Лора Вайс – Отражение Евы (СИ) (страница 34)

— Да. Все и так было ясно еще в тот день, когда я отказался от людей Гудзона. Я уже не жилец, — и на лице Крайтона проскользнула печальная ухмылка, — остается только ждать. Мало того, что они не получили то, зачем меня отправили, так еще и рискуют теперь попасть под наблюдение более серьезной структуры, им в срочном порядке нужно заметать следы. Это конец.

— Я хотела бы тебе помочь, поверь, ты также моя часть, часть этого мира, но я не знаю, что можно сделать. В ваших ДНК есть закодированная информация, доступ к которой закрыт, возможно, она бы дала какие-то ответы, но я не могу разблокировать эти зашифрованные участки.

— Не старайся. Это ни к чему. Я готов к смерти, какой бы она ни была. Если просто усну, то буду бесконечно благодарен им. Я не заслуживаю жизни, слишком много натворил, много судеб поломал. Даже сюда пришел, чтобы продолжить убивать. Но раз ты так прониклась ко мне, можно попросить?

— О чем пожелаешь.

— Защити Еву. Она заслуживает шанс.

— Ты к ней что-то чувствуешь?

— Да. И если у тебя все, то позволь остаток времени провести рядом с ней.

— Хорошо. Знай, Блейк, если бы я могла защитить тебя, то дала бы второй шанс, не раздумывая.

— Спасибо.

Они вернулись в пентхаус. Блейк вошел в квартиру с широкой улыбкой на лице, ему хотелось двух вещей — посмотреть в глаза Евы после заката и напиться. Охотник какое-то время лежал в своей кровати, а потом вышел на площадку. Кондор вдыхал воздух Гондваны, слушал ее и смотрел на бесконечные леса, на горы, те самые, к которым они пробирались с таким трудом, на водопады. Он вдруг ощутил желание жить, пусть недолго, но по-настоящему. Ему захотелось сбросить с себя маску хладнокровного киллера, превратившую его жизнь в нечто пустое и бессмысленное.

И что вообще чувствуют люди, понимающие, что скоро настанет время уйти? Не по своей воле и не в глубокой старости, а из-за чьего-то приказа. Кондор ощутил себя на месте своих жертв, когда он смотрел в оптический прицел снайперской винтовки, наблюдая за последними минутами их жизни, как они ходили, разговаривали, смеялись, но их жизнь уже была в чьих-то руках. Правда, они-то об этом не знали, в отличие от Блейка, всецело осознающего, что скоро, а может быть уже сейчас, кто-то нажмет на «курок».

Он решил не тратить драгоценные минуты на самосозерцание и скорбь, а отправился на кухню.

* * *

Я проснулась от того, что до меня дошли необыкновенные ароматы еды.

Дождь к вечеру закончился, на небе постепенно проявлялся месяц и первые звезды, ну а тело уже начинало источать, пока еще неяркое свечение. Приведя себя в порядок, решила посмотреть, что же там такое происходит, в недрах виртуальной кухни. Тихо пробралась в гостиную и застыла от удивления. На столе горели неоновые свечи, были расставлены тарелки, бокалы, а венчало эту картину ведерко со льдом, внутри которого красовалась бутылка чего-то виртуально-спиртного. Только вот создателя сего вечернего натюрморта не наблюдалось.

— Блейк? — тихо позвала его, — ты где?

— Прямо за тобой.

Я быстро обернулась и оказалась практически в его руках.

— Что это с тобой? — я немного напряглась ото всего происходящего.

— Ничего особенного, просто захотел пригласить тебя в ресторан. А шеф-повар мой хороший друг, так что сегодня все только для вас, мадам.

— Ой, как приятно, — я даже подпрыгнула на месте как малолетка, которую квотербек пригласил на выпускной. — Отлично, веди меня. Давно не была в ресторане, все по горам, по равнинам.

— Тогда прошу.

Крайтон оказался весьма галантным кавалером, он налил нам вина, подал на стол ужин. Я, честно говоря, даже не обратила внимания на то, что было в тарелках — всецело увлеклась им, его поведение казалось таким настоящим. От прежнего охотника ничего не осталось, сейчас передо мной сидел тот, кто любил рассказывать о боевых заслугах и временах своей юности, но что-то было в его глазах такое, отчего сердце сжималось. Его глаза сияли не просто бирюзовым цветом, они источали какую-то энергию, которая на уровне биополя передавала сигналы, и те заставили меня ощутить отчаяние, грусть, когда же Блейк выпил еще два бокала, то импульсный поток усилился, мне уже захотелось плакать. Я обратилась к нему:

— Что с тобой происходит, Блейк? — я встала из-за стола и подошла к нему.

— Ничего, Ева. Сегодня мне хорошо, — он также поднялся и крикнул дворецкому, — Ло! Музыку! Медленную!

И сразу же послышалась спокойная мелодия, а Кондор подхватил меня и пронес в гостиную, где закружил в танце. Я прижалась к нему и тогда-то наши поля пересеклись, мое тело в этот момент ощутило такой поток эмоций и чувств, не моих — его, что захотелось и рыдать, и смеяться одновременно. Я пыталась посмотреть на него, понять, но он прятал глаза, а потом и вовсе положил свою голову мне на плечо.

