Лоис Макмастер Буджолд – Комарра (страница 24)
– Там с ним могло произойти что угодно, – высказал мнение Тьен.
– Согласно вот этому, не очень многое, – суховато бросил Фортиц. – Работа по контракту на их орбитальных верфях… Он даже не смог подготовить приличный научный отчет… Университет Солстиса не возобновил с ним контракт. Судя по всему, педагогическим даром он не обладал.
– Его отказались взять в Имперский исследовательский институт из-за участия в Восстании, – пояснил Тумонен. – Несмотря на амнистию.
– Амнистия гарантировала лишь, что его не расстреляют, – чуть нетерпеливо бросил Майлз.
– Но ему отказали не на основании недостаточной компетенции, – пробормотал Фортиц. – Так вот, он пошел на работу гораздо ниже уровня полученного им образования, на комаррские орбитальные причалы.
Майлз быстренько произвел проверку.
– Да, но к этому моменту у него уже было трое маленьких детей. Надо было зарабатывать деньги.
– Затем несколько лет он сидел на месте, – продолжил профессор. – Менял место работы лишь раз, из-за существенного повышения в зарплате и должности. Затем его нанимает Судха. Сам недавно назначенный, он берет Радоваша в Проект Терраформирования. И Радоваш переезжает на постоянное жительство на планету.
– Но без увеличения жалования. Профессор, – жалобно протянул Майлз и ткнул пальцем в одну точку последнего периода карьеры Радоваша, – вам не кажется странным перелет вниз, на планету, для человека, специально обученного и имеющего опыт работы со скачковыми технологиями? Он ведь специалист по пятимерной математике.
Тумонен натянуто улыбнулся, из чего Майлз сделал вывод, что в буквальном смысле попал пальцем в ту самую точку, что беспокоила капитана.
– Ну, тут может быть много разных причин, – пожал плечами Фортиц. – Ему могла надоесть прежняя работа. Могли появиться новые интересы. Госпоже Радоваш могла попросту надоесть жизнь на космической станции. Думаю, вам придется спросить ее.
– Но ведь это довольно необычно, – закинул пробный шар Тумонен.
– Может быть, – хмыкнул Фортиц. – А может, и нет.
– Ну что же, – вздохнул Майлз после долгого молчания. – Пора заняться самой трудной частью.
Дом, где жили Радоваши, оказался в другом конце города, но, поскольку в столь позднее время проблем с движением транспортных капсул не было, они добрались быстро. Следуя за Тумоненом, Майлз, Фортиц и Тьен – которого, если память Майлзу не изменяла, никто не приглашал, но который каким-то образом увязался с ними, – вошли в холл, где их довольно нетерпеливо поджидала молодая женщина в форме СБ купола «Серифоза».
– А, значит, местный коп – женского пола, – шепнул Майлз Тумонену. Он оглядел их кавалькаду. – Отлично. Значит, мы будем меньше смахивать на оккупационную армию.
– Я на это и рассчитывал, милорд.
После краткого знакомства они поднялись на лифте в коридор, практически ничем не отличающийся от всех виденных Майлзом в домах Серифозы. Дама-полицейский, представившаяся им как участковый Ригби, позвонила в дверь.
После паузы, достаточно продолжительной для того, чтобы Майлз успел усомниться, дома ли хозяйка, дверь открылась. Стоящей в дверях изящной, со вкусом одетой женщине на барраярский взгляд Майлза было лет сорок пять, что скорее всего означало, что ей около шестидесяти. На ней были обычные комаррские брюки с блузкой, на которую она натянула толстый свитер. Женщина казалась бледной и слегка замерзшей, но в ней явно не было ничего отталкивающего, от чего мог сбежать муж.
При виде людей в форме глаза ее расширились: появление такой делегации означает плохие новости.
– Ох! – слабо выдохнула она.
Майлз, приготовившийся к истерике, слегка расслабился. Судя по всему, эта дама не относилась к категории истеричек. Ее реакция скорее всего проявится значительно позже, причем в какой-нибудь странной форме, и будет тяжелой.
– Госпожа Радоваш? – спросила Ригби. Женщина кивнула. – Я участковый инспектор Ригби. Мне очень жаль, но я вынуждена сообщить вам, что ваш муж, доктор Барто Радоваш, был найден мертвым. Мы можем войти?
Госпожа Радоваш зажала ладонью рот и некоторое время не издавала ни звука.
– Что ж, – произнесла она наконец, глядя в сторону. – Я не так этому рада, как, думала, обрадуюсь. И что же с ним произошло? Эта молодая женщина… С ней все в порядке?
– Мы можем войти и присесть? – повторила Ригби. – Боюсь, нам придется побеспокоить вас несколькими вопросами. Мы же, в свою очередь, попытаемся ответить на ваши.
Госпожа Радоваш с опаской глянула на Тумонена, облаченного в зеленый мундир Имперской безопасности.
– Ладно. Входите.
