Лора Лей – Повесть о вере, надежде, любви (страница 11)
Ын Су пришлось подчиниться.
***
Несмотря на наличие воинов и проблемного пациента, работа в лечебнице продолжалась все дни их пребывания в деревне. Крестьяне немного побаивались суровых гостей лекарки. Но болезни и несчастные случаи возобладали над страхами, и очередь из страждущих не сильно уменьшилась.
Ын Су старалась не обращать внимания на находившихся в соседнем помещении чужаков и вела прием как обычно. Охранники тоже приняли негласные правила хозяйки лечебницы и сидели по очереди то с больным, то недалеко под деревьями, в процесс работы не вмешивались, если он не затрагивал их хозяина. Манипуляции же с ранами их господина воинов интересовали, но вопросы задавать они не решались.
Иногда Ын Су коротко объясняла следящим за ее действиями мужчинам, что и зачем она делает. А также комментировала ход лечения. Пациента, периодически приходящего в сознание и пытавшегося задавать вопросы, доктор спокойно уведомляла о случившемся и необходимости временно пребывать в неудобном положении. Обещая скорое выздоровление, поила с помощью охранников куриным бульоном, помогала справлять нужду (физиология, куда деваться) и снова усыпляла, справедливо полагаясь не только на лечебный эффект сна, но и не желая много говорить с человеком, волею судьбы оказавшегося её знакомым. О, да, узнать в пациенте уже дважды встреченного столичного щеголя было для женщины той еще радостью!
- Ким Ки Хон. Так, кажется, его зовут. Принесла же нелегкая! – думала попаданка, в очередной раз меняя повязки на спине пострадавшего и замечая с удовлетворением, что лечение идет хорошо. – Сниму швы и пусть катится отсюда побыстрее! Только бы не вспомнил меня!
Почему-то женщина была уверенна, что пациенту не стоит давать понять, что она его узнала, поэтому в те моменты, когда он был в относительном сознании, доктор Ю прятала лицо под маской и старалась говорить меньше и тише. Сопровождающих воинов она тоже осмотрела, кое-кому оказала помощь в обработке полученных ран, договорилась с сельчанами, чтобы принесли им матрасы и одеяла для ночевки, и вообще, всячески старалась угодить воинам, дабы они расслабились и не видели в ней опасность. Их настороженность и агрессия, проявленная в первый день, страшила женщину: кто знает, как они поведут себя после выздоровления хозяина. А так, глядишь, все ограничится простой благодарностью за спасение и относительный комфорт пребывания.
Спокойное и благожелательное отношение дало свои плоды: уже через день охранники господина Кима перестали следить за каждым ее шагом, немного расслабились, не мешали приему и не создавали проблем местным и пациентам. Трактирщик снабжал их едой, организовал помывку и стирку запачканной одежды, за которые, надо признать, воины заплатили довольно много, по местным меркам.
Ын Су надеялась, что незваные гости покинут лечебницу и деревню без лишнего шума и без неё. Последнее особенно волновало доктора: вот вертелась в голове мысль, что стоит пациенту ее увидеть и узнать, он просто так не отстанет. Ким Ки Хон в её представлении равнялся Ки Чхолю, жаждущему получить любой предмет или человека, его заинтересовавшего, естественно, без учета чьего-либо мнения, кроме собственного. Ын Су в какой-то момент даже решила, что сбежит или будет бороться до последнего, если вдруг такой вариант событий случиться.
Однако, в этот раз боги были на ее стороне. На пятый день доктор Ю сняла швы и сказала командиру охранников, что их господина можно аккуратно транспортировать в город, чтобы продолжить лечение под наблюдением столичного лекаря.
- Я наложу тугую повязку, и он сможет даже сидеть в повозке. Старайтесь ехать не быстро, чтобы особо не трястись. Моя работа на этом закончена.
Здоровяк хмыкнул, не очень вежливо поклонился, бросил на стол мешочек с монетами и велел остальным собирать господина, пребывающего, стараниями Ын Су, в полудреме, в дорогу: повозка, богатая и большая, прибыла в деревню накануне ночью. Видимо, охранники, которых женщина не считала изначально, отправили одного из своих в город после размещения раненого у неё в лекарской, чтобы обеспечить его транспортировку в столицу после выздоровления.
«Продуманные, однако. Были уверены, что я смогу вылечить этого их Кима? Ну или..Ладно, не будем о грустном. Скорее бы уже отправлялись!»- думала иномирянка, наблюдая за сборами и погрузкой столичного аристократа в повозку. Он вроде бы и посмотрел на неё мутным взором, но женщина маску не сняла, поэтому особо не опасалась. А вот сказанная напоследок командиром фраза ей не понравилась.
- Как тебя зовут, женщина? Я должен доложить семье господина, кому они обязаны его спасением. Да и он сам захочет тебе отплатить за помощь.
Ын Су напряглась, но ответила максимально ровно:
- Вы уже расплатились со мной, так что не стоит беспокоить господина моей скромной персоной. Желаю вам хорошего пути и окончательного выздоровления вашему хозяину.
