Лола Магнум – Любовник моей мачехи (страница 7)

Глава 7

Проснулась с ощущением, будто всю ночь не спала, а бежала – от собственных мыслей, от того взгляда, от шрамов на его теле. От того, как он смотрел на меня.

Потянулась к телефону. Никаких сообщений. Ни от отца, ни от Светки. И слава богу.

Быстро собралась, наспех проглотила кофе, даже не почувствовав вкуса. Выбежала на улицу, вскочила на байк. Ветер бил в лицо, но не охлаждал жар под кожей.

Университет встретил меня шумом студентов, смехом, криками. Я машинально оглядела двор – ни намёка на Петра. Слава богу.

– Глаш!

Голос заставил вздрогнуть. Даша и Маша, мои вечные тени, уже мчались ко мне, размахивая руками.

– Глаш, пойдешь сегодня с нами в бар? Всё лето же не виделись!

– Да, Глаш, пойдем, а?

Близняшки синхронно склонили головы набок, изображая жалобные мордашки.

Я закатила глаза.

– Не сегодня. Точнее, сегодня точно не получится.

– Да блин, Глах! – взвизгнула Даша. – Нам учиться осталось всего ничего – полгода, а потом диплом! Считай, пять лет учебы за плечами, а тебе и вспомнить-то будет нечего!

– Даже не уговаривайте. У меня на сегодня работа. Вы ж знаете, как хорошо это оплачивается.

Они переглянулись. Знали. И знали, что спорить со мной бесполезно.

Я закинула рюкзак за спину, застегнула косуху и подошла к своему байку. Сегодня, когда пришло сообщение от Агнара о заказе, я обрадовалась. Деньги, как известно, лишними не бывают, а такие заказы всегда оплачивались очень хорошо.

А тем, кто хотел большего, Агнар всегда доходчиво объяснял правила хорошего тона. Так что, я была спокойна.

– О! Прикатила! Реву, шуму на весь двор. Маленькая, как подросток, а шуму от тебя, как от самосвала! – приветствовала меня бабка Тоня.

– И вам добрый день, баб Тонь!

– Глаш, да когда ж ты его сменишь-то уже на нормальную машину, вон, хать, как у Клавки из второго подъезда?

– Баб Тонь, ну вы ж сами говорили, что Клавка – шалава. А я девушка приличная. Приличным девушкам, цитирую вас же, “ни в жисть не насосать на такую тачку”! Вот я и не насосала еще, а потому езжу на том, на что смогла.

– Ой! Вот умная ж ты девка, Глаш, а иногда такую ересь несешь, что аж стыдно за тебя! – соседка махнула на Глашу рукой. – Иди уже, с Богом, в свой скворечник. Чутка позже тебе пирожков с картошкой принесу. Как тебя только ветром не сдувает с твоей колымаги.

– Спасибо, баб Тонь!

Улыбаясь, я нырнула в подъезд, поднялась на лифте до последнего этажа и прошла последний лестничный пролет пешком. В мой скворечник, как называла мои хоромы в мансарде соседка, лифт не доходил. О том, что она пирожки, даже такие вкусные, я не ем, баб Тоне говорили раз тысячу, но…

– Ишь, чего выдумала: не ест она пирожки. Знаю я энти ваши диеты и голодания! Тебя еще откармливать и откармливать. Ешь, давай!

Спорить и что-то доказывать пожилой одинокой соседке, подкармливающей меня пирожками, не хотелось.

Я переоделась в домашнее, и шагнула к кухонному уголку. Щелкнула кнопкой включения чайника, насыпала щедро кофе в кружку и, в ожидании закипания чайника, открыла сообщение от Агнара: «Сегодня есть для тебя заказ. Красный. Заказ оплачен».

Чайник закипев, щелкнул.

– Будет вам Красный, – проговорила вслух, наливая кипяток в кружку.

Не успела сделать и пары глотков, как в дверь забарабанили.

– Глаша, открывай! Это я! – раздался голос соседки бабы Тони.

Вздохнув, пошла открывать. Иногда соседка умела быть очень настойчивой в своем желании догнать и причинить добро.

