Лорен Оливер – Копия (страница 56)
– Какие-то проблемы? – спросил водитель. У него был острый взгляд и близко посаженные глаза, словно специально созданные замечать любую мелочь.
– Пожалуйста, – только и смогла выговорить Лира. Она все еще задыхалась отчасти от бега и отчасти от облегчения, которое испытала.
– Никаких проблем, – ответила доктор О’Доннелл, глядя ему в лицо. Она изменилась в одно мгновение. Минуту назад она умоляла их остановиться и послушать ее. Но вот доктор уже сбросила старую кожу и облачилась в новую. – Простите, что вам пришлось проделать путь сюда. Но мы не ожидали, что они могут так отреагировать.
Он переводил взгляд с Лиры и Ориона на доктора и обратно.
– Что значит «отреагировать»?
– Это пациенты-добровольцы, – мягко сказала доктор О’Доннелл.
– Она лжет, – возразил Орион.
Но доктор и бровью не повела.
– Порой наши пациенты пугаются, иногда у них даже случается паранойя. Но это первый раз, когда кто-то пытается сбежать.
Она лгала так легко и самозабвенно, словно всю жизнь только и готовилась произнести эту речь. И Лира так остро возненавидела доктора, что ее чуть на куски не разорвало от ненависти.
А самое худшее – доктор О’Доннелл ведь всерьез считала себя хорошим человеком. Она была крайне удивлена, что Орион и Лира оказались такими
Потому что глубоко внутри она, конечно, понимала, что они этого не заслуживают. Они
По сути, она даже хуже, чем доктор Саперштайн. Он относился к репликам как к предметам. Но он хотя бы не притворялся.
Доктор О’Доннелл притворялась, что реплики что-то значат для нее, и хотела, чтоб они ее за это любили.
Женщина с пассажирского сиденья приблизилась к ним. Пальто у нее на талии смялось.
– Это какое-то медицинское исследование? – спросила она.
Доктор О’Доннелл улыбнулась, и Лира не могла поверить, что когда-то любила эту улыбку.
– Абсолютно верно, – сказала она. – Медицинское исследование. Тестирование фармацевтических средств. Все только добровольно.
– Она лжет. – Лира наконец обрела способность дышать. Но речь требовала от нее таких усилий, что каждое слово казалось маленьким взрывом. – Она держала нас взаперти. Она… она нас не отпустит. Не верьте ей.
Доктор О’Доннелл даже не взглянула на нее.
– Паранойя, как я и сказала.
Пожарные обменялись взглядами.
– Они кажутся довольно подавленными, – засомневался мужчина. Но Лира готова была поклясться, что он тянет время.
– Конечно, они подавлены, – ответила доктор. – У них плохая реакция на новый препарат.
Голос ее звучал спокойно. И сама она казалась спокойной. А как выглядели они с Орионом, даже трудно было вообразить.
– И я не могу помочь им, пока мы не вернем их в здание. Они нуждаются в наблюдении. Нужно следить за их сердечным ритмом.
Лира сразу поняла, что доктор О’Доннелл одержала верх. Она увидела, что пожарные поверили ей. Они стряхнули свои сомнения, словно какой-то раздражитель.
– Пожалуйста… – попытался Орион, но его голос сорвался, и Лира увидела, что он тоже все понял.
– Спасибо, что приехали, – сказала доктор О’Доннелл. – Мы вам очень признательны.
Пожарные уже вернулись к своему грузовику. И, хотя они отошли всего на несколько шагов, Лире казалось, что они уже исчезли из ее жизни и превратились в воспоминание.
– Подождите! – закричала она им из своего колодца, затопленного страхом и гневом. – Подождите, – попросила она еще раз, когда оба они обернулись к ней.
Доктор О’Доннелл продолжала играть свою роль, стараясь не давать волю раздражению.
– Серьезно, нам срочно нужно отвести их внутрь…
– Она обещала, что разрешит мне позвонить маме, – выпалила Лира. Орион заметно напрягся.
Доктор О’Доннелл изумленно посмотрела на нее. Казалось, неосторожным движением кто-то смахнул с нее маску.
– Она обещала, – снова солгала Лира, уже намного увереннее. Если доктор О’Доннелл умеет мастерски сочинять истории, почему бы и Лире не попробовать себя в роли автора. Тогда, возможно, дальше игра пойдет по ее правилам. – Она сказала, если мне будет страшно, я смогу позвонить маме.
Доктор облизнула губы.
– Я никогда…
Но на этот раз пожарные заняли сторону Лиры…
– Бога ради, разрешите девочке связаться с матерью, – сказал мужчина.
На полсекунды О’Доннелл и Лира встретились глазами. Доктор прищурилась, словно смотрела на девушку сквозь густой туман. Хотела бы Лира знать, что она увидела. Что Лира была молода и глупа? Что она
Доктор О’Доннелл по-прежнему выглядела ошеломленной. Она ведь знала, что у Лиры нет матери.
Может, поэтому она и решила сдаться.
– Ладно, – она пожала плечами.
Докторша достала свой телефон и, набрав пин-код, молча протянула его Лире.
Лира умела запоминать ряды цифр. Этому она научилась в Хэвене. Доктора регулярно проводили такой тест, чтобы отследить, как быстро прионы разрушают ее мозг. А еще она умела наблюдать. Она не училась этому намеренно, это получалось само собой.
А реальный мир научил ее лгать.
Лира набирала номер очень медленно, чтобы быть уверенной, что она не ошибается.
Доктор О’Доннелл нахмурилась.
– Если честно, это не принято, и…
Но пожарные молча оставались на своих местах, наблюдая за происходящим.
Лира поднесла телефон к уху и с силой прижала, словно это была одна из ракушек Кассиопеи.
Один гудок, второй.
– Ну, ответь же, пожалуйста.
Доктор О’Доннелл теряла терпение. У нее задрожала губа.
– Ладно, хватит.
– Подождите, – попросила Лира. Сердце у нее билось так громко, что заглушало гудки.
В эту секунду в трубке раздалось бормотание и кашель.
– Рейнхардт, – его голос звучал сухо, но вместе с тем дарил ощущение комфорта, словно песок.
Она закрыла глаза и представила себе, как его имя медленно поднимается в темноте, освещая все вокруг, словно звезда, увиденная через телескоп.
– Детектив Кевин Рейнхардт, – повторил он. – Слушаю.
В горле у Лиры пересохло. Говорить было больно. Когда она снова открыла глаза, на нее пристально смотрела доктор О’Доннелл. Шокированная.
– Вы подобрали меня в Нэшвилле, – сказала Лира. – Вы говорили, я могу позвонить, если мне нужна будет помощь.
Все вокруг застыли: Орион, наблюдающий за ней, пожарные и доктор с недовольным лицом. Только насекомые по-прежнему жужжали вокруг, напоминая шум мотора.