Лорел Гамильтон – Запрещённый приём (страница 42)

— Трой прав. — Сказал Ньюман. — Мы не можем позволить Бобби умереть.

— Господи, у тебя на руках ордер, который позволяет тебе изрешетить его до смерти. Ты видел, что он творил в клетке. Ты испугался за жизнь Блейк — и не говори мне, что это не так.

— Это так, но это не значит, что мы можем оставить его истекать кровью.

— Мы даже не знали, что так получится. — Поддержала его я.

— Почему он не двигается? Если у него нет сотрясения или травмы позвоночника, почему он все еще не двигается? — Ньюман шагнул в мою сторону, сжимая руки в кулаки. Драться он не собирался — он был просто расстроен, о чем и говорил язык его тела.

— Да не знаю я, Ньюман! — Мне пришлось проглотить свой гнев до того, как я в нем потеряюсь. Голос у меня был уже спокойнее, когда я продолжила. — Я бы ни за что не стала бить его так сильно, если бы знала, что он не сможет вылечиться.

— Ты привыкла к оборотням в Сент-Луисе. — Заметил Олаф.

Я уставилась на него.

— Это еще что значит?

— Любой из них давно бы исцелился.

— Хочешь сказать, Бобби не исцелится?

— Он должен исцелиться, но это не будет похоже на одно из тех чудесных исцелений, к которым ты привыкла у себя дома.

— Почему?

— Во-первых, он не является частью группы, поэтому не делит с ними их общую энергию. Во-вторых, у него есть только одна форма, и она маленькая — значит, сам по себе как оборотень он недостаточно силен. В-третьих, он не привязан к мастеру-вампиру, и энергетической подпитки от такой связи не имеет. Я не думаю, что ты осознаешь, насколько уникален в этом смысле Сент-Луис. По многим причинам.

Олаф посмотрел на меня очень красноречиво, когда договорил последнюю фразу. Он явно что-то пытался сказать мне этим взглядом, но я понятия не имела, на что он намекает. Спрошу его позже, когда мы будем одни. Или не спрошу. Я сосредоточилась на той проблеме, которая была передо мной сейчас. С остальными разберемся позже, иначе пиздец.

— Ладно. Значит, я привыкла играть с большими песиками и не шарю в том, каково это — играть с маленькими. Но как нам помочь Бобби здесь и сейчас?

Олаф пожал плечами.

— Я не знаю.

— Открой чертову клетку, Дюк! — Рявкнул Ньюман, и злость снова накатила на него. Я не могла винить его. Мы тут задницы рвем, чтобы спасти Бобби, а теперь все наши труды могли улететь псу под хвост.

— Кто пойдет с ним в клетку? — Поинтересовался Дюк.

— Я пойду. — Сказала я.

— Вам понадобится прикрытие. — Заметил Ливингстон.

— Нет. — Возразил Ньюман. — В таком состоянии он не опасен.

— А если вдруг он очнется и увидит, что вы над ним склонились… — Начал Дюк, но Ньюман оборвал его.

— Да открой ты уже эту блядскую клетку, Дюк!

Ливингстон взял свой шотган, который использовал в прошлый раз, и как только он был готов, Дюк открыл камеру.

— Это твои похороны. — Вновь сказал Ледук, когда Ньюман проходил мимо него.

Я последовала за Ньюманом. Он пригласил меня сюда прикрывать ему спину — этим я и займусь. Олаф остался стоять в дверном проеме клетки, чтобы Ледук не закрыл ее вслед за нами. Круто, а то я уже заебалась от того, что меня вечно в ней запирают.

27

Ливингстон прижимал свой шотган к плечу, но целился он в потолок. Тем временем Ньюман присел на колени перед Бобби, чтобы проверить пульс у него на шее. Я стояла по другую сторону от нашего пленника. Бобби казался бледным и чертовски неподвижным. Я задержала дыхание, как будто это могло помочь Ньюману найти пульс. Лицо Бобби походило на кровавую кашу, и виновата в этом была я. Чего еще я умудрилась натворить? Он умер от кровоизлияния в мозг, пока мы пытались дозвониться до судьи? Или я настолько серьезно переломала ему позвоночник, что фактически отделила голову от тела? Олаф сказал, что его сердце бьется, но я не слышала пульса. Я годами охотилась, дралась и встречалась с носителями ликантропии, и ни разу не слышала, чтобы кто-то из них умер от травмы спины или сотрясения мозга. Мне казалось, когда травма смертельная, мозги должны торчать наружу. Вполне вероятно, что я ошибалась.

