Лола Гласс – Не стоит влюбляться в дракона (страница 3)

Мне предстояло четыре недели мучений.

— Смогу ли я посещать занятия? У меня остался последний семестр в Университете Скейл-Ридж. — университет Скейл-Ридж был довольно небольшим, но известным колледжем.

Меня зачислили на программу разработки программного обеспечения. Хотя мне это по большей части нравилось, я была одной из немногих женщин на большинстве занятий. Это было неловко, и я была готова покончить с этим.

— Нет, — без колебаний ответил Август. — Я разберусь со школой.

— Ты не можешь разобраться со всем университетом, — сказала я.

— Ты удивишься, узнав, с чем могут разобраться эти сверхъестественные создания, когда проживут достаточно долго. Если Август не сможет заставить университет сотрудничать, Баш и его братья справятся, — сказала Бринн. Я не понимала, почему ее голос такой оптимистичный.

Может быть, потому что имела дела с огнем, струящимся по венам.

— Я сказал, что разберусь, — прорычал Август. Его руки снова сжались, и он прижал меня ближе к своей груди.

Хотя жар немного ослаб от прикосновения, мой живот сжался, когда я почувствовала его возбуждение под своими ягодицами.

Я старалась не показывать виду, что заметила его желание.

— Кто-нибудь может объяснить мне, что именно произошло с этой горячкой? — спросила я, и мой голос был далеко не таким веселым, как голос Бринн.

Она многозначительно посмотрела на Августа.

Он притянул меня к себе, заставив коснуться спиной его груди.

Благодаря этому контакту мое тело расслабилось, дискомфорт почти полностью исчез.

— Мой огонь вспыхнул в твоих венах с первого прикосновения. В ближайшие несколько дней он будет разгораться всё сильнее и причинять всё большую боль, которая будет только усиливаться. Жар в твоем теле будет постоянно подталкивать тебя ко мне, потому что никто другой не сможет его утолить.

— Мне потребуется более ясное описание того, как это утолить.

— Секс, Огненный Шар. Секс утолит жажду. Ничего больше.

— Меня зовут Элоди. А как на тебя повлияет горячка?

— Думаю, ты это уже поняла, — протянул он.

Его член пульсировал под моей задницей, просто для пущей убедительности.

Мои щеки покраснели и не от пламени.

— Дело должно быть не только в этом.

— С увеличением расстояния между нами мой разум будет меняться. В отличие от некоторых оборотней, драконы неотделимы от наших животных. Мои звериные инстинкты будут становиться всё сильнее и их будет всё труднее игнорировать, пока я не завладею твоим телом, чтобы скрепить нашу связь.

С каждым предложением мои глаза расширялись все больше.

Он добавил:

— Я постараюсь себя контролировать, но если не смогу, мои братья не позволят мне сделать ничего, чего бы ты не хотела.

— Ты с трудом выдерживаешь присутствие Баша в машине вместе с ней, а он в паре, — отметила Бринн. — Джас и Элай холосты и очень на тебя похожи.

— Я разберусь.

— Я не хочу быть твоим подопытным, пока ты во всем разбираешься, — возразил я. — И я действительно не хочу пострадать, когда ты изменишься.

Бринн быстро ответила:

— Не физически… он не может причинить тебе физическую боль. Это невозможно. Он пытается сказать, что не хочет воспользоваться ситуацией. Ты будешь испытывать боль, отчаянно нуждаться в… утолении жажды. Ты перестанешь быть собой, и он — собой, а это опасно. Верно? — она посмотрела на Августа.

— Да.

— Но это не представляет физической опасности? — поинтересовалась я.

— Скорее сексуальную, — сказала она.

Я крепко зажмурилась.

— Это не опасно в сексуальном плане, — почти прорычал Август. — Если до этого дойдет, чего не произойдет, твое удовольствие будет для меня приоритетом. Больше всего на свете я хочу избавить тебя от мучений. Когда драконы поддаются течке, все всегда начинается с того, что самец использует свой рот и пальцы на самке, но это не скрепляет связь. Все просто обостряется.

Ладно, я оказалась в полной заднице.

Вполне возможно, несколькими способами.

— И всё это произошло из-за того, что ты меня коснулся? — спросила я.

— Нет. Это произошло потому, что ты вмешалась в частный разговор, заставив вдохнуть твой запах и вызвав у меня течку. Прикосновение спровоцировало горячку, но это было неизбежно.

Прекрасно.

— Я думала, ты собирался причинить вред Бринн, поэтому пыталась её защитить. — я указала на женщину на пассажирском сиденье.

— Как ты думаешь, почему я называю тебя Огненным Шаром? — возразил он.

Я нахмурилась.

— А что произойдет, если мы переживем все четыре недели и не сдадимся?

— Ты сможешь вернуться к своей жизни и больше никогда меня не увидишь.

По крайней мере, хоть что-то.

Мне нужно просто пережить четыре недели теоретической боли, после чего смогу вернуться к нормальной жизни.

— А что произойдет, если ты сдашься? — спросила Бринн.

Мне не хотелось знать ответ на этот вопрос. Более того, я даже не хотела обсуждать такую возможность.

— Будем решать проблемы по мере их поступления, — сказал Август. — И если это произойдет, то это будет уже только между мной и Элоди.

— Сколько пар переживают горячку, не сдавшись? — спросила я.

Он помолчал мгновенье.

Еще мгновенье.

Слишком долгое мгновенье.

— Не так уж много, — наконец выдал он.

— Нам понадобится конкретная цифра, Август, — возразила Бринн.

— У меня нет точного числа. Если кто-то из моих драконов и пережил горячку, не сдавшись, они мне об этом не сказали. Исторически мне известен лишь один такой случай.

— И? — подтолкнула Бринн.

— И они сопротивлялись страсти, но в процессе влюбились и в итоге все равно скрепили связь, — проворчал он.

Отлично.

Просто замечательно.

Следующие двадцать минут мы ехали в тишине. Я заставляла себя смотреть на деревья и горы вокруг, пока мы поднимались все выше и дальше, удаляясь от основной части Скейл-Ридж.

Когда мы наконец подъехали к дому Августа, мне стало жарче.

И ещё влажнее.