Лорет Энн Уайт – Когда меркнет свет (страница 9)

Мэг резко проснулась и какое-то время прислушивалась, пытаясь определить, что ее разбудило. Ветер замер. Все стихло. Она по-прежнему слышала заунывные корабельные гудки, но теперь еще удавалось разобрать шум волн, бьющих о волнорезы в устье бухты. Она спустилась с кровати. Часы над плитой показывали три часа ночи.

Натягивая свитер, она отвела штору и выглянула в окно. По небу стремительно неслись облака, сквозь них сияла почти полная луна, серебря воду и придавая призрачность песчаным дюнам на противоположном берегу. Дюны, за которыми нашли Шерри. Мэг дрожала, растирая руки, зависнув в мгновении между прошлым и настоящим, в ловушке между ужасными воспоминаниями и красотой бухты, которая некогда была ее домом. Маленькая гавань словно замерла во времени. Вернуться сюда – словно снова попасть в прошлое.

Она задумалась о Блейке. Он был для нее воплощением этой бухты.

Она активировала звук на термостате, включила плиту и поставила чайник, чтобы заварить чай. Раз она не может заснуть, можно заняться планом действий. Это лучше, чем просто лежать и думать. Утром она первым делом поедет к тете в пансионат. Возьмет у Ирен ключи от ворот и от дома. Осмотрит развалюху, составит список работ. Заедет в офис к агенту по недвижимости. И одновременно можно будет работать над историей, планировать интервью, зайти в полицию, в суд и раздобыть результаты вскрытия.

Мэг села за маленький столик. Сделала глоток чая, раскрыла ноутбук и начала составлять список «основных участников» – людей, которые принимали непосредственное участие в деле ее сестры. Задачей было узнать, кто из них до сих пор живет в Шелтер-Бэй. Если они здесь больше не живут, нужно раздобыть их контакты и отыскать их. Но эпицентром событий все равно остается это место. И, несмотря на эмоции, история должна быть простой – она прожила ее сама и знает это. Нужно просто рассказать ее голосами всех участников.

Первым в списке был шериф Айк Ковакс, который вел расследование. Судмедэксперт. Старый окружной прокурор. Адвокат Тайсона Мака. Хорошо бы взять интервью и у отца Тайсона Мака, Кивана Мака. Ей вдруг вспомнилась встреча с Мейсоном Маком в магазинчике на заправке. Враждебность в его глазах. По коже пробежал холодок. Ей вспомнились слова учителя.

Будь осторожна, если ты хочешь писать о настоящих преступлениях, тебе придется говорить с людьми, которые пережили нечто ужасное.

Она внесла в список имена Кивана и Мейсона.

Еще она хотела поговорить с Буллом Саттоном, который возглавлял инициативную группу поиска сестер Броган в тот роковой день. И с Дейвом Коваксом, сыном Айка, который был помощником шерифа и одним из первых оказался на месте убийства. И еще с кем-нибудь из спасательной поисковой группы шерифа, и с врачом, который ее лечил. С женщиной-полицейским, которая допрашивала ее в больнице. И отцом Джоном МакКинноном, который пытался помочь ее родителям, набожным католикам, прийти в себя после случившегося, но тщетно, потому что око за око, зуб за зуб явно было сильнее не убий… Мэг подумала и добавила имя Блейка. Она узнает, как с ним связаться, у Булла. Она не слишком хотела говорить с Блейком, но, с другой стороны, понимала, что придется, если делать все как следует. Ведь ее нашел именно Блейк. Спас ей жизнь. И не единожды.

Она взяла кружку и сделала глоток чая, глядя на мигающий курсор и слушая знакомый шум волн. Следующей в список попала Эмма Уильямс, лучшая подруга Шерри. В тот день Шерри сказала Эмме по телефону, что собирается на косу с Тайсоном Маком, чтобы вступить с ним в «запретную» связь. Разумеется, Томми Кессингер. Парень ее сестры стал к тому времени близким другом их семьи. Они тесно общались со всем его семейством. Все были уверены, что однажды Кессингеры станут их родственниками. Мэг глубоко вздохнула, подумав о встрече с Томми. Почесала бровь. Будет непросто. Но она уже ступила на этот путь. И не свернет обратно до самого конца.

Она принялась за черновые заметки, черпая факты из своих воспоминаний, и начала с того, что ей рассказывал Блейк о том роковом дне, когда они с Шерри пропали.

Чужак среди нас

Мэг Броган

БЛЕЙК

Прошло уже два часа, а Мэг еще не появилась. Туристы возвращаются на пристань, у них в лодке – ведро с огромными крабами. Блейк постоянно поглядывает на море, помогая улыбающимся и загорелым гостям пришвартоваться и высадиться на берег. На воде становится прохладно, по косе, куда направилась Мэг, медленно проплывает облако густого тумана. Из теней постепенно начинает сгущаться полумрак, и свет меркнет.

