Лоретта Чейз – Вчерашний скандал (страница 39)
— Я доверяю интуиции Делюси по этой части.
— Похоже, его не испугала чудовищная задача, вставшая перед ним, — сказала Оливия. — Нанять целый штат прислуги, желательно из близлежащих мест, держать все под контролем, наладить систему доставки продовольствия и все прочее.
— Видимо, не испугала, — вторил ей Лайл. — Геррик мне напоминает гончую, которая рвется с поводка, чтобы броситься в погоню.
— Он высокого роста и привлекательный, — добавила она.
— Значит, решено.
Появился Николс.
— Он понравился мисс Карсингтон, — объявил Лайл. — Пригласи нашего нового дворецкого.
— Николс представит вас остальным и позже покажет вам замок, — сказала Оливия Геррику. — Леди Купер и леди Уиткоут не поднимутся до полудня, это самое раннее. — Оливия подумала про себя, что Геррик не из тех, кто будет придавать этому значение. — Лорд Лайл сделал серию набросков, которые, я знаю, вы захотите изучить. Они весьма полезны. Этот замок оказался куда более сложным строением, чем мне показалось на первый взгляд. Но вы привыкли, наверное, к лестницам, которые пропускают целый этаж или внезапно обрываются. К этажам между этажами, к комнаткам, раскиданным тут и там.
— Антресоли, мисс? Да, в Глакстоне были такие же.
— Я их еще не обследовала до конца, — сказала Оливия. — Но Николс предложил, чтобы полуэтаж прямо над кухней служил комнатой для хранения документов. Я пока что перенесла туда все гроссбухи.
Геррик перевел взгляд на ту часть стены, что находилась прямо над дверью в кухонное царство.
Его манера поворота головы в сочетании с изогнутым носом напоминала Оливии ястреба.
— Ваши комнаты находятся приблизительно на том же уровне в северной башне, прямо под покоями лорда Лайла, — пояснила она.
Взгляд темных глаз переместился от северного конца зала к углу галереи менестрелей, за которой находилась дверь, ведущая в коридор к его комнатам.
— Должна вас предупредить, что вчера там был призрак, — сказала Оливия. — В галерее менестрелей.
Ястребиный взор обратился на нее. Глаза дворецкого были совершенно спокойными.
— Призрак, мисс?
— Кто-то притворялся привидением, — пояснила Оливия. — Очень неприятно. Его сиятельство отправился выяснить, каким образом кто-то посторонний попал внутрь.
— Я заметил следы вандализма, как только вошел, мисс. К несчастью, замок долго пустовал. А это звучит как приглашение.
— Очень заманчиво, я знаю, — согласилась Оливия. — Кажется, его сиятельство говорил что-то об отсутствующих ступенях в нижней части некоторых лестниц. На земле я видела обломки зубчатых стен.
— Эти грабежи начались много лет назад, — сказал Геррик. — Думаю, злоумышленники отказались от мысли продать замок по кускам. Но двор… — Он покачал головой. — Какой позор! Я бы не поверил, если бы не увидел собственными глазами.
— Двор? — Оливия попыталась вспомнить, что видела вчера, когда Лайл водил ее по внутреннему двору. Стены осыпались, камни откатились далеко от фундамента. Поверхность была, естественно, неровной. Разве что-то показалось ей странным? Она не помнила, потому что была слишком занята своими романтическими фантазиями, чтобы внимательно осмотреться вокруг.
— Они вели раскопки, — сказал Геррик. — Кто-то снова ищет эти сокровища.
— Клад? — повторил Лайл. — Есть еще идиоты, которые думают, что здесь спрятаны сокровища?
Объявление, которое примчалась сделать Оливия, было куда более пространным и драматичным, оно сопровождалось жестами и телодвижениями, что стало для Лайла тяжелым испытанием.
— Если бы я прочла все записи и книги твоего кузена Фредерика, то все бы выяснила, — твердила Оливия. — Он собирал все, что связано с замком Горвуд. Все легенды во всех вариантах. Рано или поздно я должна была наткнуться на историю о кладе.
— Надеюсь, это не имеет отношения к пиратам, а? — спросил Лайл. — Потому что мы с тобой уже искали пиратские трофеи.
Оливия улыбнулась ему. Она была без шляпы, волосы развевались на ветру, тот же ветер поднимал покачивающиеся юбки. Лайл почувствовал, как от ее улыбки тает рассудок.
Что ему с ней делать?
— Какие пираты? — сказала Оливия. — Это было во времена гражданских войн. Кромвель осадил замок. В конце концов семье и слугам пришлось бежать. Они спасались ночью, но не смогли увезти с собой все свои сокровища.
Она дрожала от возбуждения, и это было заметно. Лайлу с трудом удавалось не поддаваться ее настроению.