– Опять кофе глушишь вприглядку? – потянула носом соседка, входя в мою крохотную студию. – Вот, накося, я тут тебе еще и борща плошку налила. Как раз настоялся ужо. С пирожками вприкуску самое оно будет!

– Баб Тонь, – начала я было говорить, но была остановлена соседкой:

– Ешь, я сказала! Опять, поди-ка, в ночь на работу уйдешь? – бабка Тоня сверкнула глазами.

– Уйду! – согласилась я. – Баб Тонь, не жди меня, ложись спать. Ты же знаешь, что меня привезут.

– Вот когда тебе будет привозить не такси, а твой хахаль, тогда и буду ложиться спать! А покуда тебя возит Карим, Сурен, Гурген али кто другой из понаехавших к нам за длинным рублем, я буду сидеть и ждать у окна. Поняла меня?

– Поняла, – я улыбнулась и покорно кивнула.

– И чтоб перед тем, как в такси сядешь, позвонила мне!

– Позвоню.

– Вот так-то лучше! – баб Тоня смягчилась и ткнув пальцем в борщ, скомандовала:

– Ешь, давай! Пирожки потом, ночью съешь, чтоб не голодной спать ложиться.

– Хорошо, баб Тонь.

– Ешь, и ложись поспи, а то опять не выспишься.

– Поем и лягу.

– А чего это ты сегодня такая вся из себя послушная, а? Не споришь со мной. Случилось что ли чего, соседка?

– Да как-то неспокойно мне, баб Тонь, – призналась Аглая. – Может, кинешь карты?

– А давай, кину, – охотно согласилась соседка и достала потрепанную колоду из передника. – Хорошему человеку от чего ж не кинуть? Ты ешь, давай, а я пока пойду вот там у тебя перед диваном на столике раскину.

Я послушно съела борщ, вымыла миску и подошла к дивану, где баб Тоня, больше известная, как гадалка Антонина, раскладывала карты.

Едва я подошла, как соседка вскинула на меня внимательный взгляд и проговорила задумчиво:

– Встреча у тебя сегодня будет. Судьбоносная.

– Ага, с женой изменника! – усмехнулась Аглая. – Ему друзья сюрприз заказали, только забыли его жену предупредить.

– Да нет, девочка. Женщин сегодня ты не встретишь. Все те же, шмары ваши. А вот Король Пик – это серьёзно. Это опасный человек, тайный враг с очень темными волосами и черными глазами, – баб Тоня вернулась взглядом к раскладу карт на столе и постучала указательным пальцем по семерке бубен рядом с Королем Пик, – вот только это и успокаивает меня. Будет тебе помощь от благородного человека. Только что-то не пойму я… Странно как-то карты легли…

Я молча смотрела то на баб Тоню, то на карты… Нормально лежит, как по мне. Ровненько.

– Нет, не могу понять! – выдала она, досадливо цыкнув на карты. – Это тебе, девонька, надо будет самой разбираться, кто тебе друг, а кто враг. Так-то! – ткнула она указательным пальцем в какую-то карту.

– Ну надо так надо, – согласилась я, – разберусь. Спасибо, баб Тонь, – я наклонилась и чмокнула старушку в морщинисту щёку, пахшую пирожками.

– Правда, не так скоро, но всё-таки. Не можешь отказаться-то, Глаш?

– Не могу, баб Тонь, ты же знаешь. Не переживай ты так за меня! Зря я, что ли, на тренировки по тайскому боксу хожу? Тренер меня хвалит, я смогу за себя постоять, да и Агнар не даст в обиду.

– Вот только это и успокаивает меня, девочка.

Соседка ушла, а я завела будильник, поставив его через час и легла спать.

Глава 8

Сергей

Я стоял у служебного входа в зал и обводил взглядом помещение. Отлаженный механизм взаимодействия персонала и посетителей работал, как часы.

Стиль руководства, признаюсь, у меня был жесткий и бескомпромиссный, вторых шансов я не давал, но и по зарплате не обижал, поэтому обслуживающий персонал был вышколен и за работу держался.

Я знал, что в моё отсутствие тут порядка даже больше, чем в моё присутствие, как бы парадоксально это ни звучало. Ибо боялись накосячить и вылететь.