Шагнув назад, она жестом пригласила всех войти.
В ее гостиной стоял круглый стол. Майлз уселся в углу, позволив Тумонену сесть вместе с Ригби напротив госпожи Радоваш. Ригби представила пришедших. Тьен устроился на стуле – живое воплощение человека не в своей тарелке. Профессор Фортиц легонько покачал головой и остался стоять, взглядом изучая комнату.
– Что случилось с Барто? – глухо произнесла госпожа Радоваш. Она наконец начала осознавать происшедшее.
– Мы точно не знаем, – ответила Ригби. – Его тело обнаружили в космосе, и его гибель, судя по всему, как-то связана с аварией на отражателе, произошедшей три недели назад. Вы знали, что он покинул планету? Он не оставил ничего, что могло бы прояснить ситуацию?
– Я… – Она отвела взгляд. – Он не разговаривал со мной перед отъездом. Думаю, храбрости не хватило. Оставил мне сообщение на комме. И пока я его не обнаружила, то считала, что это обычная командировка.
– Мы можем посмотреть сообщение? – Тумонен впервые за все время открыл рот.
– Я его стерла. Извините, – хмуро глянула она на него.
– А идея этого… отъезда… Как по-вашему, она принадлежала вашему мужу или Марии Трогир? – спросила Ригби.
– Вижу, вам о них все известно. Понятия не имею. Для меня это было полнейшей неожиданностью. Не знаю. – Голос ее зазвенел. – Моего совета никто не спрашивал.
– Он часто ездил в командировки? – задала следующий вопрос Ригби.
– Он довольно часто ездил на полевые испытания. Иногда – на конференции по терраформированию в Солстисе. Туда я обычно ездила вместе с ним. – Ее голос едва не сорвался, но она совладала с собой.
– Что он взял с собой? Что-нибудь необычное? – терпеливо продолжала Ригби.
– Лишь то, что всегда брал в длительную полевую командировку. – Она помолчала и добавила: – Он забрал все свои личные файлы. Именно поэтому я и поняла, что он никогда не вернется.
– У него на работе вы кому-нибудь говорили об этом?
Тьен покачал головой, но госпожа Радоваш сказала:
– Я разговаривала с администратором Судхой. После того как нашла сообщение. Пыталась понять… почему.
– Администратор Судха помог вам? – спросил Тумонен.
– Не очень. – Она опять нахмурилась. – По-моему, он считал, что это его совершенно не касается, поскольку Барто уволился.
– Мне очень жаль, – произнес Форсуассон. – Судха мне об этом не говорил. Я сделаю ему выговор. Я не знал.
Хмурый взгляд, которым госпожа Радоваш одарила Тьена, стал совсем пасмурным.
– Насколько мне известно, вы с мужем перебрались жить на планету примерно пять лет назад, – вступил Тумонен. – Довольно необычная смена рода деятельности – с проблем пятимерного пространства на простые инженерные задачи. Он интересовался терраформированием?
Какое-то мгновение вдова казалась озадаченной.
– Барто волновало будущее Комарры. Я… Мы устали жить на станциях. И хотели чего-то более стабильного для детей. Доктор Судха набирал себе сотрудников с самым разнообразным опытом и подготовкой. Он посчитал ценным опыт работы Барто на космических станциях. Инженерное дело есть инженерное дело, я полагаю.
Профессор Фортиц все это время потихоньку бродил по комнате, прислушиваясь к разговору и изучая сувениры и портреты детей, запечатленных в разном возрасте и представляющих собой основное украшение комнаты. Он остановился перед библиотекой, заставленной дисками, и начал рассматривать названия. Госпожа Радоваш кинула на него быстрый любопытный взгляд.
– Учитывая необычность ситуации, в которой было обнаружено тело доктора Радоваша, по закону требуется полная медицинская экспертиза, – продолжила Ригби. – С учетом вашего несколько неловкого положения, когда его закончат, хотите ли вы, чтобы его тело или прах передали вам или каким-либо другим родственникам?
– О да! Мне, пожалуйста! Должна быть соответствующая церемония захоронения. Ради детей. Ради всех. – Она была близка к тому, чтобы потерять над собой контроль, в глазах ее блестели слезы. – Не могли бы вы… Я не знаю… Вы занимаетесь этим?
– Консультант по семейным проблемам нашего департамента охотно поможет вам. Я дам вам ее номер перед уходом.
– Благодарю вас.
Тумонен откашлялся.
– Учитывая таинственные обстоятельства гибели доктора Радоваша, Имперскую службу безопасности на Комарре тоже попросили заняться этим делом. И мне хотелось бы знать, позволите ли вы осмотреть ваш комм-пульт и личные записи на предмет выяснения, нет ли в них какой-либо нужной нам информации.
Госпожа Радоваш потеребила губу.
– Барто забрал все свои личные записи. Там не осталось ничего, кроме моих.
– Иногда специалистам удается многое извлечь.