Лори Флинн – Посмотри на неё (страница 53)
Она делает жест, как будто бы убирает за ухо волосы. Она не привыкла ходить с собранными в хвост волосами, но, наверное, сегодня она посчитала, что нужно, чтобы ее лицо было хорошо видно. Она хочет показать всем, что ей нечего скрывать.
– Марк набросился на меня. Я даже не поняла, как мы оказались у края. Я закричала, хотя меня никто не услышал, и Марк отпрянул назад. Он потерял равновесие и упал, – она зажмуривает глаза. – Тот звук удара, когда он упал… Я буду слышать его у себя в голове до конца своих дней.
Теперь она говорит твердо, решительно.
– Я не знала ничего про рюкзак. Я не спрашивала, что в нем было, и я туда ничего не клала. У меня была корзинка для пикника. Я побежала. Я просто должна была выбраться из леса и позвать на помощь. Возможно, мне следовало спуститься вниз к реке, но я даже не знала, как это сделать. Я бежала. Я упала на крутом спуске и поранила ноги и руки. Я заблудилась несколько раз. Мне пришлось бежать домой, потому что хоть машина Марка и стояла на выходе из леса, у меня не было от нее ключей, а мой телефон совсем разрядился, что было так глупо, ведь я всегда его заряжаю, когда ухожу из дома. Поблизости никого не было, потому что было поздно. Никого, кто мог бы помочь.
Судорожный вдох, трясущиеся пальцы, сцепленные вместе.
– Я не знала, что Киган поджидал нас в лесу. Иногда я задаюсь вопросом, не хотел ли он избавиться от нас двоих, а мне лишь повезло сбежать. Марк Форрестер не заслуживал смерти. И моя причастность к ней будет преследовать меня до конца моих дней.
Ее ногти накрашены черным лаком. Они барабанят по трибуне.
– Я знаю, что Киган рассказывает другую версию истории, но у меня такая. Я не могу заставить вас поверить мне, но, я надеюсь, что вы, по крайней мере, меня услышали.
Затем выступает Пэкстон, задавая ей очень много вопросов, пытаясь выпотрошить ее наизнанку, но она не поддается. Она отвечает на все. Ей нечего скрывать. Она не Синеглазая Убийца Бойфренда, а всего лишь девушка, девушка, которая хочет, чтобы правда восторжествовала.
Присяжным требуется два часа, чтобы посовещаться, и когда они заканчивают, Табиту Казинс объявляют невиновной в смерти Марка Форрестера.
Часть IV
Следом
PEOPLE.COM
Обвинения в убийстве по делу о Синеглазой Убийце Бойфренда сняты: Казинс выпущена из-под стражи
Суд над семнадцатилетней Табитой Казинс завершился, и присяжные вынесли единогласный вердикт, признав Казинс невиновной по всем пунктам обвинения по делу об убийстве ее бойфренда, двадцатилетнего Марка Форрестера, принстонского чемпиона по плаванию. Новые улики доказали, что друг Форрестера, двадцатилетний Киган Лич, был более вероятной кандидатурой на роль убийцы, который использовал Казинс в качестве пешки, чтобы заманить Форрестера в лес.
«Я и подумать не могла, что он настолько ужасный человек, – сообщил
Суд над Личем будет назначен в ближайшие несколько недель, однако отчеты с судебного заседания Казинс вполне четко рисуют портрет запутавшегося молодого человека с весьма явным мотивом. По словам присутствующих на суде, Лич был одержим Казинс на протяжении месяцев и искал мести после того, как она отвергла его ухаживания. Бутылка изотоника
«Я заметил, что его поведение было довольно эксцентричным за несколько недель до смерти Марка, – комментирует бывший коллега Лича, который пожелал остаться анонимным. – Плюс он даже не взял ни одного отгула после всего случившегося. Казалось, эта ситуация на него никак не повлияла».
После своего освобождения Казинс оказалась объектом всеобщего медийного интереса, попав под шквал запросов на интервью, и пока с ней невозможно связаться для получения комментариев. Многие источники утверждают, что в скором времени начнутся ожесточенные торги за право взять у нее первое телевизионное интервью. Также уже начались разговоры об издании книги, в которой Казинс должна будет рассказать всю историю и поведать миру, каково это – иметь репутацию убийцы, пока не доказали твою невиновность.