Здоровяк снова ухмыльнулся недобро, но больше ничего не сказал, выехал вперед, и повозка, окруженная конными охранниками, двинулась по дороге в сторону столицы. Наблюдавшие за отбытием неприятных гостей жители деревни вздохнули с облегчением, как и Ын Су. Ну, вроде обошлось.
Глава 12
Несмотря на привычное для сельчан поведение лекарки, доктор Ю после отъезда воинов поняла, что ей нужно передохнуть: она чувствовала, как подкашиваются от перенапряжения последних дней ноги и кружится голова. С трудом дойдя до дома, она упала на матрас и отключилась. Проснулась женщина поздно вечером, судя по темноте за окном, и поняла , что проголодалась. К счастью, Гым Чжа не спала, поэтому они поужинали, нагрели воды, чтобы Ын Су смогла помыться, и разошлись по комнатам.
Ын Су лежала в темноте, слушала осеннюю тишину, радовалась завершению эпопеи с господином Кимом, вспоминала Учителя и Лу Бао, свою жизнь за истекший год, удивлялась, в который раз, сухой и теплой погоде, сожалела об истраченных хирургических материалах, одернула себя за это и незаметно задремала.
И очнулась, как от толчка, когда услышала голос генерала: «Имджа, где же ты? Я все еще жду тебя..» Женщина рывком села, откинула одеяло, огляделась: привычная обстановка, пробивающийся сквозь оконную бумагу свет раннего утра, крики соседских петухов, тихая возня помощницы во дворе и отчетливое: « Пора идти, девочка».
-Лу Бао? – произнесла она вполголоса.
Ответа не было, но Ын Су он и не требовался. Она как-то разом поняла, что действительно пора. Время, о котором говорил ей монах, пришло.
Иномирянка встала, собрала рюкзак, оставив вещи Учителя, написала письмо Гым Чже, распорядившись завещанным ей имуществом, извинилась перед ней и попрощалась, осторожно выскользнула из комнаты и решительно направилась по непроснувшейся еще деревне к вратам. Утро только вступало в свои права, лекарке никто не попался навстречу, и вот она уже около мегалита. Провал между камнями был темен и тих. Женщина постояла некоторое время, собираясь с мыслями, настраиваясь на мужчину, о котором думала, выдохнула и услышала характерный шум: врата открывались.
-Ну, будь что будет! – подумала Небесный доктор и шагнула в слепящее око портала.
***
Вид ночного Сеула был узнаваем и чужд. Огни мегаполиса, мчащиеся по проспекту авто, гуляющие горожане, запахи выхлопных газов, асфальта и жареного мяса, приносимые легким ветерком – Ын Су воспринимала окружающий мир как изображение на экране телевизора. Ничего не дрогнуло в ее душе. Этот мир перестал быть ее. Женщина постояла несколько минут и вновь вошла в светящееся зево врат, чтобы выйти в Коре столетиями раньше.
Здесь стояла осень, теплая, сухая и яркая, пели птицы, под ноги легла знакомая тропка, и Ын Су, не поднимая головы, пошла по ней к трактиру. Мыслей о том, что ей не удалось попасть, куда стремилась, в голове не было, а вот пустота и желание поесть – было. Она не сразу обратила внимание на ржание лошадей, палаточный городок и воинов, перемещавшихся вокруг нее. Да и внешний вид трактира ее не встревожил. Только войдя внутрь, иномирянка с удивлением обнаружила, что заведение выглядит как-то иначе, и заполнено оно вооруженными людьми в похожей на виденную ранее форму солдат армии Корё. Их было много в зале, поэтому Ын Су скромно примостилась за столиком почти у входа и попросила проходившую мимо служанку принести ей что-нибудь покушать. Осматривая соседние столы, доктор Ю вдруг увидела знакомые лица…Сердце застучало часто-часто, дыхание перехватило, и Ын Су обратилась с вопросом к проходившему воину:
-Простите, а что здесь делают солдаты Корё? Им не опасно находится на территории Юань?
И получила ошеломивший ее ответ о завоеванных генералом землях, пятилетнем правлении Конминвана и ее горной дремучести. Волнение и неверие одновременно вползало в ее мозг и душу, пока разговор за столиком напротив не заставил броситься на улицу и нестись сломя голову к памятному до боли дереву, о котором упомянули воины Корё.
Женщина бежала, даже не глядя под ноги. «Неужели?» – билась в голове незаконченная мысль, сердце колотилось о грудную клетку, глаза горели от подступавших слез, а она все бежала. И вот знакомое поле, огромное раскидистое дерево впереди, вот желтые хризантемы, которых не было раньше… Солнце, клонившееся к закату, не давало разглядеть представшую перед ней картину четко, но силуэт сидящего под деревом человека в синей одежде она рассмотреть смогла. И остановилась в некотором отдалении, не в силах двигаться дальше…Неужели?!