Лорен Донер – Даркнесс (ЛП) (страница 18)

Кэт посмотрела в его глаза. — Нет.

— Тогда перестань говорить, что мы похожи.

— Но ты наполовину человек. Генетически улучшенная версия, но…

Он двигался так быстро, что она ахнула, когда он схватил ее за бедра и дернул ее на себя. Через мгновенье она обнаружила себя на высоте фута над полом, лицом к лицу с ним. Ее руки автоматически вцепились в его плечи.

— Мы не одинаковые. Это мой тебе урок, учитель.

Он зарычал, и она почувствовала вибрацию. Низкие, опасные звуки посылали дрожь вниз по ее позвоночнику, и цвет его глаз казался темнее. Может, это тусклый свет их так искажал, так как они находились далеко от окна, но он выглядел устрашающе. Ее пульс участился, и она задалась вопросом: планировал ли он причинить ей боль.

— Борись со мной, — рявкнул он.

— Я не буду. — Она знала, что он пытался спровоцировать ее, но она не полная дура. Она чувствовала, что его тело было таким же жестким и твердым, как стена у нее за спиной. Если они не будут бороться, она может выиграть.

— И правильно, — Рычание прекратилось, и вибрация прекратилась. Его тон снизился до сурового шепота. — Не думай, что мы сойдем за существ, которые смогут соответствовать вашему образу жизни. У нас в Резервации есть целый отряд, полный неудачных примеров того, что бывает, когда идиоты пытаются сделать домашних любимчиков из животных, которые не хотят быть ручными. Они живут с нами неспроста. Заруби себе на носу. У нас больше общего с бывшими цирковыми животными, чем с тобой.

Он подтянул ее бедра ближе и начал тереться членом о ее бедра. Жесткую длину его эрекции нельзя было перепутать ни с чем другим. Большинство женщин бы попросили их опустить или умоляли его, чтобы он охладил свой темперамент. Но она думала, что он был очень сексуален, когда был враждебным.

— Мы не сильно отличаемся, — она ослабила хватку на его плечах и провела кончиками пальцев по его груди. — Ты хочешь меня. У бывшего циркового животного не было бы от меня такого стояка.

Его глаза расширились, и он зашипел. — Блядь.

Его звуки напомнили ей взбешенного большого кота. — Очень жаль, что твой план по запугиванию провалился, — хотя она не испытывала сожаления. — Ожидал, что я расплачусь?

Низкое рычание, которое исходило из его слегка приоткрытых губ, было очень сексуальным. Ей понравилось, как он взглянул на ее грудь, прежде чем снова встретиться с ней глазами. Она провела ладонями вверх, чтобы зацепиться за его плечи.

— Твои чувства ко мне человеческие. Это подтверждает, что мы совместимы как люди.

— Не делай этого, — ответил он.

— Не делать чего?

— Не провоцируй меня.

Был соблазн. — Я просто констатирую факт. Ты можешь и дальше отрицать, что мы подобны, но твое тело говорит обратное.

Его хватка ослабла, и она скользнула вниз по его телу. Он немного подвинулся, дождался, пока ее ноги не окажутся на полу, и отпустил ее. — Расскажи им о том, как могут обманывать ваши люди. Им это будет полезно. Расти сказала мне, что ты сделала в своей сумке. Покажи все, что знаешь. Завтра расскажи им об оружии, о котором они не знают.

Она высоко оценила предложение. — Ок.

— Не приукрашивай людей. По большей части, хороших людей мы не трогаем. Расскажи им о худших из вашего вида.

— Я возмущена. Не каждый человек является преступником.

— Ты проехала через ворота, видела протестующих?

— Я видела и сторонников.

— Ты веришь, что все они там с добрыми намерениями? — он наклонил голову, всматриваясь ей в глаза. — Что твои уроки говорят тебе о тех, кто притворяется безвредным, будучи на самом деле угрозой для ОНВ?

Она сглотнула, чувствуя, что вопрос имел к ней отношение. Он был умен, и она будет помнить об этом и впредь. — Вполне возможно, что некоторые притворяются, что они поддерживают вас, чтобы шпионить за вами в пользу тех, кто хочет причинить вам вред, или завоевать доверие ваших офицеров в надежде в ближайшее время атаковать?

— Точно. Расскажи им об этом.

— Я просто не хочу оставлять их с ощущением того, что все люди плохие. Ты, видимо, уж так считаешь.

— Ты хочешь сказать, что ты тут якобы для того, чтобы научить нас эффективнее себя защищать?

