Лорен Лэндиш – Продана: по самой высокой цене (ЛП) (страница 13)
И я уверен, к чертовой матери, что не собираюсь этого допустить.
— У тебя есть мое слово, — ее голос дрожит.
— Мне не нужно твое слово, — говорю я хриплым голосом, показывая свое доминирование над ней и указывая на серьезность того, что я испытываю к ней, отказывающей мне в этой просьбе.
Я не буду ставить ей ультиматум. Она еще не моя, и эта демонстрация неповиновения — не очень хороший знак. Но у нее имеется прошлое. И я остро осознаю тот факт, что ее восприятие отличается от моего. У нее есть реальные опасения, которые должны быть решены. Тем не менее, я хочу, чтобы она была помечена как моя.
— Меня рассердит, если ты отвергнешь мой ошейник.
Она обнимает себя руками и смотрит в сторону, печаль заметна в ее прекрасных чертах.
Она медленно поднимает подбородок, ее глаза находят мои.
— Это все, что я могу дать сейчас…
Ее голос затихает, прежде чем она произносит обращение. Но я слышу его на ее кончике языка.
— Что тебе нужно от меня? — спрашиваю я, нежно взяв ее своей рукой за подбородок.
Сначала она сомневается, но все же опирается на мое прикосновению. Ее глаза закрыты, когда она отвечает:
— Я не знаю. Я боюсь.
— Ты уже знаешь, не бойся.
Как ее хозяин я несу на себе бремя ее забот.
— Я хочу, чтобы ты была моей рабыней, Катя.
— У меня имеются проблемы.
Она смотрит вдаль в сторону двери, и я понимаю, что происходит у нее в голове. Катя не хочет, чтобы ей воспользовались, и она не знает, сможет ли справиться с этим. Все хорошо. Я могу справиться со всеми ее тревогами. Я должен помнить, что у меня тут имеется очень большое преимущество. И она понятия не имеет, сколько я знаю.
Ее необходимо успокоить, возможно, покормить, и просто поговорить. Я попробую делать все не спеша, хоть и не хочу. Но она явно нуждается в этом.
— Пойдем, — говорю я, беру ее за руку и увожу из игровой комнаты по направлению к обеденному залу.
Сегодня там запланировано шоу. Игры с огнем, на которые, должно быть, любопытно посмотреть. Это не то, с чем играю я, но, тем не менее, это интересно.
— Я должна идти.
При этом она остается стоять на месте, и смотрит на меня, как будто прося разрешения уйти. Она еще не моя. Это до боли очевидно. Но я не собираюсь позволить ей уйти с этим дерьмом.
— Ты никогда не будешь мне лгать снова.
Мой голос жесткий. Она
Она яростно качает головой и настаивает:
— Я не вру, — ее голос пронизан страхом. — Я действительно должна идти. Я не очень хорошо чувствую себя сейчас.
Ее дыхание наполнено паническими вздохами.
— Это не значит, что тебе нужно идти. Если ты в чем-то нуждаешься, то все, что тебе необходимо сделать, так это просто сказать мне.
Адреналин выплескивается в мою кровь. Я расстроен и зол. Я должен был спланировать все лучше.
— Я не хочу, — честно отвечает она мне, и я глажу пальцем по тыльной стороне ее ладони.
Слишком много, слишком скоро. Я ненавижу Джо Леви в этот момент. Я хотел, чтобы ей было комфортно. Я хотел все сделать медленнее.
Я поцеловал тыльную сторону ее ладошки и кивнул.
— Это было слишком много для тебя, не так ли?
Ее глаза расширяются, и она хочет что-то сказать в ответ, но закрывает рот.
— Вы не понимаете.
Я понимаю. Я, черт побери, все понимаю. Если бы я разыграл все правильно, она бы не чувствовала себя сейчас настолько неуверенно. Я могу это исправить.
— Ты вернешься сюда. Завтра вечером, — даю я ей команду.
Она фокусирует свое внимание на мне. Ее покорность очевидна.
— Если ты, конечно, хочешь продолжить.
— Да, — отвечает Катя глухим голосом.
— Я бы тоже, котенок. Я понимаю, тебе нужно время, чтобы переварить все это. Подумай над этими вещами сегодня и завтра в течение дня. А потом ты вернешься сюда. Я не хочу, чтобы ты возвращалась сюда без ошейника.
Она послушно кивает головой.
— Я это сделаю.
— Ты будешь думать обо мне сегодня вечером, котенок, — шепчу я, наклоняюсь к ней и сжимаю ее немного крепче, — но ты не будешь прикасаться к себе.