— Пульс слабый, но он есть.

Я позволила себе выдохнуть, но тугой узел в моей груди не ослаб. Пульс не гарантирует, что Бобби будет жить — просто пока что он жив.

— Я же сказал, что он не мертв. — Послышался голос Олафа со стороны двери. Шериф все еще пытался сдвинуть его с места, чтобы закрыть клетку.

— Если этот зверь поднимется на ноги и рванет к двери, он убьет нас раньше, чем мы его. — Сказал Ледук.

— Нет. — Отрезал Олаф.

— Вы же на них охотитесь. Сами знаете, какие они быстрые. — Возразил Ледук.

Ньюман растянул веки Бобби, чтобы проверить зрачки. Я молилась, чтобы они были нормальные и реагировали на свет, потому что в противном случае это будет означать, что я его убила. Просто его организм еще этого не осознал.

— Анита замедлит его до тех пор, пока я не присоединюсь к драке. Он никогда не достанет вас и кого-либо еще. — Сказал Олаф.

— Вы не можете быть в этом уверены.

— Блейк отмутузила его в прошлый раз голыми руками, Дюк. — Заметил Ливингстон. — Думаю, мы можем оставить клетку открытой.

— Зрачки в норме, на свет реагируют. — Констатировал Ньюман.

Тугой узел у меня в груди наконец ослаб.

— Хорошо. — Выдохнула я так, словно мне не хватало воздуха. Одно дело убить кого-то сознательно, и совсем другое — случайно. Забавно, но разницы ты не почувствуешь, пока не столкнешься с этим в реальности.

Ньюман поднял на меня глаза.

— Я все еще считаю, что нам нужна скорая.

— Если мы сможем найти парамедиков, которые согласятся его осмотреть, то давай вызовем скорую. — Согласилась я.

— Они обязаны делать свою работу.

Я покачала головой.

— Нет, если она подвергает их жизни опасности. С точки зрения закона у них есть право отказаться.

— Они просто оставят его умирать, потому что испугались? — Возмущенно спросил он. Внезапно Ньюман показался мне на несколько лет моложе, чем он был на самом деле. Или это просто я такая старая и циничная?

— Если они решат, что он способен убить их, то да. — Ответила я.

— Он без сознания.

— Даже если они осмотрят его в камере, перевозить его они не станут.

— Может, и станут. — Возразил Ньюман, и я опять подумала о том, насколько же старше него я себя ощущала. Дело было не в прожитых годах, а в опыте. Опыт старит тебе куда быстрее, чем дни рождения.

— Ньюман, она права. — Произнес Ливингстон.

Ньюман покосился в его сторону и положил руку на плечо Бобби. Это был защитный жест.

— Мы сами можем отвезти его в больницу.

— Вам придется везти его в окружную. Это ближайшее место с оборудованной травматологией, где его смогут принять. — Заметил Дюк.

— Отлично. Так и сделаем. — Сказал Ньюман. — Помоги мне перетащить его, Блейк.

Я представила, что окажусь в машине Ньюмана с Бобби, который уже дал нам понять, насколько хреново может кончиться драка с ним. Я поняла, что не хочу оказаться с этим парнем в салоне, когда он начнет перекидываться.

— Только при одном условии.

Ньюман возмущенно уставился на меня.

— Каком еще условии? Ты его чуть до смерти не забила, но при этом ставишь условия, когда речь идет о спасении его жизни?

— Может, я не то слово выбрала, но я хочу, чтобы ты кое-что понял прежде, чем мы поедем в больницу. Если он начнет перекидываться в твоей машине, как уже попытался сделать это в клетке, я прострелю ему башку. Возможно, несколько раз.

— Он этого не переживет.