Лорен Форсайт – Ремонту не подлежит (страница 2)

Я покачала головой и улыбнулась, показывая, что отсутствие «кого-нибудь» в моей жизни меня совершенно не заботит.

– Мне не нужен «кто-нибудь», Джейсон, – ответила я.

– То есть у тебя никого нет?

В этот раз даже Диана разозлилась.

И почему счастливые женатики вечно бравируют своим статусом, заставляя нас, одиночек, чувствовать себя проигравшими в игре «Музыкальные стулья»? Поспеши, а то останешься без стула, будто намекают они.

Я многозначительно подмигнула.

– Я просто не хочу, чтобы мне мешали веселиться!

Готова поспорить, они подумали: веселиться – значит, ужинать в шикарном ресторане, куда тебя не пускают?

Я поморщилась, стала оглядываться и лихорадочно придумывать другую тему для разговора, но, к счастью, у Джейсона на лице возникло мечтательное выражение, и мне не пришлось.

– Я правда хочу сказать тебе спасибо, Али. Честно, если бы не ты, я бы никогда не изменил свою жизнь к лучшему. – Он указал на Диану, и та рассмеялась.

– Да уж, изменился до неузнаваемости, – пробормотала я и улыбнулась. – Очень рада за тебя, Джейсон.

Кивнув в сторону администратора, который шел к нам, Джейсон, понизив голос, произнес:

– И если он тебя не пустит, садись с нами. Нельзя лишать девушку ужина лишь потому, что ее кавалер не пришел. Я за равноправие!

Я склонила голову набок и взглянула на его жену. Та растерянно пожала плечами.

– Очень мило с твоей стороны, но я не собиралась встречаться с… кавалером. Я сама себе столик забро…

– Мисс Арести, прошу, следуйте за мной. – администратор взял стопку меню и кивнул в сторону обеденного зала.

Я повернулась к Джейсону и Диане и нарочно громко произнесла:

– Какое облегчение! Мой редактор меня просто убьет, если я сегодня же не сдам ему заметку об этом ресторане! – У администратора дернулся глаз, а Диана опять улыбнулась. Я решила, что она мне нравится и заслужила улучшенную модель Джейсона. – А вас с новосельем!

Я зашагала с высоко поднятой головой, но потом вдруг остановилась и обернулась.

– Джейсон, а как твоя гитара? Играешь?

Он покачал головой: старый добродушный Джейсон.

– Нет, времени нет.

Я кивнула и пошла дальше. Даже не знаю, зачем я это спросила.

Администратор вскинул бровь, будто возмутился, что я остановилась и не продолжаю идти за ним, и я поспешила его нагнать, села за столик и без промедления сделала заказ. Я всегда предварительно просматриваю меню онлайн и решаю, что заказать.

По его лицу я видела, что он хотел возразить – мол, он не официант и не будет принимать мой заказ – но вместо этого изобразил страдальческую улыбку и выслушал меня. Кажется, я победила.

Итак, мой заказ записали, вино принесли, я открыла книгу и наконец смогла выдохнуть.

Вообще-то, третий четверг должен быть радостью, а не испытанием. Единственный день, когда я могу не притворяться, быть собой и ничего ни для кого не делать. Это не свидание, куда я обычно бегу с бурлящей надеждой в сердце, а потом узнаю, что в тридцать пять лет человек, оказывается, еще не проработал детские травмы, не умеет задавать вопросы и слушать ответы, а еще носит разные носки. Нет уж, ходить на свидания с собой гораздо проще.

К тому же, я до сих пор не оправилась от расставания с Майклом. Мы познакомились на фермерском рынке в субботу утром: покупали дорогущие оливки. Он взглянул на меня и просто сказал: «Ну привет», да таким удивленным и обрадованным тоном, будто всю жизнь меня ждал и не верил, что я приду, а я взяла и пришла! У него была чудесная улыбка, и он варил лучший капучино из всех, что я пробовала за пределами Италии. Теперь я понимаю, что, наверное, из-за этого не стоило ввязываться в отношения, но что ж поделать.

Я помогла ему найти новую квартиру, когда у него закончился договор аренды на его предыдущую кошмарную халупу, которую они снимали с другом. Неделю помогала переезжать, покрасила стены, помогла оформить налог. Мы много шатались по «Икее» и после собирали мебель. А потом он сказал, что как-то слишком быстро все завертелось и вообще я «веду себя как его девушка». Но поблагодарил за скидку, которую я выбила для него у компании грузоперевозок.

Так я снова вернулась к свиданиям с собой. Ради себя я старалась. Иногда одиночные свидания вызывали неловкость, но я продолжала и надеялась, что однажды станет легче. Я надеялась когда-нибудь стать похожей на женщину, которую видела в баре в Нью-Йорке. Она казалась такой расслабленной, такой уверенной: сидела и попивала вино, читала книгу и иногда поклевывала лежавшую на тарелке спаржу. Я решила, что тоже так хочу. И плевать на сочувственные взгляды официантов.

