Лорел Гамильтон – Страдание (страница 25)

До меня донеслось бормотание Дева:

— Опять они.

Я хотела посмотреть про кого это он, но мне перекрыли обзор. Тай со своим ростом мог видеть дальше, и он тихо чертыхнулся. Бэй шикнула на него:

— Не в присутствии детей. — Как будто нам было по пять лет.

— Это твоя сестра со своим мужем, — сказал он.

— Дерь… Дерревяшка! — вырвалось у нее, — Я их сегодня больше не вынесу.

Я посмотрела на Мику и повторила одними губами «Деревяшка»?

— Если встретишься с моими дедом и бабушкой, то поймешь, почему она не ругается, — пояснил он.

Я удивленно взглянула на него.

Тетя Берти и дядя Джейми шли за Элом. Я слышала, как он им говорил:

— Все, Берти, для одной ночи достаточно, тем более когда Раш так серьезно ранен.

— Раш знает, что он вне благодати Божьей, — комментировал Джейми.

Я не была уверена, что это значит, но явно ничего хорошего.

— Что им нужно? — спросила я.

— Спасти наши души, — сказал Мика, и голос его звучал устало.

— С моей душой все в порядке, — сказала я.

— Я знаю, — ответил он.

Никки и Дев посмотрели на нас:

— Да ладно вам, давайте просто выставим их из комнаты, — предложил Дев.

Мика покачал головой.

— К сожалению, нельзя, — сказала я.

— Ну пожа-а-алуйста-а-а, — протянул Дев, растягивая слово, как будто ему было три года, а не двадцать три.

— Заманчиво, — откликнулась я.

— Очень, — согласился Мика, — и все же пропусти их.

Никки наблюдал за парочкой, продефилировавшей мимо него и Дева, словно это пара раненых антилоп, и был лишь вопрос времени, когда они скопытятся.

Эл сказал поверх их голов, когда они зашли в комнату:

— Извините, я не смог достаточно их отвлечь. Очевидно, я не сильно грешен, раз не смог их заинтересовать.

— Ты хороший мальчик, — сказала Берти, похлопав его по руке.

Эл пожал плечами:

— Извини, Майк.

— Не извиняйся перед ним за то, что ты не грешник, — упрекнул Джейми.

— Я думаю, он не за это извинялся, дядя Джейми, — ответил Мика.

— Оставь мальчика в покое, Джейми, — сказала тетя Бобби. Ей, казалось, была противна вся эта ситуация, а ведь она только пришла.

— Если бы ты не вмешивалась, Бобби, то не было бы никакой Коалиции и сотни людей не стали бы монстрами из-за них.

— Я читала твое заявление, Берти, это параноидальный бред, — ответила Бобби.

— Мы не призываем людей становится ликантропами. Мы помогаем семьям наладить контакт с теми, кто уже стал оборотнем. Мы консультируем людей после нападений, но не призываем никого становиться верживотными. Мы не Церковь Вечной Жизни, и вербовкой не занимаемся.

— Вы и вампиры хотите, чтобы все были, как вы, — выплюнула тетя Берти.

— Это необоснованный слух, — парировала тетя Бобби.

— Не знаю откуда пошли такие слухи, — начал Мика, — но точно могу сказать, что это все ложь. Мы помогаем людям пережить моральные травмы после нападений, как кто-то мог бы помочь мне тогда.

— Я слышала эти слухи, но не думала, что кто-то их воспринимает всерьез, — удивилась я.

— Некоторые направления религиозных консерваторов очень сильно ухватились за эту идею, — ответил Мика. Он смотрел на своих тетю и дядю.

— Может остальные и верят вашей лжи, но мы-то знаем, что вы обманули сотни, может даже тысячи невинных людей. — Берти повернулась к Бобби и осуждающе ткнула в нее пальцем: — Невинные жизни, которые можно было уберечь от зла, если бы ты не пошла против нас.

— У вас нет оснований пытаться засадить Мику в тюрьму и судья со мной согласился, — ответила Бобби.

— О чем они говорят? — спросил Натаниэль.

— Джейми и Берти хотели, чтобы я сам сдался в государственный сейфхаус, когда мои тесты пришли положительными на ликантропию. Их церковь верит, что все оборотни должны быть изолированы, словно они больны проказой. И если бы я не сделал этого добровольно, они бы заявили, что я официально недееспособен, тогда как они мои опекуны, потому что остальные члены моей семьи эмоционально нестабильны, чтобы заботиться обо мне.

— Государственный сейфхаус — обычная тюрьма, — сказал Натаниэль.

— Как только вы туда попадаете, обратно уже не выйти, неважно каким образом они вас туда заманили, — добавила я.

— Я знаю, и тетя Бобби поддержала меня в суде.

— Спасибо, — сказала я ей.

Она отмахнулась:

— У них не было никакого права так поступать, и легальных оснований тоже, но среди прихожан их церкви был судья. Когда я получила его самоотвод, у нас уже все было в порядке.

— Если бы напавший на тебя монстр сидел в сейфхаусе, Стив и Ричи были бы сейчас живы, и ты до сих пор бы оставался человеком, а не животным, — заключила Берти.

— Тетя Берти! — почти прокричала Джулиет.

— Хватит! — сказала Бэй. Ее лицо покраснело, глаза побледнели до серого цвета. Могу поспорить это цвет ее глаз, когда она в гневе.

— Просто скажи мне, что среди твоих родственников эти двое — самые сумасшедшие, — взмолилась я.

— В последний мой приезд все так и было.

— Уже что-то.

Дядя Джейми повернулся ко мне, словно не мог уже себя сдерживать.

— Мы знаем кто ты, Анита Блейк. Ты поднимаешь мертвых из могил, что только Богу дано право делать.

— Я не занимаюсь воскрешением, я просто поднимаю зомби.

— Конечно, куда тебе до могущества Божьего, — скривилась Берти. — Дьявол лишь жалкая имитация Бога.

Я приподняла бровь:

— Простите?

Тетя Джоди выступила против Берти:

— Ты злой, ограниченный человек.