Лорен Кейт – Ангелы во тьме (страница 2)

Она хотела его, да, но до сих пор она всегда это представляла в далекой фантазии. И теперь, когда это случилось, она понятия не имела, что делать.

Теперь его лицо нависало над ее и его губы были в паре сантиметров от ее, и его глаза выглядели иначе, чем на фотографии из ежегодника, которую Люси привыкла видеть.

Внезапно она поняла, что совсем не знает его.

Но она хотела. По крайней мере, она хотела знать, на что было похоже то чувство, когда бы ее поцеловали, поцеловали по настоящему, толкнули к стене и поцеловали так глубоко, и так неистово сильно, пока у нее не закружилась бы голова, пока бы она не стала настолько наполнена страстью, что не осталось бы места для теней и темного леса.

— Люси? Ты в порядке?

— Поцелуй меня, — прошептала она.

Это было не правильно, но было уже слишком поздно. Губы Тревора раскрылись и накрыли ее. Она открыла рот, но почему-то ей было трудно поцеловать его. Ее язык стал как будто скованным. Она чувствовала себя в его объятиях, словно во сне, стараясь не противиться поцелую, пытаясь просто принять его и позволить этому случиться.

Руки Тревора обернулись вокруг ее талии, потянув ее к кровати. Они сели на край, все еще целуясь. Ее глаза были закрыты, но когда она открыла их, то увидела, что Тревор смотрит на нее.

— Что? — спросила она нервно.

— Ничего. Просто ты такая… красивая.

Она не знала, что ответить, поэтому она просто засмеялась.

Тревор снова начал целовать ее, его влажные губы были на ее губах, а затем на ее шее. Она ждала искры, фейерверк о которых рассказывала ей Кэлли.

Но все в этом поцелуе было иначе, чем она ожидала. Она не понимала, что ей делать с Тревором, с его языком, с его рыщущими руками. Но он, похоже, знал об этом гораздо больше, чем она. И она попыталась довериться в этом ему.

Вдруг она что-то услышала и отстранилась от Тревора, оглядывая комнату. — Что это было?

— Что было где? — Промурчал Тревор, покусывая мочку ее уха.

Люси взглянула на деревянные панельные стены, но они были пустые. Она пробежала глазами по камину, который был темным и неподвижным. На секунду ей показалось, что она что-то увидела — искру, мерцание желтого и красного цветов, но потом все исчезло.

— Ты уверен, что мы одни? — спросила она.

— Конечно. — Руки Тревора схватили низ ее футболки, поднимая ее вверх над головой. И прежде чем Люси успела что-то сказать, она уже сидела на ярко-голубом одеяле в одном лифчике.

— Эй, — сказал Тревор, держа руку над своими глазами, как будто он смотрел на солнце.

— Что? — Люси вздрогнула, чувствуя себя незащищенной и от этого немного смущенной.

— Все так ярко вдруг, — ответил Тревор, моргая.

Люси подумала, что она, наверное, понимает, что он имел в виду. Что-то между ними освещало всю комнату. Может это была искра, которую она ждала? В то же время у нее сложилось ощущение, что она не сильно ощущала свое тело.

Это причиняло ей неудобство. Когда он снова наклонился к ней, она почувствовала жар в своих внутренностях, как будто они горели, как будто она проглотила что-то горячее. Затем вся комната засветилась и стала слишком яркой. Трудно было дышать, и у нее внезапно резко закружилась голова, в глазах все засияло, и казалось, словно кровь отхлынула из ее головы. Она ничего не видела.

Тревор схватил ее за талию, но она начала отстраняться. Она снова услышала шум, и она была уверена, что кто-то еще был там, в домике, но она не могла никого увидеть, только слышала нарастающий шум, как визг тысяч пил по тысячам металлических листов. Она попыталась двинуться, но почувствовал, что застряла, Тревор навалился на нее всем телом. Он придавил ее грудную клетку, и ей казалось, что он вот-вот сломает ей кости, она чувствовала, как его кожа горела, врезаясь в ее плоть, пока…

Пока все не закончилось.

Кто-то тряс Люси за плечи.

Это была Шона Клип. Она кричала.

— Что ты сделала, Люсинда?

Люси моргнула и качнула головой. Она сидела снаружи, вокруг были ночь и дым. Ее горло пекло, и ее кожа была влажной и холодной.

— Где Тревор? — услышала она свой собственный шепот. Ветер развевал ее волосы. Она потянулась, чтобы убрать надоедливые пряди с ее лица и ахнула, когда кусок кожи с толстой черной прядью ее волос, казалось, скользнул прямо со скальпа. То, что приземлилось у нее на ладони, было хрупким и сильно обгорелым. Она закричала.

Люси поднялась на ноги и, обняв себя за лечи, огляделась. Прохладный, темный лес; все еще присутствовало ощущение парящих черных теней; по-прежнему аккуратный ряд гостевых домиков…

Был пожар..

Домик, где, она могла поклясться, что только что была с Тревором — Разве она? Как далеко они ушли? Что случилось? — теперь был охвачен пламенем. Домики слева и справа только начинали гореть. В ночном воздухе пахло серой.

