Лорел Гамильтон – Запрещённый приём (страница 29)

Я хотела проверить помещение, чтобы убедиться, что никто не сныкался под столом или типа того, но Ньюман уже рванул прямо к дальней двери, за которой находилась комната с клетками. Я держалась за ним, потому что была его группой поддержки, но это было опрометчиво, а опрометчивость может привести к гибели нас обоих. Буквально секунда ушла у меня на то, чтобы понять, что офисная зона была пуста, и вот мы уже оказались у дальней двери. Ньюман даже не стал проверять, заперта ли она — он просто вышиб ее, впечатав ботинок рядом с замком. Дверь распахнулась, потому что не просто не была заперта — она даже не была толком прикрыта. Она впечаталась в стену и по инерции отлетела обратно к нам. Ньюман остановил ее одной рукой, в другой он держал ствол и направлял его прямо в комнату. Я стояла у него за спиной, но дуло моей пушки смотрело в пол, хотя с предохранителя я ее сняла, и палец держала на спусковом крючке. Раз началась пальба, то предохранитель надо вырубать.

В комнате оказался мужчина в уже знакомой униформе местной полиции. Он целился между прутьев решетки. Секунда ушла на то, чтобы заметить, что незнакомец высокий и худой, но я была слишком занята, пытаясь прицелиться и не ткнуть при этом стволом в Ньюмана. Я даже не стала смотреть, что происходит в клетке. Что бы там ни было, назад не воротишь. А вот в дальнем конце комнаты стоял мужчина — он свел плечи полукругом и держал в руках пистолет. Не в нас он целился, но мы все равно заорали:

— Опусти пушку! — Крикнул Ньюман.

— Брось ствол! — Рявкнула я.

Помощник шерифа развернулся и уставился на нас. Я успела заметить, что он побледнел, а глаза на лице казались просто огромным, словно он был в шоке. Тем не менее, когда он повернулся, пушка повернулась вместе с ним, и я рявкнула:

— А ну брось!

— Не вынуждай нас пристрелить тебя, Трой! — Добавил Ньюман. — Не вынуждай нас делать это!

Я, наконец, опустилась на одно колено у стены напротив клетки, так что у меня была отличная возможность выстрелить в помощника шерифа, не задев при этом Ньюмана и не попав внутрь клетки. Будет пиздец, если я случайно пристрелю того, кого мы тут всеми силами пытаемся спасти.

Не будь у меня на мушке коп, я бы уже пристрелила его, но вот он, наконец, бросил свой пистолет. Его спасла только униформа. Ньюман пнул пушку по полу в мою сторону. Я перехватила свой пистолет одной рукой, освободив вторую, и подобрала оружие помощника шерифа. Бесхозная пушка на полу — это плохая пушка. Я щелкнула предохранителем, поднялась на ноги и прошла вперед, сохраняя в поле зрения полицейского, когда Ньюман опустил его на пол и заломил ему руки за спину.

Я услышала что-то позади нас, тут же развернулась и прицелилась в ту сторону — раньше, чем успела понять, что делаю. Это был просто рефлекс. Я даже сняла ствол с предохранителя и переместила палец на спусковой крючок. Я не стала гадать, перенастроил ли Вагнер свой предохранитель со стандартного режима на более мягкий. Если он это сделал, то в теории кто-то еще мог получить пулю. Мне-то без разницы, потому что коп должен понимать, что не стоит нарываться, когда в дело вступают стволы.

Шериф вскинул руки вверх до того, как я успела заикнуться об этом. Он замер на месте. Хорошо. Не хватало еще, чтобы я пристрелила его в его собственной тюрьме.

Мое периферическое зрение довольно хорошо развито, так что краем глаза я видела, как Ньюман склонился над помощником Ледука, и в то же время могла наблюдать за самим шерифом. Ньюман поднял закованного в наручники копа на ноги.

Я заговорила очень осторожно — так, словно каждое мое слово было пальцем, который замер на спусковом крючке незнакомой пушки.

— Ты контролируешь ситуацию?

— Контролирую. — Ответил Ньюман.

Я сосредоточилась на шерифе, одновременно поднимая свою ствол и опуская пистолет Вагнера дулом к полу. Палец со спускового крючка я убрала, но предохранитель включать не стала. Один из помощников Ледука только что стрелял в заключенного в его собственной тюрьме. Судя по всему, шерифа такой расклад вполне устраивал. К тому же, недавно он сам тыкал в меня пушкой. Второй раз я ему этого не позволю.

— Анита, полегче. — Сказал шериф.

— Пошел ты на хрен. И для тебя я — «маршал Блейк».

— Есть, мэм. — Ответил он.

Он стоял почти неподвижно, руки держал поднятыми. Он очень старался не накалять ситуацию. Круто, потому что нам надо посмотреть, что там в клетке происходит, и понять, кого вызывать — скорую или коронера. Почему я не посмотрела, что происходит в клетке? Как-то привыкла в первую очередь уделять внимание тем, кто держит в руках ствол. Если в тебя часто стреляют, у тебя появляется такой особый навык, когда видишь только важное, а все остальное дерьмо отсекаешь. Исключение — когда речь идет о тех, кто тебе дорог. Тогда ты в жопе, потому что внимание рассеивается. У тебя никогда не будут прикрыты тылы в одном помещении с человеком, которого ты любишь, если только он не вооружен так же хорошо, как и ты. В ином случае у вас будет что-то типа гангстерского свидания.