Любопытство Блейка перерастает в волнение. Он был не так уж и тайно влюблен в Мэг Броган все лето, а в каком-то смысле гораздо дольше – по-дружески, по-детски. Юная любовь трудна. Пылкая, страстная, переменчивая. Для Блейка – Мэг и есть лето. Она – океан. Она – охота за крабами. Она – сердце этой бухты. Именно она пробуждает у него желание вгрызаться в жизнь с волчьим аппетитом, откидывать голову и хохотать с полным ртом красных ягод. Из-за нее он не спит по ночам, лежа в кровати и глядя на серп луны, прислушиваясь к ритмичным ударам собственного сердца.

Ему шестнадцать. Ей почти четырнадцать. И их отношения перешли на сложный, головокружительный, зыбкий этап. Это лето усложнилось поцелуем со вкусом соли и арбуза. Прикосновением его руки к голой груди.

На материке, за прибрежной дорогой, в квартале у леса стоит резиденция Броганов, классический, отделанный винилом двухэтажный дом, окруженный любовью и тщательной заботой. Ухоженная лужайка. Маленькие прелестные клумбы. Купальня для птиц во мхе и самодельные скворечники, висящие на огромном каштане, который дарит тень в жаркие летние дни, а еще веревочная лестница, ведущая в окно спальни на втором этаже.

С заднего двора пахнет дымом от барбекю. Отец Мэг, Джек Броган, пьет имбирное пиво из охлажденной в морозильнике кружки. Он следит за огнем, потягивает напиток, наслаждается сладким ароматом свежескошенной травы. В дальнем конце сада пускает водяные арки дождевальная машина. Это их последнее лето вместе. Буквально через неделю они с Тарой, матерью Мэг, повезут Шерри в Стэнфорд.

Тара Броган готовит булочки для бургеров. Она поглядывает в окно, услышав любой звук: шуршание шин, крики, смех… Тара начинает волноваться, куда пропали дочери. Они отправились в город смотреть новый фильм. Небо покрывается облаками, начинает накрапывать дождь. Внезапно налетает ветер, он дразнит, испытывает, кружится, приносит стену густого морского тумана, которая с мрачным весельем наползает с бухты и движется по улицам города и окраин. Капризы переменчивой прибрежной погоды.

Джек переносит барбекю под крышу. Становится темно. Дождь усиливается.

Тара берется за телефон. Сначала она звонит лучшей подруге Шерри, Эмме. Ее нет дома. Тара находит кого-то, кто был в кинотеатре. Никто не видел там Шерри и ее младшую сестру Мэган. Волнение перерастает в тревогу. В городке на побережье Орегона начинается шторм. Со стороны Шелтер-Хэд раздаются корабельные гудки. По радио передают, что ожидается его усиление.

Круг обзваниваемых расширяется, друзья звонят друзьям. От паники у Тары темнеет в глазах и белеет лицо. Приходят соседи. Включается чайник, наливается чай. Все говорят вполголоса, когда Джек Броган наконец звонит хорошему другу, шерифу Коваксу.

Ковакс немедленно высылает поисково-спасательный отряд. Они разрабатывают план поиска, но понятия не имеют, с чего начать. Лес? Город? Окрестности кинотеатра? Пляжи? Они живут посреди океана, вокруг целые мили дюн, а лес простирается до самых гор. И нет точки, где бы их «видели в последний раз».

Уже почти в полной темноте поступает звонок с причала Булла Саттона. Сын Саттона, Блейк, видел, как ранним вечером Мэг Броган взяла семейную лодку Броганов. И до сих пор не вернулась.

– Куда она направилась? В какую сторону? Ты видел? – допрашивает Джек Броган, спустившись к причалу, и трясет парня, схватив за воротник, пока дождь и ветер хлещут его по лицу. Его глаза безумны, слова жестоки, сердиты, полны отцовского страха. – Какого черта ты никому не сказал!

– Я не знал, что она пропала! Я работал, собирал крабов.

– В какую сторону она направилась?

– Туда. Через бухту, к косе, – показывает Блейк. – Я… Я не думал, что что-то не так. Мэг знает здешние воды…

– Черт подери, ей всего тринадцать!

Блейк не напоминает ее отцу, что на следующей неделе Мэг исполнится четырнадцать. Он не рассказывает Джеку Брогану, сколь сладки губы его дочери и как ему хочется заняться с ней тем, что он видит во снах.

– Разве ты не знал, что собирается шторм!

– Джек, – шериф Ковакс кладет широкую ладонь Брогану на плечо, – полегче. Дай я поговорю с Блейком.

Приезжает пожарная машина, «Скорая», фургон поисково-спасательной службы. Еще полиция. В шторме пульсируют сине-красные огни. Мужчины и женщины в тяжелом штормовом снаряжении собираются вокруг фургона. Загорается прожектор. В бухту выходит спасательная лодка.

Шериф отводит Блейка в сторону. Лицо большого полицейского побелело от волнения.

– Шерри была с ней?

– Нет.

– Она говорила с тобой перед отъездом?

Блейк сглатывает. Опускает взгляд. Его лицо тоже бледно, челюсть сведена, мускулы на руках и шее напряжены до предела. Он должен был что-то сделать, сообщить кому-то раньше, оставить туристов и отправиться на поиски самостоятельно…