Лорел Гамильтон – Багровая смерть (страница 38)

— Почему?

— Не знаю.

Он обернулся на другого мужчину, безжизненно лежавшего в постели.

— Надеюсь, Дамиан помнит больше, чем ты. Мы сделали впервые несколько очень серьезных вещей. Будет печально, если я буду единственным, кто об этом помнит.

— Мы должны поговорить с Жан-Клодом, — сказала я.

— Зачем?

— Затем, что я ничего не помню, Натэниэл. То есть, ничего с тех пор, как твои глаза начали светиться.

— У всех глаза светились, Анита, не только у меня.

— Я верю твоим словам, но я не помню, честно.

Он соскользнул с кровати, и я сделала шаг назад. Он был очень тихим, лицо стало очень серьезным.

— Ты не просто боишься. Ты боишься меня.

— Думаю, да.

— Почему? Я бы никогда не причинил тебе вреда, Анита.

— Умом я это понимаю, но логика здесь ни при чем.

— Нет, для тебя все дело в эмоциях. Я их чую.

— Чуешь мои эмоции?

— Твой страх, — сказал он спокойным голосом, будто он не хотел добавлять еще больше эмоций. Так обычно со мной говорил Мика, когда я была расстроена, но думаю, мы достаточно долго встречались, чтобы знать, как обращаться друг с другом.

— Анита, я не знаю, что произошло, или почему ты не можешь все вспомнить, но если нами завладел какой-то более крупный вампир, не поступай со мной как с Сином или Жан-Клодом и Ричардом в прошлом.

— Что это значит? Как я с ними поступила? — в своем голосе я услышала страх и зарождающийся гнев.

— Позволила своему страху перед тем, что произошло отнести всех причастных к тем же проблемам. Если со мной ты обойдешься так же, это разобьет мне сердце.

Я смотрела в это красивое лицо и не знала, что сказать.

— Я не думаю, что справлюсь так же хорошо, как они.

— Что ты имеешь в виду? — мой голос был все еще резким, в него подмешивался гнев, и это помогало держаться подальше от страха.

— Не обвиняй меня или Дамиана, если нами тоже завладели.

— Но ты помнишь. Если бы это было так, ты бы не помнил.

— Я не знаю, почему я помню, но вы с Дамианом согласились на все, что мы делали. Ненавижу мысль о том, что ты не помнишь, как давала согласие, и чертовски надеюсь, что Дамиан вспомнит.

Я глянула на вампира, который выглядел сломанным на кровати.

— Можешь сменить ему позу? Он выглядит… сломанным.

— А ему на самом деле не повредит то, как он сейчас лежит? — осведомился Натэниэл.

— Нет, это только выглядит неудобным.

Натэниэл не стал возражать, просто вернулся на кровать и повернул вампира так, чтобы он лежал в более нормальном положении для сна. Тело Дамиана двигалось так, как может только мертвец, без костей и так, что трудно удержать его в определенной позе, так что голова продолжала склоняться набок под неправильным углом. Натэниэлу в итоге пришлось использовать подушки, чтобы приподнять голову вампира под тем углом, который был мне по душе.

— Пойдем найдем Жан-Клода. Он не должен сейчас спать, — сказала я.

— Как минимум, ты захочешь причесаться пальцами, — улыбнулся он.

Я нахмурилась.

— Ты правда думаешь, что меня волнует, как сейчас выглядят мои волосы?

— Нет, но может, если заглянешь в зеркало.

Я чуть улыбнулась и покачала головой.

— Чтобы ты продолжал настаивать, это должно быть плохо.

— Да. Думаю, мы все забыли нанести кондиционер по окончании части с душем.

— Ты никогда не забываешь про средства для волос, — сказала я.

Он нахмурился.

— Точно.

— Ты уверен, что помнишь все, что произошло? — уточнила я.

— Я думал, да, но теперь не уверен.

Я потрогала волосы, но на ощупь все не казалось так уж плохо. Я пошла в ванную, но Натэниэл последовал за мной, и мне пришлось его остановить.

