
Получается, маг Флорель на моей стороне! Фэллон же улыбается так ехидно, что от неё хочется отойти подальше. Она отдёргивает руку, довольная, что я вздрагиваю от неожиданности.
– Я ухожу, – объявляет Фэллон, сверля меня злыми глазами.
Экко и Пейдж подбегают к подруге и уговаривают её остаться.
Отвернувшись от девушек, я листаю страницы, едва различая образцы тканей. Я знаю, что лучше было бы промолчать, но Фэллон так гадко обошлась с девочкой-уриской…
– Не надо, Фэллон, всё устроится, – безмятежно говорю я, намеренно не отрывая глаз от альбома. – Может быть, тебе сшить другое платье? Из гортийской шерсти. Говорят, эта ткань – последний писк моды!
Выпрямившись, я натыкаюсь на взгляд Фэллон, исполненный неприкрытой враждебности. Она тут же отворачивается, крепко сжимая в руке волшебную палочку, и уходит, громко хлопнув напоследок дверью.
Краем глаза я вижу Спэрроу – её губы на мгновение складываются в довольную улыбку.
Глава 9. Чёрная Ведьма
– Ты так похожа на Карниссу Гарднер! Просто само совершенство, – восхищается Пейдж.
Я стою перед высоким зеркалом, из которого на меня смотрит незнакомка. Мы в доме тёти Вивиан, в моей роскошной спальне. Хрустальные двери и окна в стеклянной комнате распахнуты, в ночной тьме шелестит листьями деревьев тёплый океанский бриз, на кровати возятся пушистые котята. С той памятной поездки к портнихе мы ещё несколько раз встречались с Пейдж: дважды обедали в городе в компании тёти Вивиан и ещё раз вместе покупали туфли. Пейдж нравится мне куда больше, чем Экко или Фэллон.
Вот уже целый час маг Флорель меня одевает, причёсывает и пудрит, а тётя Вивиан стоит рядом, сложив руки на груди и отдаёт приказания с уверенностью опытного художника, который надзирает за созданием важнейшего произведения всей своей жизни. И теперь мне кажется, что в зеркале отражаюсь не я, а какая-то незнакомая девушка.
Вечно спутанные тёмные пряди моих волос, которые я не знала, как укротить, лежат на плечах, искусно заплетённые в косы, а накрашенные глаза кажутся огромными и таинственными. Тщательно выщипанные брови только усиливают этот эффект. Губы вдруг стали алыми и полными, скулы подчёркнуты румянами. Удивительное дело – острые, угловатые черты лица смягчились, я выгляжу уверенно и элегантно. В ушах и на шее красуются оправленные в золото изумруды, а платье, которое сшила маг Флорель…
Не знаю, как описать это великолепие… Тончайшая вышивка на ткани появляется и исчезает с каждым движением, длинное, до пола, мерцающее платье нежно облегает плечи, расширяясь книзу.
Карнисса Гарднер считалась непревзойдённой красавицей. Враги прозвали её Чёрной Ведьмой – она действительно являлась одним из сильнейших магов Гарднерии всех времён. Удивительная и необыкновенно умная женщина, она прекрасно играла на музыкальных инструментах и бесстрашно вела на битву наши войска. Вот такая у меня была бабушка.
А я не просто похожа на неё. Я её точная копия.
– О да! – довольно вздыхает тётя Вивиан. – Прекрасно. Спасибо, Элоиза. Пожалуй, мы закончили. – Тётя встаёт и улыбается мне: – Эллорен, я жду тебя внизу через час. Пейдж тебя проводит. – Обернувшись к Пейдж, тётя продолжает отдавать указания: – Спускайтесь в зал по главной лестнице. Устроим Эллорен торжественный выход.
Ещё раз окинув меня испытующим взглядом, тётя уходит, по-дружески разговаривая с портнихой.
А я так и стою перед зеркалом, словно поражённая громом.
– Представляю, как ты гордишься своей бабушкой, – серьёзно говорит Пейдж. – Она была великая женщина. И судьба поведёт тебя по её стопам, Эллорен. Зачем бы иначе Древнейшему одаривать тебя её обликом. Вот подожди… скоро все тебя увидят!
Я следую за Пейдж по извилистым коридорам. Навстречу нам лишь изредка попадаются горничные-уриски. Они куда-то спешат и не обращают на нас ни малейшего внимания.
