Лора Рэй – Академия четырех стихий (страница 25)

— Как и он мне, и так будет всегда. Как только я взойду на престол, договор будет расторгнут и каждый из нас пойдет своей дорогой. Но мы всегда будем заботиться друг о друге, он всегда будет для меня семьей, даже если тебе это не нравится.

Алексис молчала, а я чувствовала, что уже успокоилась.

— Не знаю, что ты чувствуешь к нему, и не знаю, что ты собираешься делать дальше… — тихо произнесла я, посмотрев ей в глаза. — Но я не позволю больше причинить ему боль.

С момента нашего разговора с Алексис прошло уже несколько дней. Я видела, что она хочет поговорить с Хантом, но не знает, как подойти к нему. А сам Хант ходил, как в воду опущенный. Не знаю, чем его зацепила Алексис, но он определенно точно ее любил. Быть может эта та самая любовь с первого взгляда? Которая возникает просто так, из ниоткуда. Даже не зная друг друга пьюры чувствуют сильные импульсы, которым не могут противиться.

Может быть так, а может быть нет, но, думаю, со временем они разберутся в этом, а пока им необходимо просто поговорить.

Тогда-то я и решила организовать им встречу. Когда они посмотрели друг на друга, я увидела в их взгляде такую тоску, что сразу поняла — я все сделала правильно.

Оставив их наедине разбираться со своими проблемами, прошла через портал в обитель фамильяров, чтобы немного пообщаться с Тео, которого не видела уже несколько дней.

Там я встретила Робина и Шарлотту, которые вели непринужденную беседу. Кажется, они все же поладили.

Вокруг девушки все время беспокойно летал белоснежный филин, но она этого не замечала.

Глава 13

Шарлотта.

Я стояла в кваргоновой аллее за пять минут до назначенного времени и наблюдала за тем, как солнце клонится к линии горизонта. Здесь оно бодрствует гораздо дольше, чем на моем, зимнем континенте.

Робин прибыл ровно в восемь часов, восхитив меня своей пунктуальностью. Должна признать, его вечный позитив мне нравился, а его попытки завоевать мое внимание, еще больше. И от осознания этого мне было не по себе. Казалось, что я предаю Себастиана. Даже несмотря на то, что его уже нет рядом больше полугода, я так и не могу его отпустить.

Может быть я чувствую это потому, что Бас, в образе филина всегда рядом, а может быть потому, что я все еще надеюсь на то, что в полночь этот филин привычно обернется обворожительным парнем, мы проговорим полночи, а потом я проснусь в его объятиях.

Пора, наверное, перестать думать о нем, но это так сложно…

— Снова здравствуй, самая красивая воздушница на планете! — улыбнулся Робин.

— А ты много воздушниц видел, что решил повесить на меня ярлык «самой» красивой? — усмехнулась я.

— С тех пор, как поселился здесь, да. И, по крайней мере, могу точно сказать, что ты самая красивая девушка на территории этой академии, — с важным видом заявил он.

Я решила не язвить, а просто улыбнуться.

— Так что же ты для меня приготовил?

— Ничего, — пожал плечами он.

— Ничего? — удивилась я. — Ты так долго добивался этой встречи и ничего не приготовил?

— Именно. Я успел изучить тебя и понял, что все эти красивые жесты тебе не нужны. Ты их не оценишь.

— А что же я оценю? — мне самой стало любопытно.

— Искренность. Мы просто поговорим, узнаем друг друга лучше. Я отвечу честно на любые, даже самые каверзные вопросы. Но и от тебя я жду того же.

Признаться, его подход меня удивил, но мне стало интересно, что из этого выйдет.

Мы сели на самую дальнюю лавочку в кваргоновой аллее, чтобы никто не смог нам помешать и просто начали рассказывать друг о друге.

Я рассказала ему о том, как жила все эти годы, о Себастиане и как его потеряла. А он рассказал мне о том, как жил он после смерти близкого пьюра, дедушки. Робин все время искал какие-то новые ощущения, отчего делал разные, даже не совсем хорошие вещи.

Пока мы разговаривали, я проникалась к нему все большим уважением. Кажется, парень выбрал верную тактику: чем больше мы узнавали друг о друге, тем больше доверия зарождалось между нами.

За тот час, что я отвела для него, он сумел расположить меня к себе. Его самоуверенность напоминала мне иногда поведение Себастиана, только он не был замкнутым, как он. Робин был, словно открытая книга, а это именно то, чего я так хотела от Баса.

— Девушек у меня было много, и я ни одну из них не добивался, они сами вешались на меня, потому что я королевский племянничек, — усмехнулся Роби. — Каждая из них надеялась, что займет свое место в королевской семье.