— Блейк, полегче. — Сказал Ньюман. — Все уже кончено.

Я подумала, что он говорит о нашем узнике, имея в виду, что тот мертв. Это заставило меня покоситься в сторону клетки. Бобби там не было. Что за хрень? Я вновь посмотрела на шерифа, чтобы убедиться, что он по-прежнему стоит с поднятыми руками, как хороший мальчик, и бросила еще один взгляд в сторону клетки — более основательный. Цепь была сломана, чему я не удивилась. Из-под койки торчал край одеяла, так что Бобби, очевидно, воспользовался единственным доступным укрытием в своей камере. Он прятался под кроватью, как ребенок, который испугался монстра из шкафа, но у этого монстра был жетон и пистолет, а прятаться было негде. Мне надо было повернуться к Ледуку, но я не видела следов свежей крови в камере. Это ничего не доказывало, но все-таки давало мне надежду на то, что Бобби еще жив. Чуть позже он может и умереть, но пока я не увижу этого своими собственными глазами, хочется верить, что он в порядке, и у нас еще есть шанс спасти ему жизнь.

— Маршал Блейк, я клянусь, что не представляю для вас угрозы. — Произнес Ледук.

— Я знаю, потому что вы у меня на мушке.

Он тяжело вздохнул — достаточно глубоко, чтобы его живот приподнялся и опустился обратно.

— Я могу опустить руки?

— Нет. Если вы хотите сменить позу, можете сложить их за голову.

Помощник Варгер бормотал что-то перед Ньюманом.

— Я не смог. Мы же были в одной команде. В старшей школе вместе ездили на соревнования. Я знаю, что он — чудовище, но он все еще тот самый Бобби.

В словах уже почти бывшего помощника шерифа была доля правды. Раз в месяц оборотни превращаются в опасного зверя, но большую часть времени они остаются собой. Из-за этого их очень трудно убить, когда они в человеческой форме, но только дурак станет ждать, пока они перекинутся в животную.

Ледук сложил руки за голову, но эта поза была для него явно не слишком удобной. Как минимум потому, что униформа натянулась на нем, когда он сцепил руки на затылке. Либо ему нужен размер побольше, либо пусть займется своей фигурой, чтобы влезать в ту униформу, что носит сейчас. Так или иначе, когда рукава настолько туго облегают руки, тебе понадобится лишняя секунда или две, чтобы выхватить ствол, а Ледук все еще был копом, что подтверждал его значок, висящий на ремне.

— Бобби, Бобби, ты ранен? — Раздался голос Ньюмана.

Я рискнула глянуть в сторону камеры еще один раз, и уловила движение руки под койкой. Я надеялась, что Бобби махнул нам, чтобы дать понять, что он в порядке, но мы должны увидеть его, чтобы убедиться в этом. Все еще завернутый в одеяло, он начал выползать из-под койки, и выглядел вполне нормально. Я порадовалась, что помощник шерифа промахнулся, но тут же задумалась над тем, как он вообще мог промахнуться с такого расстояния.

— Бобби, ты цел? — Спросил его Ньюман еще раз.

— Что? — Переспросил Бобби, нахмурившись.

— Выстрел в таком маленьком помещении наверняка оглушил его. — Пояснила я.

Ньюман повторил свой вопрос громче, и я услышала, как Бобби ответил:

— Я… думаю, да. Я в порядке.

— Мне уже можно опустить руки, маршал Блейк? — Поинтересовался Ледук.

— Нет. — Отрезала я.

— Блейк, по-моему, опасность миновала. — Заметил Ньюман.

Я покосилась в его сторону. Он стоял рядом с закованным в наручники Вагнером, держа его перед собой. Я еще раз проверила пистолет помощника шерифа и сунула его за пояс. Пока сойдет и так. Я двинулась вперед, все еще целясь из своей собственной пушки в Дюка.

— Вы знали, что ваш помощник попытается убить Бобби Маршана? — Спросила я. Вопрос был глупый, потому что Ледук, разумеется, в любом случае стал бы это отрицать, а доказать обратное я не могла.

— Нет. Я четко дал понять своим помощникам, что пока он не начал перекидываться, вы с Ньюманом сами о нем позаботитесь.

— Блейк, все в норме. — Вновь попытался успокоить меня Ньюман.

— Можете опустить руки. — Произнесла я и сунула свою пушку в кобуру.

Ледук опустил руки медленно, как будто боялся напугать меня, несмотря на то, что я в него уже не целилась. Значит, он поверил, что я действительно его застрелю. Приятно знать, что копы воспринимают тебя всерьез.

— Что за херня, Трой? — Поинтересовался Ньюман. Он тряхнул Вагнера. — Каким, блядь, местом ты думал?