Я вижу желание в ее глазах, когда она шепчет:
— Да.
Часть меня хочет расширить ее границы сегодня же вечером. Отвести ее в отдельную комнату и поговорить с ней о ее нуждах. Я смогу убедить ее, что могу обеспечить ее потребности, так же как я знаю, что она может удовлетворить мои.
Но ей необходимо подумать над этим. Мне нужна от нее полная отдача, а без готовности надеть мой ошейник, у меня нет и этого.
Сегодня вечером я напишу для нее список. Мне следует ясно очертить ей четкий набор правил. Катя — человек привычки и стандартного образа жизни, и она желает Хозяина. А это значит, что ей нужны правила.
Это моя ошибка. Но я сделаю все правильно.
Глава 8
Катя
Я ворочаюсь в постели, не в состоянии заснуть, мои соски, мой клитор пульсируют от желания. Низкий стон из-за сексуальной неудовлетворенности слетает с моих губ, пока я скрещиваю свои ноги, пытаясь успокоить непрекращающееся сжимание моих мышц внизу живота. Это преследует меня с тех пор, как я покинула клуб, вместе с воспоминаниями о том, как использовал Айзек мой рот для своего удовольствия.
Черт.
Мне очень понравилось. Мне доставляла удовольствие каждая секунда, проведенная с ним. Быть использованной и выполняя его приказы. Я поворачиваюсь на кровати снова, мое тело блестит от пота. Как здесь чертовски жарко. Не помогает и то, что я сгораю от желания, нахожусь на взводе и готова к очередному взрыву оргазму. Черт, черт, черт. Я жалею о том, что ушла. Мне нужно больше. Я хочу больше. Мне следовало остаться.
Мне так много хотелось сказать Айзеку, столько исследовать. Боже, я хочу его. То, как он подошел и бросил вызов другому Хозяину из-за моего тела, а затем взял меня под контроль так чертовски сексуально. Мою кожу покалывает, пока я вспоминаю решимость Айзека, проявленную ко мне, как он настоял на своем, как заставил меня принять всю его длину.
Мои конечности дрожат, мой клитор пульсирует, пока мою память наводняют воспоминания об огромном члене Айзека, которым я давилась, когда он погрузил свои пальцы в меня. Еще один стон разочарования срывается с моих губ. Это было так чертовски жарко. Айзек все время полностью все контролировал. Это было нереально. Он мгновенно понял, что я хотела. Что мне, твою мать, нужно.
И мне нужно больше. Сейчас.
Я решаю, что должна вернуться, борясь с желанием протянуть руку вниз и дотронуться до моего пульсирующего клитора. Как ему удалось так меня завести? Я не могу ждать. Единственная проблема заключается в том, что я вообще боюсь серьезных отношений. Меня страшит неизвестность. Хотя в клубе, я буду в безопасности.
Я снова ворочаюсь, ощущая разочарование и желая потереться моей киской о постельное белье, чтобы получить хоть какое-то облегчение. Но он сказал мне не делать этого. У меня нет разрешения. Сама мысль заставляет меня дышать спокойнее. Я буду подчиняться ему. Я не буду его разочаровывать.
Не могу забыть, каким мощным и властным он был. Взгляд его глаз за этой маской… полный желания. К моему разочарованию добавляется рев моторов на улице, который я слышу за окном, от проезжающих мимо машин на шоссе. Звуки только мешают моей попытке провалиться в сон, но даже если бы их и не было вовсе, я все равно была бы не в состоянии заснуть. Я так завелась и мне необходимы его прикосновения. Прошло так много времени с тех пор, как я желала чего-то такого. Давно я не испытывала эту потребность.
Но это не то, что обычно не давало мне уснуть — это что-то новенькое. Много ночей я не могла нормально спать, но по совершенно иной причине. Дрожь проходит по моему позвоночнику, и тяжесть давит мне на грудь. Я закрываю глаза и качаю головой, отказываясь возвращаться туда.
Когда еще один импульс отдается в моем клиторе, я стараюсь игнорировать эмоции, угрожающие задушить меня, как душили ночь за ночью до этого. Я слишком взволнована. Ибо возвращая по крупицам свою жизнь назад, я мечтала о таком месте, как Клуб «Х», где могла бы исполнить свои фантазии и сделать себя цельной снова. Я заслуживаю счастья во всех отношениях, включая мои сексуальные потребности, которым я не находила выход. До сегодняшнего дня.