Последнее, что она помнила, был поцелуй…

— Что, черт возьми, ты сделал с моим парнем?

Рейчел. Она стояла между Люси и горящими домиками, яркий румянец горел на ее щеках. Взгляд в ее глазах заставил Люси почувствовать себя убийцей.

Она открыла рот, но ничто не смогла выдавить из себя.

Шона указал на Люси. — Я пошла за ними. Я думала, что поймаю их двоих целующимися, — она ​​закрыла лицо руками и всхлипнула… — но они вошли внутрь, а потом… все это просто взорвалось!

Лицо Рейчел исказилось, и ее тело пошатнулись, когда она повернулась к домику и начала рыдать. Ужасный звук пронесся в ночи.

Только тогда Люси поняла с ужасом, сжимающим ее грудь: Тревор все еще был внутри.

И тут крыша домика рухнула, выплевывая клубы дыма.

К тому времени соседние домики тоже начали гореть, и Люси почувствовала, как темнота парит над ней, огромная и неумолимая. Тени, когда-то ограничивающиеся лесом, теперь закрутились прямо над ней. Так близко, что она могла коснуться их. Так близко, что она почти слышала, как они шептали. Это звучало так, как будто ее имя, Люси, повторялось тысячу раз, кружась над ней, а затем исчезало в бесконечности какого-то темного прошлого.

ВЫХОДНОЙ ДЕНЬ АРРИАНЫ

— Крупногабаритный груз! Посторонись!

Арриана катила большую красную магазинную тележку по проходу благотворительного магазина Армии спасения Саванны. Ее тонкие руки крепко держали ручку, когда она толкала тяжелую тележку вперед. Она уже загрузила ее двумя лампами с абажурами в горошек, несколькими мягкими диванными подушками на липучках, девятью пластиковыми фонарями для Хэллоуина, заполненными леденцами с истекшим сроком годности, пол дюжиной дешевых узорчатых платьев, несколькими обувными коробками, полными наклеек на бампер и парой неоновых роликов. Таким образом, к этому моменту Арриане было трудно нащупать ручку тележки, которая была заполнена почти в пять футов высотой и из-за этого она не видела куда рулит.

— В сторону, дорогуша, если Вам нужны Ваши пальцы. Да, я говорю Вам. И Вашему малышу.

— Арриана, — спокойно окликнул ее Роланд. Он стоял в следующем проходе возле переполненного пыльными виниловыми пластинками молочного ящика, просматривая их. Его блейзер в тонкую полоску был расстегнут, демонстрируя под ним футболку Pink Floyd. Его густые дреды, нависали над его темными глазами. — Ты ведь знаешь как вести себя сдержанно, не так ли?

— Эй! — голос Аррианы звучал обижено, когда она попыталась сманеврировать ее тележкой в крутой поворот и подкатиться по проходу к Роланду. Она остановилась перед ним и ткнула ярко-синим ногтем в его грудь. — Я отношусь к своей работе серьезно, приятель. У нас есть большой список для покупок и всего два дня на это.

Слова Аррианы, казалось, напомнили ей о чем-то, что наполнило ее внезапной радостью. Ее голубые глаза загорелись и широкая улыбка распространилась по ее лицу. Она схватила руку Роланда и начала трясти ее, в результате чего ее длинные черные волосы начали подпрыгивать в такт. Они струились по ее спине к талии и переливалась, когда она кричала, — Два дня! Два дня! Наша Люси возвращается к нам через два долбаных дня!

Роланд усмехнулся. — Ты такая милая, когда волнуешься.

Арриана прислонилась к стойке со старым стерео оборудованием и счастливо вздохнула. — Я живу ради ее прибытия. Я имею в виду, конечно, не так, как Даниэль. Но я определенно чувствую восторг от перспективы снова увидеть ее. — Она положила голову на плечо Роланда. — Как думаешь, она изменилась?

Роланд вернулся к просмотру пластинок, бросая каждую третью или четвертую в тележку Аррианы. — У нее была совсем другая жизнь, Арри. Конечно, она изменится немного.

Арриана бросила в тележку альбомы Sly и Family Stone, которые она увидела в ящике. — Но она ведь все равно будет нашей Люсиндой?

— Это обычная шаблонная ситуация, — ответил Роланд, одаривая Арриану «не-сумасшедшая-ли-ты» взглядом, который она привыкла ловить на себе от большинства людей, в том числе и сегодня в благотворительном магазине, но обычно не от Роланда. — По крайней мере, так было последние несколько тысяч лет. Почему ты спрашиваешь?

— Не знаю. — Задумчиво пожала плечами Арриана. — Я встретила мисс Софию в Мече и Кресте. Она таскала все эти коробки с файлами, бормоча о приготовлениях. Как все должно быть безукоризненным или что-то в этом роде. Я не хочу, чтобы Люси по прибытии была разочарована. Возможно, она будет действительно отличаться на этот раз. Ты знаешь, как я отношусь к переменам.