Ему требуется спокойствие. Ему нужен порядок. Он должен разрешить дюжину проблем, но он был не уверен, что сможет сосредоточиться на них, пока не найдет решения проблемы по имени Оливия. Он не может ничего решить, пока она стоит перед ним. Он вообще едва способен думать.
— Значит, они их закопали, — сказал он.
Она кивнула.
— Прости, что разрушаю твою прекрасную фантазию, но эту историю я слышал много раз, — сказал Лайл. — Хочешь, расскажу, что было дальше? Сторонники Кромвеля были у власти дольше, чем ожидали роялисты. Семья потеряла все, включая тайну спрятанных сокровищ. Я клянусь, каждая роялистская семья в Британии закопала свои драгоценности и серебро, прежде чем бежать в глухую полночь от Кромвеля и его полчищ. И каждая из них забыла, где они их зарыли.
— Конечно, я знаю, что это легенда, но…
— Никто, а особенно практичные шотландцы, не может быть настолько легковерен, чтобы вообразить, что спустя двести лет остались какие-то клады, — сказал Лайл. — Никто старше двенадцати лет. Пожалуйста, скажи мне, что ты в это не веришь.
— Я не верю в клады, — ответила Оливия. — Но верю в то, что кто-то их ищет. — Она огляделась. — Вот доказательство, — указала она на многочисленные холмики и ямы, которыми был усеян весь двор. — Земля сейчас влажная, так что увидеть трудно. Но Геррик заметил следы недавних раскопок.
— Тайные клады — это по твоей части, — сказал Лайл. — Можешь перекопать все, что хочется.
— Лайл, дело не в этом. Как ты можешь быть таким тугодумом? Неужели не понятно…
— Я все понимаю, но не могу отклоняться от цели, — перебил Лайл. — У нас слишком много работы. Мне нужны рабочие, и я их найду.
— Конечно, ты должен это сделать. Я только хотела…
— Мы не можем так жить, — отрезал Лайл, — с разбитыми окнами, с дождем и ветром, попадающими внутрь, с проказниками, которые проникают в замок. В былые времена никто бы не смог пробраться на балкон для музыкантов. Им пришлось бы оружием прокладывать себе дорогу. Наши призраки легко могли проникнуть через сломанную дверь, которую я тебе показывал. Ту, что ведет в подвал. Оттуда им пришлось всего лишь взобраться по разрушенной лестнице. Эту дверь необходимо починить и охранять.
— Я согласна, но…
— Я поеду в деревню и наберу работников.
Повернувшись к Лайлу спиной, Оливия ударилась об обломок крепостной стены. Если она увидит, как он уходит, то не сможет побороть искушение запустить в него чем-нибудь.
Это доставит ей удовольствие, но не изменит ни обстоятельств, ни самого Лайла.
У него много дел, и он хочет сделать их как можно быстрее. Разбираться с привидениями и кладами означает «отклоняться от цели». Как ей заставить этого упрямца понять, что это и есть корень проблемы?
Последние несколько лет кому-то пришлось приложить массу усилий. Тут должны быть веские причины, чтобы верить в существование клада.
Оливия огляделась. Поверхность внутреннего двора неровная, но этого стоило ожидать после долгих лет запустения. Фредерик Далми, очевидно, сосредоточил свое внимание на внутренней отделке.
Что же такое увидел Геррик, что они с Лайлом упустили? Перед ее приездом, как говорил Лайл, дождь шел несколько дней без перерыва. Потом они со своими лошадьми и повозками вытоптали сорняки и землю. Дождь и все остальное скрыли следы раскопок, если они вообще были.
Оливия скользнула взглядом по осыпающейся стене. Остатки сторожки возвышались в юго-западном углу. Там? Есть ли там что-то необычное? Она подошла. Возле углублений у стены лежали груды земли. Свежими следами раскопок это не назовешь, но старыми они тоже не казались.
На это обратил внимание Геррик?
Оливия немного постояла, рассматривая землю, но влажная почва ничего ей не подсказала.
— Никакой надежды, — сказала она себе. — Придется проявить благоразумие и спросить у него самого.
Лайл обнаружил, что за ночь настроение в деревне изменилось.
Со своим лакеем он заходил в магазины, делал заказы, и никто не притворялся, будто не понимает его.
Как сказала Оливия, очевидно, до деревни дошла молва о маленькой рыжеволосой девчонке, которая противостояла обезумевшему французскому повару с тесаком в руках.
К этому моменту они, вероятно, услышали и о том, как Оливия изображала призрак, превратив ужас в хохот.
Что ж, она чудо, никаких сомнений в этом нет.
Лайл и Николс зашли в таверну «Кривой посох». Для этого времени дня, как подумал Лайл, там было многолюдно. Однако, будучи единственным общественным заведением в деревне, оно служило основным местом обмена сплетнями.