Лорет Уайт – Дневник служанки (страница 20)
После этого Дейзи сделала еще несколько селфи, стараясь, чтобы в кадр попал ее живот. Сфотографировала она и сверкающие небоскребы, вздымавшиеся над гаванью Коал-Харбор, где садились и взлетали гидросамолеты. Джон работал на верхнем этаже одной из этих стеклянных башен, и она представила себе, как он восседает за своим столом, похожий в лучах солнца на золотого идола, и глядит на океан, на горнолыжные трассы, проложенные по склонам гор на другом берегу залива. Дейзи захотелось даже сопроводить снимки небоскребов тегами #
Но нет, она этого не сделает. Ни за что. Джону не нравилось ее увлечение Инстаграмом – он считал, что оно может довести до беды. А больше всему ему не нравилось, что Дейзи приобрела в социальных сетях определенную популярность, из-за чего некоторые крупные компании начали присылать ей образцы своих товаров для будущих мам. Например, на прошлой неделе она получила прелестнейший мобиль для детской кроватки с танцующими под музыку слонами и единорогами, а еще за неделю до этого ей прислали обалденно сексуальные легинсы для йоги, пошитые таким образом, чтобы в них помещался выросший живот.
Впрочем, сами легинсы Джону понравились, но стоило Дейзи сказать, что она намерена позировать в них для Инстаграма, настроение мужа сразу переменилось. Он заявил, что получать «подарки» в обмен на рекламу унизительно и что это ниже достоинства его жены.
«Нам не нужны подачки, Дейзи. Во-первых, мы не нищие, а во-вторых, из-за них кому-то может показаться, будто я не способен должным образом позаботиться о тебе. А мне не хочется выглядеть неудачником, который рассчитывает только на то, что ему что-то дадут бесплатно».
Дейзи опустила смартфон, но ее взгляд был по-прежнему прикован к сверкающей многоэтажной башне на берегу, где работал ее муж. В ушах у нее снова зазвучал голос Джона:
«Единственная причина, по которой у тебя так много подписчиков, – я. Ты
Дейзи попыталась отделаться от этого воспоминания, но резкие слова Джона ожгли ее, как удар хлыста. Дейзи вспомнила, как вчера вечером муж вернулся домой, повсюду оставляя за собой алкогольный смрад.
В полной темноте Джон тихонько забрался в постель, стараясь не разбудить жену, уверенный, что она давно спит. Но Дейзи не спала. Несколько часов кряду она лежала без света, изо всех сил стараясь убедить себя в том, что женский голос в телефоне ей просто почудился, а если не почудился – что он не имеет никакого отношения к ее мужу. Увы, успокоиться ей никак не удавалось, тем более что она некстати вспомнила: Джон уже давно не пытался заниматься с ней любовью. Ее раздавшееся из-за беременности тело, как она подозревала, больше не кажется ему привлекательным.
Сейчас Дейзи мысленно вернулась к утреннему разговору с мужем. Она помнила его почти дословно.
«Так о чем Генри хотел с тобой поговорить?» – спросила она, наливая Джону кофе.
Его лицо, хмурое и помятое, слегка напряглось, в глазах появилась настороженность, и Дейзи почувствовала легкий укол беспокойства.
«Джон?..»
Он шумно вздохнул, потер лоб. Это все похмелье, подумала она. Обыкновенное похмелье, а остальное она себе придумала.
«Пожалуйста, Джон, поговори со мной. Зачем Генри пригласил тебя в паб?»
«Он хотел поговорить о последнем заседании совета директоров. Там кое-что произошло, и Генри решил, что я должен быть в курсе… – Он отпил кофе и быстро добавил: – Похоже, я не единственный кандидат на должность административного директора нового курорта».
«Что?!»
«У меня объявился конкурент».
«Не понимаю! Что значит – конкурент?»
Джон отставил кружку с кофе, чтобы поправить галстук. Дейзи показалось, она всем телом ощущает напряжение Джона.
«Джон! В чем дело?!»
«Ты знала, да?»
«Знала
«О том, что «Терра Уэст» приняла на работу нового перспективного сотрудника. Его уже перевели в штаб-квартиру, а теперь выдвигают на должность административного директора курорта «Клакуш». Неужто ни твой отец, ни твоя мать не упоминали об этом?»
«Конечно нет. Я бы не стала скрывать от тебя что-то настолько важное».
«Не стала бы, да, Дейзи? А вот мне почему-то кажется, что это с самого начала было частью вашего плана. Ты и твои родители просто заманили меня обратно в Ванкувер. Лабден пообещал мне повышение, а ты очень кстати перестала принимать противозачаточные таблетки. Раз-два – и вот я здесь!»
«Да как ты…»
«Ладно, проехали. Извини. Я не хотел».
Дейзи почувствовала, как ее глаза наполняются жгучими слезами.
