Лолли Поп – Сводные. Притворись, что ненавидишь (страница 9)

– А что с ним не так? – хмурится Фил.

– Да так, ничего, – усмехается клавишник, переглядываясь с Тимом и Балу. И я в этот миг чувствую облегчение: хоть кому-то еще он не нравится, кроме меня. Значит, это не только мое мнение.

– Серьезно? Вадос – крутой чувак и мой бро. Если бы не он, я бы не смог втянуться в ту жизнь.

– Не спорю, с тобой он может быть отличным парнем. Но на нас он смотрит так, будто мы люди второго сорта.

– Есть такое, – кивает Балу. Хотя он самый спокойный и дружелюбный среди нас.

Миша никогда открыто ни с кем не конфликтует и принимает людей такими, какие они есть. Поэтому если он заметил, что с Вадимом что-то не то, то это не просто тревожный звоночек, а настоящий колокольный звон.

– Да ну? – хмурится Лёха.

– И как он на Птаху смотрит, видел? – возмущается Тим. – Что это за взгляд такой?! Будто его вот-вот стошнит.

Я, конечно, в курсе нашей с хамом взаимной антипатии, но слышать, что кого-то может от меня вырвать, не очень приятно.

– Разве? – смотрит на него Лёха, а потом переводит взгляд на меня, словно спрашивая, действительно ли это так.

Я же в ответ пожимаю плечами.

– Правда, Тай. Чего он на тебя так пялится? – спрашивает Тимоха.

– Серьезно, пялится? – Фил теперь ждет ответа от Джонни и Балу.

– Пялится, пялится, – подтверждают ребята.

– Я не заметил…

– А мне показалось, что он на нее запал, – хмыкает Джонни.

– Это уж вряд ли, – смеюсь в голос.

– Почему?

– Ну… на самом деле все просто, – делаю вдох поглубже. – Дело в том, что Вадим – сын маминого мужчины.

– Что? – вырывается из Тима, и я чувствую на себе четыре пары глаз. – Ты же не хочешь сказать, что…

– Да, Тимош, именно это я и хочу сказать. Мы теперь живем вместе. И ему это очень сильно не нравится.

– О-хре-неть! – говорит Фил, а Балу присвистывает.

Я вижу, как выходит водитель Кирилла из машины, и, пользуясь всеобщей заминкой, решаю сбежать, чтобы отложить непростой разговор на следующий раз.

– Ну, ладно, ребят! Мне пора! – устремляюсь к машине. – Увидимся завтра, – отворачиваюсь от парней и трусливо прячусь в салон авто от их растерянных взглядов.

Глава 11

Тимон: “Почему ты игнорируешь меня? Ответь. Нам нужно поговорить”.

Тимон: “Ты должна была мне сразу все рассказать”.

Не успеваю доехать до дома, как на меня сыплется град из сообщений.

Бёрди: “Что бы это изменило?”

Вижу три точки, пока Тимофей набирает послание, которое так и не приходит. В это время появляется другое входящее.

Алекс Филимонов: “Жаль, ты не захотела поехать с нами. За твое здоровье!”

И ниже прикреплено фото, где Лёха обнимает Вадима за шею и они приподнимают бокалы вверх.

Леха с белоснежной улыбкой и лукавым взглядом привлекает внимание. Он действительно очень хорошенький, и, будь он один на фото, я бы рассматривала его одного.

Но он не один. Я цепляюсь взглядом за лицо потенциального сводного, который широко улыбается в камеру, и залипаю на его изображении. Сейчас он выглядит совсем иначе. Как человек, а не как чудовище, при виде которого хочется бежать.

Алекс Филимонов: “На самом деле я тут только из-за Вадоса. С вами было веселее”.

Бёрди: “Вечер только начинается. Не вешай нос”.

Тимон: “Мне кажется, ты отдаляешься. У тебя появились тайны, и я не знаю, как к этому всему относиться. Сначала твой внезапный переезд и перевод в другую школу. Теперь выясняется, что ты живешь с этим напыщенным мажором. Я просто боюсь, что теряю тебя…

Я ожидала чего-то подобного от друга. Но сегодня я не в силах справиться со своими эмоциями, чтобы еще думать о том, как Тиму помочь пережить потрясение. Он обижается на то, на что я сама не в состоянии повлиять. И, хуже того, ни капли не помогает мне пережить этот стресс наиболее мягко, лишь усиливая его. Поэтому я злюсь на Тима. Очень злюсь.

Бёрди: “Ты меня точно не потеряешь. Просто я пока сама растеряна и напугана. Дай мне время осознать перемены. И, пожалуйста, не усугубляй ситуацию”.

Тимон: “Обещай, что больше от меня ничего не скроешь и, если тебе нужна будет помощь, обязательно скажешь мне об этом”.

Бёрди: “Обещаю”.

Облегченно выдыхаю, собираясь отложить наше общение с Тимом хотя бы на сутки.

Алекс Филимонов: “Давай встретимся завтра. Тай… Хочу с тобой пообщаться без посторонних”.

Бёрди: “Зачем?”

Алекс Филимонов: “Ты мне нравишься. И я не хочу скрывать это”.

Бёрди: “Сегодня был тяжелый день. Поговорим об этом завтра. Хорошо?”

Алекс Филимонов: “Хорошо. Сладких снова, Пташка”.

– Приехали, – говорит водитель. И я облегченно выдыхаю, пряча смартфон в рюкзак, и выхожу из авто.

Подхожу к багажнику, чтобы забрать гитару, но мужчина сам достает футляр и протягивает мне.

– Спасибо, – забираю свою малышку и ухожу в дом.

– Вернулась? – вздрагиваю, когда словно из ниоткуда вырастает мама.

– Напугала, – шумно выдыхаю, восстанавливая дыхание.

– Дожили! Мать родная пугает. Ты почему не отвечаешь на звонки?

– Так не было от тебя входящих.

– Как это не было? – возмущается мама.

– Сама посмотри, – достаю телефон и смотрю на дисплей, где нет ни одного пропущенного. Затем открываю журнал звонков и правда вижу пять входящих от мамы. – Ой!

– Что “ой”?

– Ничего не понимаю… – тычу настройки и только теперь замечаю, что у меня установлен режим “Не беспокоить”, который я не заметила из-за разбитого дисплея. – У меня ночной режим стоял.

– Тай! Ну разве так можно? Я тут на нервах вся. И что у тебя с телефоном? – замечает трещины.

– Упал, – отчего-то решаю умолчать о нашем первом знакомстве с Вадимом. Не собираясь жаловаться.

– Как же ты тут видишь хоть что-то?

– Вот так, – пожимаю плечами. – Зарплату отложила на новое оборудование. Телефон потом…

– Ясно. То есть мама больше не в состоянии решить твои проблемы?

– Мам… Мне проще самой.

– Самостоятельная ты моя, – с какой-то тоской говорит она. – Но телефон я куплю тебе новый.