Наконец мы выходим на верхнюю площадку огромной лестницы с изящными перилами из вишнёвого дерева, и у меня перехватывает дыхание. Я застываю на месте, охватывая взглядом грандиозный круглый зал внизу.
Перед нами, словно море, колышется толпа важных гарднерийцев в чёрных одеждах. Примерно половина присутствующих – в военной форме, у большинства – нашивки, свидетельствующие об их принадлежности к старшим чинам. Кое-где мелькают плащи с серебряной отделкой – атрибут сильных магов.
Сначала в нашу сторону бросают лишь несколько любопытных взглядов. Потом кто-то шумно выдыхает, и в толпе воцаряется тишина.
Я молча оглядываю зал, чуть щурясь от яркого света огромной потолочной люстры – сотни свечей сияют на серебристых резных ветках берёзы среди хрустальных подвесок в форме листьев, наполняющих зал таинственными отблесками.
В самом центре зала я вдруг замечаю высокую фигуру. Это худощавый мужчина в длинной тёмной тунике, какие носят жрецы. На его груди белый знак – птица. Он моложе, чем большинство известных мне жрецов. У него правильные, немного резкие черты лица, прямые чёрные волосы зачёсаны назад, приоткрывая высокий лоб, и ниспадают на плечи. Яркие зелёные глаза смотрят пристально и живо, будто от них исходит внутренний свет.
Жрец смотрит на меня так, будто мы с ним давно знакомы и встретились после долгой разлуки. От этого взгляда хочется скрыться… поскорее и подальше.
Перед глазами вдруг возникает обгоревший ствол дерева… Чёрные обугленные ветви стремятся к высокому бескрайнему небу.
Страшный образ затягивает в пустоту отчаяния, и я хватаюсь за перила балкона, чтобы не упасть.
Дерево ещё раз вспыхивает где-то на границе сознания, а потом исчезает.
Прищурившись, я глубоко вздыхаю. Наверняка показалось. Это лишь игра света и тени.
С бешено колотящимся сердцем я снова отыскиваю в толпе жреца. Он по-прежнему смотрит на меня, как на давнюю знакомую. Рядом с ним стоит тётя Вивиан в великолепном чёрном платье, усыпанном сапфирами. Элегантным взмахом руки тётя зовёт нас присоединиться к гостям.
Пейдж кладёт руку мне на плечо и мягко, ободряюще напоминает:
– Пора, Эллорен.
Не зная, куда деваться от смущения, я машинально переставляю ноги и спускаюсь по ступенькам, покрытым мягким ковром, который, к счастью, не даёт мне поскользнуться. Вишнёвое дерево блестящих перил дарит мне капельку силы, помогает успокоиться.
Вот лестница заканчивается, толпа в изумлении расступается, и я оказываюсь прямо перед моложавым жрецом. И снова вижу чёрные ветви мёртвого дерева. Я быстро, встревоженно моргаю, и призрак тает.
Что-то здесь не так. Мне вдруг кажется, что я стою на опушке дремучего леса, а где-то во тьме, за деревьями, прячется волк. Однако все вокруг уверены, что беспокоиться не о чем.
Я встречаюсь с властным взглядом жреца.
– Эллорен, – сияя улыбкой, тётя представляет мне гостя. – Познакомься, это Маркус Фогель. Мы вместе заседаем в Совете магов. Возможно, Маркус – наш следующий верховный маг. Пастырь Фогель, позвольте представить вам Эллорен Гарднер, мою племянницу.
Маркус Фогель с какой-то змеиной грацией берёт мою руку и склоняется над ней в поцелуе. От любопытства его зелёные глаза сияют ещё ярче.
Мне очень хочется отодвинуться хоть на шаг, но, собрав все силы, я остаюсь на месте.
Как странно… кожа у Фогеля тёплая, почти горячая. А его зелёные глаза будто проникают мне в душу, видят ещё не померкший образ чёрного мёртвого дерева.
– Эллорен Гарднер, – проникновенно и неожиданно гортанным голосом произносит он. Этот вкрадчивый голос… и проницательный взгляд… глубоко внутри у меня загорается жаркая искорка, будто предупреждая о незваном госте. Мне остаётся только изо всех сил сопротивляться.
Фогель ненадолго опускает веки и, глубоко вздохнув, улыбается.
– В твоей крови – её сила. – Он внимательно рассматривает мою руку, водит пальцем по ладони. От его прикосновений меня бросает в дрожь. Фогель снова смотрит мне в глаза и тихо, будто напевая колыбельную, спрашивает: – Ты чувствуешь её силу?