Лора Лири – Протяни мне руку, ангел (страница 6)

– Он хороший директор. И замечательный человек. Конечно, у него бывают трудные периоды… Так это со всеми случается.

Бережинский внимательно на неё смотрел, будто надеясь услышать что-то ещё. Но Альбина лишь спросила:

– Может, вам ещё компоту?

– Благодарю покорно, – рассмеялся он, поднимаясь. – Компоту мне уже хватит. Рад был повидаться, Альбиночка. Если вдруг что-то понадобится…

– Ваш номер у меня есть, – кивнула Альбина. – Спасибо, Пётр Леонидович. Давайте я вас провожу.

Римма проснулась от дразнящего, настойчивого запаха яичницы – он проникал в спальню, щекотал ноздри, и сопротивляться ему было совершенно невозможно. Она села на кровати, сладко зевнула и потянулась к мобильнику, лежащему на прикроватной тумбочке. До подъёма оставалось ещё десять минут.

– Дан? – позвала она негромко.

Дверь спальни тут же распахнулась.

– Я тебя разбудил? – спросил он, поигрывая лопаткой. – Я старался не буянить.

Её кухонный фартук с легкомысленными оборочками – чей-то подарок, сама она ни за что бы такой не купила – смотрелся на высоком, спортивном Дане, мягко говоря, странно. Римма не удержалась и фыркнула.

– Не вижу ничего смешного, – заявил Дан и шутливо нахмурился. – Вставай, засоня, я приготовил тебе завтрак.

– Ты давно встал?

Она поднялась с кровати, критически осмотрела в зеркале свою растрёпанную косу и взялась за расчёску.

– Разумеется, – донёсся его голос уже из кухни. – Сегодня понедельник. Мы с Димкой уже взбодрились слегка. Километров пять-шесть, не больше.

– Точно, понедельник! – оживилась она, входя в кухню уже с аккуратно заплетённой косой. – Сегодня ждём поставку… Ого! И правда – завтрак!

– Бери вилку и налетай, – Дан пододвинул ей тарелку с яичницей и поставил рядом миску с салатом.

– А ты? – спросила Римма.

– Позже. Мне спешить некуда – я в вечернюю. К тому же после пробежки салатом не наешься. Нажарю котлет.

– Мм… – протянула она, отправляя в рот кусок яичницы. – Святые небеса! Мне достался идеальный мужчина!

– А кто у нас не идеальный? – рассмеялся Дан. – Может, Димка? Или Глеб?

Римма на миг задумалась, разглядывая наколотый на вилку ломтик помидора.

– Твоя правда, – согласилась она. – Все красавцы удалые, великаны молодые.

– Все равны, как на подбор? – подхватил Дан.

– Ага. Но ты – их дядька Черномор – всё равно лучше всех, – и она сунула помидор в рот.

– Да уж. Жаль только, что богатырей у нас не тридцать три, как в сказке положено, а всего три.

– Кому в наше время легко? – пожала плечами Римма.

В спальне плямкнул телефон. Она привстала, но Дан мягко положил ей руку на плечо и усадил на место.

– Сиди, ешь. Я принесу.

Сообщение было от Марины: «Через пять минут буду у подъезда». Римма оделась за три минуты. Чмокнув Дана в нос, она сунула ноги в сапоги:

– Увидимся на пересменке! – и умчалась вниз по лестнице, стараясь топать потише.

Вышла из дома она как раз вовремя – Марина уже подходила к подъезду.

– Привет! – помахала та ещё издали.

С Мариной они работали вместе уже несколько лет, но близкими подругами стали именно благодаря Дану… или Димке. А точнее – обоим сразу.

– Ну что, на автобус или на метро? – спросила Марина.

Римма посмотрела на часы.

– Если ускоримся, успеем на автобус. А если не успеем – тогда в метро.

Они двинулись к остановке. За ночь талый снег прихватило морозцем, и подошвы предательски скользили по льду.

– И как эти двое из ларца бегают по такому гололёду? – проворчала Римма. – Может, нам стоит у них поучиться?

