Лорет Уайт – Когда меркнет свет (страница 36)

– Слишком давно. А теперь не двигайся.

Он промыл ей ноги, опуская тряпку в воду, стирая кровь и опуская ее в миску. Вода порозовела от крови. Несмотря на глухую боль, ее веки потяжелели.

– Господи, сколько бренди ты туда добавил?

Блейк ухмыльнулся. Зеленые глаза блеснули.

– Достаточно.

Он надавил ей на кожу, и она вздрогнула.

– У тебя здесь приличного размера осколок. Вытаскивать будет довольно больно. Готова?

Она кивнула и резко втянула воздух, когда он вынул стекло. Блейк бросил кусок стекла в миску.

– Еще пару, ладно?

Она почувствовала, как потекла кровь. Он промокнул, вытер.

– Каково было работать медиком?

Блейк что-то сосредоточенно проворчал. Мэг рассматривала его, словно заново увидев в своем расслабленном, восприимчивом состоянии, без сил, чтобы строить стены. Блейк Саттон изменился. Заматерел. В морщинах на его лице жили истории. То, что теперь ему приходилось носить очки, вызывало у нее нежность. Но физически он оставался в великолепной форме. Это было его фирменным знаком. Она всегда помнила его таким, даже в детстве. Он был бойцом. Добрым. Защитником своего племени и семьи. Его эмоции были неподдельными, окружающие видели его искренность, он говорил, что думал. Никаких игр. А вот Джонах был хитрым, утонченным интеллектуалом. Он разыгрывал жизнь, как партию в шахматы. Просчитывал, предугадывая. Всегда начеку. Настоящий эстет. Мэг любила мыслить критериями мифологии и архетипов, когда писала книги, и если подбирать архетип для Джонаха, то он, несомненно, мессия. И в глубине души она всегда подозревала, что он видел в ней того, кого надо спасать.

Ты предвидел, что может со мной случиться, если я сюда вернусь, Джонах? Что это был за шахматный ход? Ты подозревал, что фасад, за которым я столько лет пряталась в Сиэтле, может дать трещину в Шелтер-Бэй? Неужели ты правда знаешь меня лучше, чем я сама? Неужели в глубине души понимал, что между нами действительно все кончено, а может, ничего по-настоящему и не было, и на самом деле я просто девочка из маленького прибрежного городка, которая хочет писать книги в домике у моря?

– О чем задумалась? – спросил Блейк, не поднимая взгляда.

– С чего ты вообще взял, что я задумалась?

Он посмотрел на нее, наклонил голову набок, приподнял бровь.

– Мэг Броган всегда о чем-нибудь думает, разве нет?

– Я думала о Джеффе. Когда он приехал?

– Вчера.

– Ой, – охнула она, инстинктивно дернув ногой от боли. Он удержал ее и бросил пинцет на тарелку.

– Нужно продезинфицировать. Немного пощиплет.

Действительно, щипало, и чертовки сильно. Мэг сморщилась, на глазах проступили слезы, пока Блейк обрабатывал раны на одной, а потом на другой ноге, которая пострадала меньше. Осторожно перевязал их бинтами и натянул большие чистые шерстяные носки, принесенные сверху. Из тех, что надевают под рабочие ботинки, теплые и уютные.

– Рука? – Он протянул ей ладонь. Мэг поставила пустую кружку, наклонилась вперед и дала ему руку. Блейк осмотрел и ощупал ее.

– Несколько небольших порезов – похоже, стекол здесь нет.

Он промыл ранки и перевязал ее левую руку.

– Тебе повезло, – сказал он, собирая бинты и прочее. – Ты могла сильно пораниться на тех стеклах.

– И часто Джефф приезжает?

– Был здесь всего однажды, когда умер папа.

– Он не приезжал на похороны Эллисон?

Блейк покачал головой.

– Так почему он приехал сейчас?

Он тихо фыркнул и встал, держа в руке миску.

– У него скоро свадьба.

– Что? С кем?

– Уверен, он захочет рассказать тебе сам. А я пойду уберусь. Хочешь остаться у камина или попробуешь поспать в комнате для гостей?

– У камина, – сказала Мэг, откинувшись назад и натягивая одеяло. Ей не хотелось оставаться в одиночестве. Здесь было тепло. Уютно. Блейк постоял, глядя на нее, еще несколько секунд, а потом выключил все лампы, кроме одной. Блейк занялся уборкой, а Мэг закрыла глаза и слушала далекий шум волн. Как часто бывает перед восходом, ветер усилился, и где-то хлопала ставня. О наружную стену негромко стучали буйки.

– Скоро рассвет, – заметил Блейк, увидев, что она не спит. – Схожу в душ, приготовлю Ною обед в школу, разбужу его на завтрак, отвезу на уроки. – Он замер в дверях. – Ты в порядке?

– Более чем, – прошептала она. Слишком хорошо. Даже опасно.

Он начал закрывать за собой дверь гостиной.

– Блейк.

Он замер. Их взгляды встретились.

– Спасибо.

– Просто пообещай, что не отправишься брать у Айка интервью в одиночку и не будешь делать без меня ничего рискованного.

– Ничего рискованного.

Он закрыл дверь, оставив ее с Люси, спящей на подстилке у ног. Измотанная, с помутившимся от бренди, стресса и бессонных ночей разумом, Мэг провалилась в глубокий сон впервые за много недель.

– Где ты был вчера ночью?

Генри оторвался от кружки горячего кофе, который он осторожно потягивал за столом в уголке для завтрака. Голова была словно ватная. От голоса Лори-Бэт болела голова. Но вдруг он увидел выражение ее лица и замер. Зрачки расширены. Вид безумный. Волосы растрепаны. Он медленно опустил кружку.

– Встречался с клиентом. Мы выпили. Я же сказал.

– Где? В каком баре? У кого дома?

Он замялся. Джефф позвонил ему из бара при мотеле «Блайнд Ченнел» в южной части Ваками, темного, непопулярного и дешевого места, пристанища пьяниц. Он встретился там с Джеффом вопреки здравому смыслу, против собственной воли. Уверял себя, что они просто обсудят, как решить проблему с Мэг. Но в результате они вышли далеко за рамки этих обсуждений.

– В пабе «Шелтер-Хэд», – соврал он.

– Ты вернулся очень поздно.

Он не ответил. Да, он вернулся поздно и пьяным – этот факт очевиден и не подлежит обсуждению. Это был единичный случай. Встреча со старым другом. И плохо ему было не только от похмелья. В нем снова начало пробуждаться чувство собственной фальши. Хрупкости. Словно все было на волоске от гибели – вся его чертова поддельная жизнь.

– Генри, я с тобой разговариваю.

Он резко вскочил, выплеснул кофе в раковину.

– Мне пора на работу.

– Генри! – Она поехала за ним в кресле. Он ушел в кабинет забрать портфель. Она заехала вслед за ним с покрасневшим лицом.

Он повернулся, чувствуя, как в груди вскипает горячая ярость.

– Бога ради, Лори-Бэт, дай мне…

Он умолк. Ее взгляд настораживал. Ее молчание, повисшее в воздухе напряжение вдруг стали густыми, опасными.

– Я все видела.

– Видела что?

– Видела, что у тебя в компьютере. На что ты смотришь здесь по ночам.

Кровь отхлынула от его лица. Он опустился на стул.

– Как… Как ты мог, Генри? Кто ты?! Ведь я тебя даже не знаю. Так вот кто ты такой? Я ни черта не знаю, за кого вообще вышла замуж!