КОММЕНТАРИИ ОТКЛЮЧЕНЫ
PUBLISHERSWEEKLY.COM[23]
Мемуары попавшей под суд юной девушки будут опубликованы после торгов
Восемнадцатилетняя Табита Казинс обвинялась в убийстве своего парня и была девушкой, стоящей за поднятой в прессе шумихой, охватившей в прошлом году всю страну. Теперь же она собирается публиковать мемуары после торгов, которые прошли среди восьми крупных издательств. Казинс предположительно будет писать книгу сама, вспоминая пережитый ужас в лесу и многонедельные страдания перед судом из-за того, что с ней обращались, как с монстром.
«Это по-настоящему увлекательная история, – говорит Эддисон Лоу, главный редактор победившего в торгах издательства
Публикация мемуаров предположительно назначена на зиму следующего года.
1
Бэк
ВИДИШЬ? Я ЖЕ ГОВОРИЛ, что она ничего плохого не сделала. Так что возьми все свои слова и засунь их себе в задницу, офицер Олдмен.
И да, я больше ничего комментировать не буду. Мне уже, кажется, достаточно вопросов назадавали, сладость моя.
2
Элли
МЫ ПОЙДЕМ РАЗНЫМИ ДОРОГАМИ, я и Табби. Мы говорили о том, чтобы вместе поступить в Денверский университет, но Табби даже не подала документы. Сначала она сказала, что это из-за того, что она пропустила много уроков в школе, что она никогда не сможет наверстать упущенное. Но мы обе знаем, что это неправда. Она сидит дома и работает над книгой. Этого я совсем не понимаю, поскольку сидеть в четырех стенах я бы хотела в последнюю очередь после всего произошедшего.
Табби должна прийти ко мне в гости, чтобы помочь мне собрать вещи. Мы все лето провели вместе, как в старые добрые времена. Мы смотрели глупые реалити-шоу, ходили на длинные прогулки и ели все те вкусности, которые ее мама нам настойчиво предлагала. Мы ни разу не говорили о Марке или о том, через что Табби пришлось пройти. Я ждала, что она сама поднимет эту тему, но она не подняла. Может быть, она уже устала говорить об этом. Каким-то образом наша дружба стала больше концентрироваться на мне, как будто Табби хотела уступить мне свое место под солнцем.
Я слышу, как она звонит в дверной звонок. Вдалеке кто-то едет на мотоцикле, и это всегда заставляет меня думать о Бэке. Я не видела его все лето, но я слышала, что он остается в Колдклиффе, чтобы работать в магазине, специализирующемся на продаже и ремонте байков. В любом случае, мне все равно. Мы с Далласом снова вместе. Ну, как бы. Мы еще пытаемся понять, можем ли мы быть чем-то. Он проведет в Колдклиффе еще год, так что мы не будем слишком далеко друг от друга. Может быть, у нас есть шанс.
– Я рада, что ты остаешься в городе, – говорит моя мама Табби. Спускаясь по лестнице, я вижу их обеих внизу. Мама обнимает Табби.
– Я тоже, – говорит Табби. – С этим местом связаны все мои воспоминания. Хорошие и плохие. Я не думаю, что я пока готова все это оставить позади.
«Тот день в лесу» – это название мемуаров, которые пишет Табби с помощью женщины по имени Ария, она писательница из Нью-Йорка, они подолгу разговаривают в «Скайпе». Конечно же, я не сомневалась, что будет книга. Я просто удивлена, что Табби пишет ее сама. Она говорит, что должна сама рассказать свою историю целиком, а не позволить это делать кому-то другому и исказить правду. Она хочет, чтобы люди ее понимали. Она хочет, чтобы цирк в СМИ закончился.
Да, она так это называет. Цирк. Она все еще регулярно появляется в статьях на веб-сайтах, даже на больших вроде People или Enquirer. Я не понимаю, откуда им всем всегда известно, где она находится. Когда мы ездили на шопинг в Боулдер через несколько недель после суда, в Интернете появилась фотография нас обеих со стаканами из «Старбакса». Я представляла собой размытое пятно рядом с Табби с наполовину обрезанным лицом.
– Хоть бы они оставили ее в покое, – повторяет мама. – Она уже и так через многое прошла.
Еще должны снять фильм про жизнь Табби, про дело и про все, что ей пришлось пережить. Я не знаю, кто будет играть Табби, и возьмут ли актрису на мою роль. Мне не нравится сама идея того, что другие люди будут все это разыгрывать и примерять на себя наши шкуры. Когда я спросила Табби, как она могла такое допустить, она лишь пожала плечами.