— А почему у тебя не было нареченной? — поинтересовалась я.

— Родители не захотели, чтобы их единственный сын был выгодно пристроен, они позволили мне самому выбирать.

— Это очень благородно с их стороны, — похвалила я.

— Думаю, если бы я имел хоть какое-то отношение к престолонаследованию, они бы решили иначе, — усмехнулся водник.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что по-другому у королей просто не бывает. Алексис до сих пор пытается скинуть с себя балласт в виде нареченного.

— Лекса помолвлена? — удивленно вскинула брови я.

— Ага, — кивнул головой парень. — Но, думаю, у нее получится повлиять на родителей, чтобы те отменили договор. Нет, я уверен в этом. Она всегда добивается, чего хочет.

— Занятно, — усмехнулась я. — Она еще не решила вопрос с нареченным, но уже крутит любовь с Хантером.

— Если Хантер тот самый — ей придется до конца жизни скрываться вместе с ним на огненном континенте, — усмехнулся он. — Потому что чета ла Круа никогда не признает огневика, как избранника дочери. И отказаться ей от трона тоже не позволят, поскольку мало того, что она наследница, так еще и шиали ее отметили.

— Незавидная судьба, — посочувствовала я. — Если бы мы смогли перестроить мир, изменить все эти глупые правила о браках, думаю, многие стали бы счастливее.

— Лекса тоже не раз говорила о том, что хотела бы поменять всю систему, но, боюсь, для этого ей сначала придется выйти за муж за того, кто был избран родителями, затем занять престол и уже потом пытаться что-то сделать.

— Однако практика показывает, что наличие метки шиали не заставит пьюров беспрекословно подчиняться, — грустно заметила я, вспоминая войну, которую мне довелось пережить чуть больше полугода назад.

— Кажется, наше свидание подошло к концу, — заметил Робин. — Пора возвращаться в общежитие. Мне очень понравилась наша беседа и теперь, ты нравишься мне еще больше.

Парень широко улыбнулся, заставив меня улыбнуться в ответ.

— Как я и говорил, теперь я отстану от тебя, если ты сама не позовешь на второе свидание.

В этот момент слова мне показались лишними, и я просто коснулась губами его губ.

Парень изумленно посмотрел на меня, заставив смутиться.

— Значит ли это, что ты приглашаешь меня на свидание? — спросил он, а я загадочно улыбнулась, глядя на него.

В следующую секунду, он притянул меня к себе и нежно поцеловал в ответ. Мое сердечко дрогнуло от того, насколько приятным было это ощущение. А затем парень отстранился.

— Дай угадаю, это значит, что ты согласен? — улыбнулась я.

Айви.

Мое лицо выражало крайнюю степень недоумения, когда я слушала инструкции профессора Ноя Легайла, преподающего у нас физическую культуру. Он описывал какую-то спортивную игру, и я никак не могла понять правила.

— Это что-то вроде эстафеты, Айв, — заметив мое недоумение, сказал Хантер. — На контрольном пункте ты читаешь задание с упражнением, выполняешь его и бежишь к следующему контрольному пункту. На последнем пункте, ты забираешь задание и передаешь его следующему игроку в команде.

— А соревнование-то в чем? — до сих пор не понимала я.

— От того, как долго ты выполняешь то или иное задание, зависит победа твоей команды, поскольку следующий игрок не сможет приступить к заданиям, пока ты не пройдешь до конца. Некоторые задания могут показаться тебе сложными, и ты можешь отказаться от их выполнения, тогда команда сохранит время, но потеряет очки.

— Вроде поняла, — кивнула я.

После пояснений Ханта, принялась слушать-таки профессора.

— Сейчас, на этапе обучения, задания будут связаны только с физическими упражнениями, однако уже через пару месяцев они будут включать в себя и применение стихийной магии, и навыки зельеварения.

А вот это уже намного сложнее. Ведь, чтобы выиграть, необходимо идеально знать…да всё нужно знать!

— Через пару месяцев начнется отбор в команды для состязаний между факультетами. Первый курс играет только с первым курсом, а второй и третий образует сборные команды. Игры первого курса пройдут до конца первого полугодия, а затем начнутся серьезные игры между старшими курсами.

— Почему я никогда раньше не слышала об этой игре? — тихо спросила Ханта.

— Потому что в нее играют в основном те, кто доучивается до третьего курса континентальной академии и здесь. Раз в год проходят состязания между континентальными академиями и те, кто выиграет, проводят финальную игру с адептами АЧС на своей территории. Плюс, они получают возможность избирать адептов любых академий в сборную команду, при этом сохранив большинство игроков от своей академии, против команды АЧС.

— Примерно ясно, — кивнула головой. — А что получает итоговый победитель?