«А чего ты тогда хотел? Ты мне только и твердил, что хочешь ребенка, семью, хочешь начать все сначала после… после того кошмара! И теперь ты говоришь, что я забеременела специально, чтобы заставить тебя вернуться?!»
Джон поднялся, потом снова сел. Его широкие плечи слегка поникли.
«Извини… – Он с силой потер лицо обеими ладонями. – Вчера… Для меня это было настоящее потрясение. Прости меня, Дейзи, я… я все еще пытаюсь все это осмыслить. – Он поднял голову и посмотрел на нее. – Генри не говорил ничего конкретного, но мне кажется – все уже решено. Повышение получит тот, другой парень».
Дейзи уставилась на мужа. Стены кухни поплыли у нее перед глазами. Нет, не только стены – весь ее мир пошатнулся.
«Кто… О ком ты говоришь? Какой парень?»
«Ахмед Вахид. Он намного моложе меня и не такой опытный, но…»
«Тогда почему «Терра Уэст» решила назначить директором его? Чем ты им не угодил?»
«Чем я им не угодил? Я тебе скажу, Дейзи!.. Вахид – цветной, а я белый. Белый мужчина среднего возраста. Времена изменились, сейчас всем нужна показная инклюзивность. Мое время прошло. Я теперь не у дел. И все из-за этой гребаной политкорректности!»
«Но, Джон, это наверняка не так…»
«Не так? Я выиграл для этой страны две сраных золотых медали. Горные лыжи у меня в крови. Я здесь родился… – Он с силой ткнул пальцем в стол. – Здесь, на склонах гор Норт-Шор, в том же самом городе, где была основана «Терра Уэст»! Я был символом корпорации. Все, кто имел хоть какое-то отношение к горным лыжам, знали и уважали мое имя, и корпорация успешно превращала мою известность в деньги. Мое лицо помогало продавать все что угодно, от пива и зубной пасты до таймшеров и стиля жизни. Корпорация – корпорация твоего отца – делала на мне, на моей популярности сумасшедшие бабки. Меня выжали досуха, и вот теперь кто-то решил, что мне пора на свалку, потому что у меня белая кожа и я не говорю на пяти, сука, языках!»
«Не выражайся в этом доме! – вспыхнула Дейзи. – И не приплетай к этому моих родителей! У папы был сердечный приступ, ему пришлось выйти в отставку… Я уверена, что он не имеет к этому Вахиду никакого отношения. Скорее всего, решение было принято уже после того, как папа отошел от дел».
«Допустим, твой отец действительно ни при чем. – Джон мрачно взглянул на жену. – А знаешь, что это означает? Это означает, что твой отец и, возможно, еще Генри были единственными членами совета директоров, которые хотели видеть меня на посту директора нового курорта. С чего бы еще все остальные набросились на меня, как только Лабден ушел?» – Он покачал головой.
«А тебе не приходило в голову, что этот Вахид действительно более подходящий кандидат?»
«Ты это серьезно, Дез?»
«Джонни…»
«Я уже сорок лет «Джонни»!»
«Я просто хотела сказать… Сам подумай, пять языков, это очень… впечатляет. А «Терра Уэст» сейчас как раз стремится вырваться в лидеры на мировом рынке, может, поэтому…»
«Вырваться в лидеры?.. Ну да, конечно! Теперь все понятно! За мусульманина им, конечно, дадут дополнительные очки».
От гнева у Дейзи перехватило горло.
«А он мусульманин?»
«Наверное. Скорее всего».
«Вот видишь! Ты судишь о человеке, Джон, а сам почти ничего о нем не знаешь!»
«А ты – ты знаешь?! Господи, Дез, я думал, что хотя бы ты меня поддержишь… Ладно, мне пора». – Он поднялся и направился к выходу.
«Ты что, так и уйдешь?»
«А как? Я опаздываю». – Джон открыл стенной шкаф в прихожей, чтобы достать пиджак.
«А как же завтрак? Я специально встала пораньше, чтобы все для тебя приготовить. Сядь и поешь, ну пожалуйста!»
Джон бросил взгляд на стол, где стояла украшенная зеленью яичница, румяные тосты, мармелад, сок и разрезанный пополам рубиново-красный грейпфрут. Дейзи не поленилась даже нарвать в саду оранжевых и желтых цветов, к которым добавила несколько веточек с еще зелеными листьями.
«Не для меня, а для Инстаграма», – огрызнулся он, засовывая руки в карманы.
«Ты несправедлив, Джон!»
«Давай, скажи, что не сфотографировала все это и не выложила на свою гребаную страницу». – Он схватил свой кожаный кейс.
Дейзи затрясло. Ее переполнял гнев, с которым сражалось острое желание как-то успокоить мужа, утешить его, исправить ситуацию. Пусть у них снова все будет хорошо.