Лора Кейли – Жатва (страница 14)
– Миссис Линч, вам нельзя вставать.
Медсестра двоилась в глазах, как и эти больничные стены, как и цветок на полу.
– Пожалуйста, успокойтесь.
– Это моя дочь, – шептала Аманда, – моя Эбигейл!
– О чем вы, милая, здесь никого нет, – поднимала её медсестра.
– Нет, – Аманда пыталась отдышаться, держась за плечо медсестры, – вы не понимаете, мне не надо в палату, мне надо в приёмный покой!
– Всё будет хорошо, не волнуйтесь.
– Мне надо идти!
Сирены слышались чётче, они были всё ближе и ближе, почти здесь.
– Пройдёмте в палату, Аманда, – большая и сильная женщина в белом халате почти волокла её на себе.
– Это кого привезли? – оглядывалась Аманда.
– Мы пока что не знаем, я же здесь, а не там.
– Та девушка, в том лесу, мне кажется, я ее знаю…
Медсестра остановилась на пару секунд.
– О чём вы, милая? Какая девушка?
– Та девушка из новостей, вы смотрели новости?
– Нет, я на работе. Мне некогда их смотреть, отчёты и записи, журналы и снова отчёты. – Медсестра держала её, не отпуская.
Аманда слышала, как хлопнула входная тяжёлая дверь, как каталка дребезжала колёсами по полу, а потом скрылась вдали коридоров, за какими-то другими дверьми.
– Что там? – указала она в то крыло.
– Отделение интенсивной терапии, – медсестра открыла дверь в палату.
Вот и весь её путь, что Аманда сумела пройти – до регистрации и обратно. Ей хотелось рыдать от обиды, но даже на это у неё не было сил.
Скрип больничной кровати, мягкость одеяла.
Её уложили в постель и что-то вкололи в плечо.
Было полпервого ночи, когда она вновь очнулась.
Все в отделении спали. Только медсёстры, как призраки замка, расхаживали меж стен. Аманда ступала бесшумно, проходя мимо палат. Ей нужно было дойти до конца, а потом завернуть направо. Она изучила план пожарной эвакуации, что висел возле её двери.
Отделение интенсивной терапии находилось в самом конце. Она проходила мимо каждой палаты и от каждого звука приборов, доносившегося из-за дверей, вздрагивала и замирала.
– Миссис Линч, – услышала она за спиной и обернулась.
Перед ней стоял сержант.
– Куда-то идёте?
– А, это вы… Нашли? – взглянула она на него безо всякой надежды.
– Нет, ещё нет, но уверяю вас, её ищут.
Она посмотрела в окно, всё та же непроглядная темень.
– А зачем вы пришли сюда в ночь?
– Я здесь по делу. – Тадовски поглаживал подбородок, заросший неровной щетиной, и смотрел на неё. – У нас ещё одно самоубийство. Жду заключения врача. А вы куда собрались?
Аманда смотрела в глаза сержанту. Можно ли ему доверять? Что он скажет, если узнает то, что знает она, что он подумает о ней, если ему сказать…
– Миссис Линч?
– Сегодня нашли девушку в лесу, – начала было Аманда, – я видела по новостям…
– Да, личность пока не установили. А вы знаете что-то?
Она снова вспомнила это лицо, исцарапанное, почти неживое, взрослое, но её…
– Аманда.
– Да, я… Мне кажется, я её знаю.
– Вы знаете, как её зовут? При себе у пострадавшей не было никаких документов.
– Я не уверена, – она помялась, будто решаясь, – но думаю, я её вспомню, если увижу опять.
– Доктор! – Сержант Тадовски окликнул белую тень, бродившую по коридору.
Тень обернулась и пошла к ним.
– Я бы хотел взглянуть на одну пациентку, вам привезли её днём, нашли сегодня в лесу, – посмотрел он в блокнот. – Девушка, лет двадцати, без документов.
– А, – понял доктор, – думаю, у вас не получится её допросить, она ещё не очнулась.
– Нам бы только на неё посмотреть.
Глава 9
– Аманда…
Она слышала своё имя откуда-то издали, будто далёким эхом, невнятным отголоском доносились до неё эти шесть букв.
А-м-а-н-д-а.
Это её зовут.
Она стояла, опёршись о ручку двери палаты, и не могла пошевелиться.
– С вами всё в порядке? Вы знаете эту девушку?
Эбигейл лежала в кровати, к её тонкой перебинтованной руке подходила прозрачная трубка, через которую по узким стенкам проходило лекарство.
– Девушка, по-видимому, упала и ударилась головой, – предположил сержант, доктор, что стоял рядом, кивнул.
– У пациентки открытая рана в височной области и гематомы, – подтвердил он.
Сержант посмотрел на Аманду, ожидая хоть какого ответа, но она лишь молчала.
– Если вы обознались, ничего страшного, – попытался утешить он.
Нет, она не обозналась, она не могла её ни с кем спутать, будь ей хоть восемь, хоть двадцать лет. Те же пухлые щёки, тот же вздёрнутый носик, те же губы, будто у куклы, небольшие, но пухлые, как у её отца.
– Эбигейл, – еле слышно сказала она.
– Что, простите? – не расслышал её полицейский.
Аманда сделала шаг вперёд, потом второй, схватилась за руку Тадовски, когда перестала чувствовать ноги, и пошла к кровати, уже держась за него.
– Подходить мы не разрешаем, пациент ещё спит, – сказал врач.