Лоретта Чейз – Скандал в шелках (страница 52)

– Будет очень жаль, если ты уступишь любую женщину этому грубому созданию, – проворчала мать. – Но дело твое, Гарри. Ты всегда поступаешь по-своему. Как и твоя сестра. Клянусь, Господь наградил меня самыми неблагодарными и непокорными детьми на свете. Если бы Клара послушалась меня, не попала бы в столь злосчастную ситуацию! Мне он нравится все меньше. К тому же я его презираю. Взгляни на него! Два танца с Кларой, – и уже забыл о ней. Как подумаю, кого она могла заполучить… Нет, это уже слишком. Как нагло он глазеет на мадам! Смеет же!

– По-моему, они все нагло на нее глазеют.

– А ты, должна тебе сказать, весьма спокойно к этому относишься.

– Полагаю, к этому следует привыкнуть. Она всегда и везде будет привлекать внимание.

Насупившись, леди Уорфорд с минуту наблюдала за мадам. Потом сказала:

– Знаешь, Гарри, она кого-то мне напоминает…

Танец заканчивался, и Лонгмор заметил, как Аддерли пробирается к мадам.

– О нет, милый – процедил граф. – Забавляйся с кем хочешь, только не с моей веселой вдовой.

– С твоей? – удивилась мать. – Но она же не твоя. И ты ничего не сделал, чтобы завоевать ее.

– Все равно Аддерли не имеет на нее права. Он помолвлен с моей сестрой. Не говоря уже о том, что мадам обещала этот танец мне.

– Не устраивай сцен, Гарри! Только не здесь!

– Матушка вы ранили меня в самое сердце. Я никогда не устраиваю сцен.

Он не спешил и не расталкивал людей. Лорду Лонгмору это не требовалось. Достаточно было изобразить на лице соответствующее выражение – и гости поспешно перед ним расступались.

Когда граф подошел к парочке, оказалось, что Аддерли, неприлично близко наклонившись к уху мадам, что-то ей шептал.

– Жаль прерывать ваш тет-а-тет, – заявил Лонгмор, – но этот танец мой.

– По-моему, вы ошибаетесь. – Аддерли покачал головой. – Мадам де Вернон обещала танец мне.

Мадам в недоумении посмотрела на мужчин – и вдруг виновато потупилась.

– Какой ужас… Прошу меня простить, лорд Адд-лиии, Лорд Лан-мор верно говорить. Этот танец я обещать ему. Моя ужасная память… Умоляю не судить меня строго. Но ваш танец – следующий.

– Следующим будет ужин, – напомнил Лонгмор. – Поскольку это последний танец перед ужином… Полагаю, что удостоюсь чести повести вас к столу.

– Совершенно верно. Я забыть.

– Как легко вы все забываете! – упрекнул даму граф.

Она ответила ему неприязненным взглядом. А вот Аддерли достался куда более благосклонный.

– Увидимся после ужина, лорд Адд-лиии. Если я не слишком устать.

Аддерли поклонился и отошел со злорадной ухмылкой.

Лонгмор проводил его глазами, затем обратился к мадам:

– Считаете мое общество утомительным?

– Я не то сказать. Вы неправильно понять мои слова.

– И ваш взгляд тоже?

– О чем вы? – в растерянности пробормотала француженка.

– Я заметил, как вы на него смотрели. Полагаете, что я не могу распознать кокетство?

– Но почему я не могу кокетничать?! – возмутилась мадам – Почему мы снова и снова ссоримся из-за этого? Разве у меня на шее ошейник собачий? Я не ваш собака на поводке, лорд Лан-мор! И не принадлежать вам!

«Мечтай-мечтай», – мысленно ответил граф. Изобразив вежливую улыбку, проговорил:

– Возможно, вы правы. Но этот джентльмен принадлежит моей сестре, как я уже указывал вам.

– Чудовищно! В чем вы меня обвинять? Красть этого человека у ваша сестра?

– На днях вы, похоже, считали, что его срочно требуется украсть.

Мадам в раздражении взмахнула ручкой.

– Я сердилась и наговорить глупости. Но совсем недавно встретить вашу матушка, который так дружелюбно меня встретить. И ваша сестра простить мне маленькую ошибку. С чего вдруг мне их расстроить? Я здесь чужая. Одна. Никто меня не защитить. Кроме мои друзья. О, как я рада завести друзья!..

– Рад за вас. – Граф кивнул. – Однако же… Когда дружба переходит границы…

– Нет, я только приветлива! – Глаза блеснули синим огнем. – Да, конечно, я флиртовать с ними немного, как все женщины. Не понимать, почему вам это не нравиться. Вы не сказать мне ни единого восхищенного слова.

– Насколько припоминаю, я сказал три, – тихо произнес Гарри. – Что еще вы требуете, мадам?

Нежно-розовый румянец пополз от щек к шее, под бриллианты, украшавшие грудь Софи.

– Думаю, вы со мной играть! – бросила она.

– Вы так считаете? Считаете, что я играю вашими чувствами?

– По-моему, вам это кажется остроумная шутка.

– А разве нет?

Слезы заблестели в прекрасных глазах, и тут он вдруг понял, что они не играли. А если и играли, то все равно были очень близки к правде.

– Да-да, смешно, – кивнула мадам. – Уморительно! Ха-ха!..

И развернувшись в вихре атласа и кружев, соблазнительно покачивая бедрами, она направилась в другой конец зала.

Не успела Софи отойти, как перед ней вырос лорд Аддерли.

– Мне показалось, что вы обещали танец лорду Лонгмору.

– Похоже, я устать, – раздраженно бросила мадам, принимаясь энергично обмахиваться веером. Пусть думает, что они с Лонгмором поссорились из-за него! – Я потеряла настроений танцевать. Мне здесь больше не нравится. Я потерять всякий удовольствие от этот бал.

– Я тоже, – сказал Аддерли по-французски с ужасным английским акцентом. – И вы знаете причину.

Она посмотрела на него поверх веера.

– Разве?

– Неужели я не сказал вам? – В тихом голосе Аддерли отчетливо звучала страсть. – Неужели я не открыл вам душу? Ведь каждое слово, написанное вам, вырвано из моего сердца. Вы знаете, какие муки я терплю? Почему вы терзаете меня?

Мадам поспешно осмотрелась.

– Вы неосторожны. Кто-нибудь может услышать.

– Мы должны поговорить и все уладить. Почему вы каждый день меняете решение?

– Каждый день?.. Сколько дней мы знакомы? Да, дней, милорд. Не лет, не месяцев и даже не недель. Несколько дней, несколько писем, вот и все…

Да, она отвечала ему. Давала основания надеяться и в то же время отчаиваться. Умудрялась поощрять его и одновременно отталкивать, как бы проявляя нерешительность. Но старалась никогда не отвергать его окончательно, чтобы не давать повода сдаться и отступиться.

– Вы не должны так упорно настаивать, – продолжала мадам.

– У меня нет времени ждать. Если хотите растоптать мое сердце, сделайте это сейчас. Убейте мою надежду, только сделаете это быстро. Ради бога, не причиняйте мне лишних страданий.

Она отошла, и он последовал за ней.

– Вы торопите меня, – упрекнула она. – Женщину нельзя торопить в сердечных делах.

– Я с первого взгляда понял, что люблю вас. И понял, что мы должны быть вместе.