Обычно первые пять минут мне казалось, что все на меня смотрят, но потом это чувство проходило. Однако сегодня я то и дело поглядывала на Джейсона, сидевшего в противоположном углу. Такой ухоженный и успешный! Пять лет прошло, и он стал совсем другим человеком. А я, Алисса Арести, знаменитый вдохновитель, толкавший других к успеху, по-прежнему работаю на той же должности и живу в той же сырой лондонской квартире-студии. Мне тридцать три, и я не замужем. Ни одного маркера успеха, какими могут похвастаться другие тридцатилетние.

Даже не знаю, почему успех Джейсона так выбил меня из колеи. Может, потому что я так долго его пинала, так долго добивалась, чтобы он понял наконец, чего хочет от жизни? Я столько часов потратила, шарясь в интернете и проходя вместе с ним тесты по профориентации! А сколько раз я читала ему лекции про личную гигиену и просила не кричать на весь дом, что мы собираемся побыть одни, чтобы его родители точно знали, что сейчас мы займемся сексом?

От двадцати до тридцати мы ставим себе цели и добиваемся их не для того, чтобы с кем-то соревноваться. И успех все понимают по-разному, и ищут разного. Умом я это понимала. Но глядя на Джейсона и его жену, чокающихся шампанским за покупку нового дома, я поняла, что все это время себя обманывала.

Как бы ни называлась эта игра, он выиграл. И, кажется, я ему в этом помогла.

Глава вторая

– И теперь он менеджер проектов! – На следующее утро мы с Толой и Эриком стояли у кофемашин в офисной кухне-столовой. Я соврала, что встречалась в баре с приятелем, а когда уходила, пришел Джейсон. Не хотела, чтобы они знали о моих одиночных вылазках в рестораны в третий четверг месяца. Если бы меня спросили, кто мой настоящий друг, я бы назвала Толу и Эрика, но только потому, что больше было некого. Наша дружба ограничивалась заходом в бар после работы и изредка – кебабом после бара, но я все равно я не хотела, чтобы они знали о моем жалком ритуале заботы о себе – раз в месяц в одиночку объедаться домашней пастой и пить испанское вино с ресторанной наценкой.

– Это не тот, который фигово играл на укулеле? – спросил Эрик.

Я покачала головой.

– На гитаре. И он не фигово играл, а нормально.

– Небось очередной из твоих инфантилов, да? – Эрик показал мне язык, а я протянула ему чашку, вскинув бровь.

– Не было у меня никогда парня, который играл на укулеле. Грег выстругивал свистки, но это другое.

Тола расхохоталась.

– Не помню парня с гитарой. Хотя нет, погоди, это он все время молчал?

Я покачала головой.

– Это было еще до тебя. Пять лет назад.

– И он реально поблагодарил тебя, что ты помогла ему превратиться в волка с Уолл-стрит?

Вмешался Эрик, указав на меня пальцем.

– С этим Джейсоном ей пришлось потрудиться. Однажды он пятнадцать минут пересказывал мне сюжет фильма, который я сам ему посоветовал. И еще он думал, что серфинг – качество характера, а не хобби. – Стоило Эрику завестись, и его было не остановить. А мой плохой вкус в выборе бойфрендов был его любимой темой. – О, и еще он называл море «она». Я любуюсь ее изобильными волнами, ласкающими берег… фрик. По-моему, никого хуже у тебя не было, Али, что скажешь?

Я закатила глаза и притворилась, что мне все равно. И что вернувшись вчера домой, я не стала сразу его гуглить.

– Но у тебя все равно никто дольше пары месяцев не задерживался: выходит, даже если парень в итоге не нравится, не так уж много времени ты на него потратила! – Тола вернула меня к текущей теме разговора; я не могла оторвать взгляд от ее губ, накрашенных помадой цвета фуксии. – За это тебя уважаю.

– Серьезно? Ты уважаешь Али за ее неспособность на длительные отношения? – Эрик закатил глаза, а я надулась.

– Да я же не специально! – взвизгнула я. – Я стараюсь, знаете ли, пытаюсь быть доброй и любящей, а оно… само разваливается! И не всегда я первая их бросаю, между прочим.

Эрик поднял бровь.

– Конечно, никто не выбирает специально именно такой тип парней. Ты делаешь это подсознательно, детка. Встречаешься с теми, кто тебе не подходит. И просто зря тратишь время.

– Ты чего такой злой сегодня? Опять ходил на свидание искать любовь, а нашел бессмысленный секс? – съязвила я, надеясь, что получится сменить тему.

Эрик по привычке огляделся, проверяя, не подслушивает ли кто, и бросил на меня гневный взгляд.

– Можно подумать, искать любовь плохо!

– Нет, но искать ее в дейтинговом приложении – все равно что пойти за зимней шапкой в магазин панамок и потом жаловаться, что уши отморозил! – Тола покосилась на меня. – Я же права?

– Ты всегда права, – усмехнулась я.

Мы с Эриком знакомы много лет. Он пришел в компанию почти сразу после меня, и поначалу внушал мне страшные комплексы. Парень моего возраста в отлично скроенном костюме, своя квартира, красивая невеста… У него были шелковистые волосы, он пользовался одеколоном с пряными нотками и мог уболтать любого на что угодно. Все время смеялся. В рекламном отделе все любили Эрика, ошивались около его стола в надежде поговорить и услышать очередную байку.