Спустя минут десять Блейк все же остановился и поднял взгляд, этот блеск в его глазах я не забуду никогда.

— Господи, что с тобой? Что тебе сказала Эва?

— Ничего такого. Забудь сейчас о том разговоре, забудь вообще обо всем. Будь просто рядом.

— Но я не могу смотреть, как ты мучаешься, я же чувствую всю твою боль.

— Это не боль, Ева. Ты путаешь два сильных чувства.

— Тогда что ты чувствуешь?

— Впервые за столько лет я чувствую любовь. Она как наркотик, попробовав единожды в первую встречу с тобой, не могу успокоиться, хочу еще и еще. Только не говори сейчас о том, что возможно, а что нет. Я люблю тебя и буду любить вне зависимости от твоих желаний.

После этих слов я отошла от него, не знала, что делать дальше. Внутри сейчас бушевал вихрь эмоций, и спровоцировал его он. А Крайтон не успокаивался, вновь приблизившись, подтянул к себе и поцеловал. Мое тело и разум в момент поцелуя полностью отдались ему, я забыла обо всем, о чем, возможно, должна была помнить:

— Я хочу тебя, сейчас. Прошу, не отрицай, что тоже хочешь быть со мной. Я же чувствую, — его голос звучал у самого уха.

— Хорошо, не буду.

И он взял меня на руки, затем сел на диван, я оказалась у него на коленях. Мы раздевали друг друга, отбрасывая вещи куда подальше, когда же остались без всего, то кожей я ощутила его горячее тело и энергию, бьющую с такой силой, что биополе прошло насквозь.

В мгновение он овладел мной. Я хотела только одного, чувствовать его, касаться и слушать частое дыхание, мои пальцы впились в его спину, оставив светящиеся следы, наши тела мерцали, а на коже все чаще и чаще мелькали разряды, которые передавались от одного к другому. Его губы касались лица, шеи, груди, а руки сжимали бедра. Мы и не заметили, как оказались в спальне. Помню лишь то, как ощутила взрыв где-то внутри, затем вспышка и изрядное количество высвободившейся энергии неоновыми частицами покинуло тело.

Я обнимала его всю ночь, а он смотрел мне в глаза.

Находясь рядом с ним, весь мир вокруг мерк, сливаясь в единое серое пространство, я видела лишь его, забывая о том, кто я есть.

Наутро проснулась одна. Тело помнило вчерашнюю ночь, все еще ощущало его тепло. После всего случившегося возникло сильное притяжение, так что долго лежать не смогла, поспешила к нему. Блейк стоял на площадке:

— Не спится? — спросила, встав рядом.

— Нет, Ева. Я больше не могу спать, не имею права.

Он обошел меня сзади и обнял.

— Знаешь, я почувствовала вчера нечто, ощутила страх за тебя. Прошу, расскажи, о чем вы говорили с Эвой.

- Я сказал ей, что люблю тебя и хотел бы всегда быть рядом. Но это невозможно, ответила она, потому что всем нам, однажды, придется проснуться.

— Не хочу просыпаться, не хочу возвращаться в тот убогий мир.

— Там есть тот, кто будет защищать тебя.

— Нет. Ты не понимаешь, — из глаз потекли слезы, и я развернулась к Блейку, прижалась к нему всем своим существом.

— Ева, послушай. Я же, — его голос дрогнул, тогда он замолчал, пытаясь справиться с порывом, — Я же здесь, не там.

— А я не хочу туда. Зачем? К кому? Кому нужен инвалид с перебитым хребтом?

— Я бы любил тебя любую. Пойми, чувства они же, как ядерный взрыв, после которого последствий уже не ликвидировать. Ты влюбляешься, и это чувство меняет твое сознание раз и навсегда.

Сейчас я поняла. Мой ядерный взрыв произошел именно с Блейком, а не с Дани, как мне всегда казалось.

— Кондор? — я посмотрела ему в глаза, — пообещай, что не оставишь меня.

— Обещаю. Я всегда буду рядом, даже если придется уйти.

— Нет, не уйдешь. Я не отпущу тебя.

— А кто сказал, что я буду сопротивляться?

И он снова поцеловал меня.

Глава 32

Я окунулась в чувства с головой. Возможно, кто-то меня и осудит, но я пройду мимо того с высоко поднятой головой. Устала прятаться в коконе и сдерживаться, устала от своей беспомощности. Кто знает, может мне не так долго и осталось? Поэтому хочу успеть, хочу любить так, как никогда не любила, хочу испытать страсть, какой никогда не испытывала.

Ученые говорят, что виртуальность — запрограммированная ложь, созданная чтобы обманывать чувства человека, давать то, чего на самом деле нет. Но я возражу, в Гондване мне удалось испытать настоящие эмоции, которые всегда были во мне, но не имели выхода в реальности.

И если в Дани я видела друга, любовника и мужа, то Блейка я просто люблю. Он нужен мне, нужен всегда. Мы просыпаемся вместе и смотрим друг на друга как в последний раз. Пусть Крайтон и молчит, но я чувствую, что скоро случится нечто плохое, однако я верю в то, что Эва нас защитит.