– Нет уж, дудки! – рассмеялась Марина. – Тут за смену так набегаешься – ещё и по утрам? Держись за меня, упадём – так вместе.

– Но ведь они тоже с нами пашут будь здоров.

– И что с того? Они большие, сильные и спортивные. А мы – хрупкие девушки. Нас надо беречь. И уж точно не гонять по улицам на рассвете.

Удивительно, но на автобус они всё же успели – несмотря на незапланированный балет на льду.

– Фух, – выдохнула Марина, усаживаясь у окна. – Сегодня понедельник. Поставка от «ФармаСферы». Надо не забыть проверить соответствие запросу.

– Да, кстати… – вспомнила Римма. – Что там было-то в прошлый раз?

– В прошлый раз – всё тип-топ. После того как мы с Лялькой заявку составили, она сама к директору пошла. Не знаю, о чём там с ним говорила и как убеждала, но выцыганила плюс десять процентов к нашему запросу. И он подписал! Только вот понять бы: это разовая акция или теперь будем постоянно препарат с запасом получать.

– А почему тогда позапрошлую срезал?

– Точно никто не знает. Лялька сказала, он вроде приболел. Может, плохо себя чувствовал и напутал. Теперь уже неважно.

Они вышли на нужной остановке и не спеша направились к усадьбе.

Глава 4

Глеб Райгородский был самым молодым в коллективе – если, конечно, не считать Даши. Не только возрастом, но и внешностью, и поведением он напоминал студента: уставшие от жизни джинсы, футболки со странными принтами, на ногах – вечно разбитые кеды, на запястье – плётеный кожаный браслет с этническими подвесками. Густая русая чёлка падала на голубовато-серые глаза, открывая лишь нос и задорную улыбку. Говорил он с лёгкой хрипотцой – следствием перенесённой в детстве болезни, – но в этом даже было что-то трогательное. Казалось, он никогда не выходил из себя и был похож на уютного, немного неуклюжего добродушного щенка, которого так и хотелось потеребить за мягкие уши. Наташа, конечно, Глеба за уши не теребила, но была уверена: он бы при этом обязательно жмурился от удовольствия.

Стоило, однако, кому-то косо посмотреть на Сонечку Озерецкую – и этот добродушный щенок мгновенно делал стойку, превращаясь в гончую.

Соня – невысокая, с белыми волосами, стриженными под пикси, и прозрачно-серыми глазами – относилась к Глебу тепло. Ей нравилось с ним дежурить: она улыбалась ему, трепала по голове, звала на помощь по любому, даже самому пустяковому поводу – и Глеб от этого только расцветал.

Римма наблюдала за этим с материнской – несмотря на свои двадцать девять – укоризной и качала головой.

– София, – говорила она строго, – ты зачем мальчишку дразнишь?

– Почему ты так решила? – отвечала Соня, невинно хлопая ресницами. – Вовсе не дразню.

– А то у меня глаз нет, – ворчала Римма.

Соня только смеялась – и всё шло по-прежнему.

Однажды Наташа тоже попыталась с ней поговорить. На этот раз Соня не стала отшучиваться.

– Римма не поймёт, – сказала она. – У них с Даном тишь, гладь да благодать. А Глеб…

Она вздохнула.

– Наташ, я его на три года старше. Думаешь, у него это серьёзно?

Наташа удивилась. Для неё ответ был очевиден.

– Думаю, да. А если даже и нет – разве это оправдание? Не очень красиво, Сонь. Если он тебе не нравится, так и не морочь бедняге голову.

– Нравится, – неожиданно призналась Соня. – Глеб мне нравится. Даже очень. Только… Я за него первый шаг делать не буду. Мне мужчина нужен – решительный, способный на поступок. А он… У него смелости не хватает даже за руку меня взять. И что это будут за отношения?

Наташа горько усмехнулась: Римма не поймёт. А ты, Сонечка? Ты понимаешь, какая ты счастливая? Ты даже не подозреваешь, каково это – любить человека, который на тебя даже не смотрит.