— Прямо сейчас я не хочу, чтобы со мной в ванной был еще кто-то.

Он выглядел опечаленно.

— Прости, Натэниэл, но пока мы не поймем, что произошло, мне нужно немного личного пространства.

— Не отдаляйся, Анита.

— Мне нужно немного уединения в ванной. Не думаю, что прошу слишком уж о многом, — сказала я.

Он кивнул и дал мне идти одной, но его плечи резко опали, каждая черточка его тела стала печальнее, чем несколько секунд назад. Мне хотелось броситься к нему и крепко обнять, изгнать из него всю грусть, но, блядь, имела же я право пойти в ванную сама. У меня было право на немного уединения, немного личного пространства, даже если это касалось его.

Я закрыла дверь, но оказаться в помещении, где я потеряла время, было не хорошо. Внезапно мне захотелось выйти также сильно, как я хотела выбраться из кровати. Я распахнула дверь и выскочила, тяжело дыша.

— Анита, ты в порядке? Что-то случилось в ванной только что?

Я покачала головой.

— Я собираюсь оставить дверь открытой, ладно?

— Хорошо, я не буду пытаться войти, пока ты там.

— Спасибо, — поблагодарила я.

— Я не знаю, что не так, но не хочу все ухудшать, — ответил он.

— Я знаю, что не хочешь.

Я вернулась в ванную, чтобы посмотреть на себя в зеркало и тотчас же поняла, почему Натэниэл об этом заговорил. Мои кудри не всегда выглядели хорошо, если я ложилась спать, не высушив их, но это было нереально плохо, даже для меня. Выглядело так, словно с одной у меня выросли кривобокие рога, вместе с другими странными выпуклостями между ними. Если бы я просто спала на мокрых волосах, такого бы не произошло; выглядело так, будто мы нанесли шампунь и оставили его, или же мы переборщили со средствами для ухода, но волосы так и не уложили. Как только я увидела свои волосы, я поняла, что Натэниэл тоже не помнит всего. Он никогда не позволил бы мне лечь спать с таким количеством средств на волосах, не потрудившись помочь мне привести их в порядок. Натэниэл думал, что помнит абсолютно все, но он ошибался.

Я сделала все, что смогла, чтобы как-то с этим разобраться, поплескав водой, но в конце концов позволила Натэниэлу войти и помочь мне. Он кое-как туго заплел их, пообещав помочь мне отмыть их позже. Свои волосы ему тоже пришлось заплести. Мы оба решили разобраться с прическами позже, но я никак не могла вернуться в душ пока не поговорю с Жан-Клодом. Мне было нужно узнать, кто же прокатился нам по мозгам и почему. Некоторые старые вампиры могут трахнуть тебя просто для процесса, но у большинства из них есть цель, если они тебя мучают; назовите это садизмом с оправданием. Мне нужно было знать это оправдание, а Жан-Клод должен знать, что все еще существует кто-то большой и достаточно плохой, чтобы так полноценно мной завладеть, потому что, если они могут это сделать, не насторожив его, они серьезный геморрой. Каждый раз, когда мы уничтожали великое зло, казалось, что другое занимало его место, словно злобная версия постулата о том, что природа не терпит пустоты. Словно бы Мать Всея Тьмы держала всех других плохих вампиров на коротком поводке, а теперь, когда ее не стало, они пытались распахнуть свои суперзлодейские крылья. Я действительно начала уставать от того, что всякий раз оказывалась для них целью du jour [дня].

15

— Ma petite, я не верю, что твое время похитила внешняя сила.

— Тогда что это было? — потребовала я ответа, расхаживая по комнате.

Мы вернулись в спальню Жан-Клода, но нам пришлось сидеть в креслах возле фальшивого камина, потому что от кровати, на которой он обычно любил расслабляться, остался один каркас. Изготовленный на заказ матрас был уничтожен пролитой кровью Дамиана. Команда уборщиков, состоящая из наших людей, не могла гарантировать, что сможет это исправить. Чтобы получить изготовленную на заказ замену потребуются недели, а то и месяцы.