— Якобы? — он что, до сих пор подозревает ее? Она изучала его темные глаза, но на его лице больше не было никаких эмоций.

— Я не доверяю никому. Я сделал эту ошибку один раз. Это чуть не стоило мне жизни.

Она задалась вопросом, кто его предал. Что-то он говорил об этом, когда они были в комнате для допросов. — Женщина?

Он нахмурился. — Разве я так сказал?

Она должна была просто замять эту тему, но не могла. Было что-то такое в Даркнессе, отчего ей хотелось знать о нем больше. — Ты сказал что-то про то, что я притворялась кем-то другим, чтобы эффективно сделать свою работу. У меня сложилось впечатление, что ты имел в виду женщину. Ты сказал, что-то о женщине из прошлого.

— Ты лезешь не в свое дело.

— Я? — она так не думала. Но он был хорош, сохраняя свой тон без изменений.

Он наклонился немного и посмотрел на нее сверху вниз. — Позволь мне дать тебе небольшой совет, милая. Ты очень любознательная, но твои навыки наблюдения немного выбиваются из рамок допустимого. Я буду наблюдать за тобой.

Он повернулся и пошел в главный бар. Она обняла себя за талию и прислонилась к стене, сделав несколько глубоких вдохов. Это было предупреждение, ясное и простое. Он подозревал, что она не та, за кого себя выдает. Хотя он был прав. Ее учили таким вещам, которые не может знать работник криминальной лаборатории. А им даже не особо то и надо обучаться подобным навыкам. Они были искусны в определении данных на месте, не вникая в поведенческие или вербальные наблюдения и подсказки.

— Черт, — пробормотала она.

Она оттолкнулась от стены и опустила руки. Она вышла из-за сцены, заставила себя улыбнуться и осмотрелась. Даркнесса нигде не было, но множество новых видов, казалось, хотели ее внимания, поскольку они подходили к ней, чтобы поговорить о чем-то интересующем их. Это ее шанс поговорить с ними.

— Привет, — она постаралась придать своему голосу бодрости.

— У меня вопрос.

— Спрашивайте.

* * *

Даркнесс все долбил и долбил по груше. Цепь, на которой она висела, начала скрипеть. Груша качнулась и развернулась. Он долбанул по ней левым кулаком. Груша сорвалась с крепления и упала в метре от него.

— Это было впечатляюще, но ты не должен ломать наше оборудование.

Он стиснул челюсти и медленно повернулся, и посмотрел на Блюберд. Она была последней, с кем он хотел поговорить, помимо Кэт. — Привет.

Она взглянула на грушу, потом на него. — Ты весь состоишь из недовольства. Могу я как-то помочь?

— Я в порядке.

— Я была на лекции. И видела, как ты утащил нашу учительницу за сцену. Мне было любопытно, поэтому я подошла поближе к вам, чтобы увидеть, что произошло. Ты хочешь ее.

Ему не нравилось, когда за ним шпионят. — И как ты пришла к такому выводу? Ей нужно было сказать, чему учить Видов и ее взбесило мое вмешательство в ее лекцию.

— Ты никогда не прижимаешь меня к стенке, когда мы говорим.

— Ты достаточно умна, чтобы не оскорблять меня.

— Мне нужно это сделать, чтобы ты прижал меня к стенке? — она выгнула брови.

— Я не хочу заниматься сексом. Я говорил тебе, не принимать это на свой счет.

— Я в некотором роде сестра милосердия. Это моя природа, как мне кажется. Меня тянет к травмированным мужчинам, у которых проблемы с управлением гневом.

— У меня нет с этим проблем.

Она снова взглянула на сбитую грушу и улыбнулась. — Если бы груша могла говорить, то сказала бы иное. Я представляю, как бы она ревела или, по крайней мере, говорила «Ой-ой».

Ее остроумие забавляло. Он улыбнулся в ответ и немного расслабился. — Может быть.

— Меня тянет к тебе. Называйте это недостатком моего характера, но, когда я вижу очень агрессивного мужчину — меня это заводит.

— Все мы агрессивны.

— Правда, но ты больше, чем другие. Возможно, я скучаю по чувству опасности, когда раздеваешься для мужчины, который не может держать свои эмоции под контролем.

— Я все контролирую.

— Только сейчас, — ее улыбка увяла. — Ты на грани. Я наблюдаю за тобой намного больше, чем за любым другим мужчиной, потому что я хочу тебя. Это только вопрос времени, когда ты сломаешься.