Лоис Буджолд – Ученик воина. Игра форов (страница 20)

— Это должен решать твой отец. Ну, и бабушка, разумеется.

— Конечно, Элен может остаться со мной, — начала госпожа Нейсмит. — Но, Майлз, ты только что прилетел…

— Я еще погощу здесь, непременно, — успокоил ее Майлз. — Отложу возвращение на Барраяр. Ведь мне не надо торопиться в школу или еще куда-то…

Элен смотрела на отца — в глазах мольба, губы сжаты. Ботари вздохнул, перевел взгляд с дочери на госпожу Нейсмит, потом на головидео. Глаза его стали отрешенными, и он надолго замолчал, погруженный в свои мысли или воспоминания, о которых Майлз не имел никакого понятия. А Элен чуть не плакала от нетерпения.

— Майлз… Милорд… Вы же можете ему приказать…

Майлз приложил палец к губам: подожди.

А госпожа Нейсмит, взглянув на Элен, едва заметно улыбнулась.

— Вообще-то, милочка, я буду очень рада, если ты здесь задержишься. Словно дочь ко мне вернулась. Ты познакомишься с нашей молодежью, повеселишься на вечеринках. У меня есть друзья в Кварце, с которыми ты могла бы отправиться в путешествие по пустыне. Сама я старовата для таких экскурсий, но тебе это понравится…

Сержанта передернуло. В Кварце находилась крупнейшая на Бете община гермафродитов, и хотя сама госпожа Нейсмит расценивала бисексуальность как патологию, она патриотически ощетинивалась, когда Ботари говорил все, что думал по этому поводу. А что касается бетанских вечеринок, Ботари не раз приходилось тащить на себе бесчувственное тело Майлза после обильных возлияний. А гонки по пустыне вообще чуть было не стоили Майлзу жизни… Майлз, сощурив глаза, благодарно взглянул на бабушку. Она ответила ему плутовским кивком и невинно посмотрела на Ботари.

— Она полетит с нами, — наконец проворчал он. Элен чуть не захлопала в ладоши, хотя соблазны, перечисленные госпожой Нейсмит, сильно поколебали ее решимость. Глаза Ботари между тем скользнули мимо дочери, хмуро задержались на головидео и уперлись в пряжку пояса Майлза.

— Извините, милорд. Я подежурю в холле. — И он вышел, прижав к бокам руки, огромные, костистые — сплошные сухожилия и узловатые мышцы.

«Ну и подежурь, — подумал Майлз, — и постарайся остыть. Слишком ты резко на все реагируешь. Впрочем, кому понравится, когда его водят за нос…»

— Ф-фу! — облегченно вздохнул Мэйхью, когда дверь за сержантом захлопнулась. — Какая муха его укусила?

— О Господи, — прошептала госпожа Нейсмит. — Надеюсь, я ничем его не обидела. — И тихонько добавила: — Ох уж эти мне моралисты…

— Ничего, он придет в себя, — пообещал Майлз. — Просто надо оставить его на некоторое время в покое. А сейчас за работу. Ты все поняла? Нужны припасы и снаряжение для команды из двух человек и четырех пассажиров.

Следующие двое суток превратились в сплошную суматоху. Подготовить старый корабль к восьминедельному полету за столь короткое время было невероятно трудной задачей, даже если брать с собой обычный груз. Им же предстояло спрятать основной груз, и поэтому пришлось закупить кучу ненужных вещей, чтобы в настоящую декларацию вмонтировать поддельную. Потом понадобилось оборудование, чтобы передвинуть переборки, — его впопыхах просто забросили на борт: с этим можно разобраться в полете. Самой важной и дорогой покупкой были новейшие бетанские аппараты для глушения детекторов массы — с их помощью Майлз надеялся перехитрить наемников Оссера при проверке груза. Ему пришлось сослаться на своего всемогущего отца, чтобы убедить представителя бетанской компании в своем праве закупать новое и частично секретное оборудование.

Глушители массы были доставлены в сопровождении невероятно сложной и длинной инструкции. Озадаченный Майлз попробовал читать ее, но ничего не понял и бросил. Сможет ли Баз Джезек разобраться в этой абракадабре? Время шло, и тревога Майлза сменилась отчаянием — появится ли беглый инженер вообще? Уровень зеленой жидкости в бутылке Мэйхью, которую Майлз прибрал к рукам, неуклонно понижался, и сон совсем ушел от него.

Власти космопорта, как выяснилось, и не думали предоставлять кредит за счет портового сбора. Майлзу пришлось расстаться со всеми деньгами, выданными родителями на путешествие. На Барраяре деньги казались огромными, но из-за всех этих непредвиденных расходов улетучились мгновенно. Майлз подошел к вопросу творчески и поменял свой обратный билет в первый класс известной космической пассажирской компании на третий. Потом он проделал то же с билетами Ботари и Элен. Немного погодя все три билета были обменены на места в космолете компании, о которой никто никогда не слыхал. Наконец, Майлз сдал билеты, виновато пробормотав, что купит всем новые или использует, чтобы вернуться на Барраяр, РГ-132.

К концу вторых суток он обнаружил, что стоит, опасно шатаясь, на вершине головокружительной финансовой пирамиды, сложенной из лжи, кредита, покупок за наличные, авансов под авансы, толики шантажа, ложной рекламы и еще одной закладной на свои светящиеся в темноте сельскохозяйственные угодья.

Погрузили припасы. Затащили на борт груз Даума — множество контейнеров самой причудливой формы. Слава Богу, появился Джезек, и его сразу приставили к делу — наскоро латать разные дыры и ремонтировать жизненно важные узлы. Багаж наспех собирали и посылали наверх, к кораблю. Прощались с одними людьми и старательно избегали прощальных сцен с другими. Майлз, верный долгу, сообщил Ботари, что переговорил с лейтенантом Кроуи; не вина Майлза, что Ботари не поинтересовался, о чем именно. Наконец можно было покинуть причал № 27 челночного порта Силика.

— Сбор за пользование роботами, — деловито уведомил их заведующий погрузочной частью космопорта. — Триста десять бетанских долларов; в иностранной валюте не принимаем. — Он улыбнулся, словно вежливая акула.

Майлз нервно откашлялся; в животе у него похолодело. Он мысленно оценил свои финансовые возможности. Последние два дня исчерпали ресурсы Даума; если он правильно понял, майор собирался исчезнуть из гостиницы, не заплатив по счету. Мэйхью вложил все, что у него было, в ремонт на корабле. У бабушки Майлз уже занял. Из вежливости она назвала это «своими инвестициями в общее дело». Принимая деньги, Майлз сгорал от стыда; но на него так нажимали, что отказаться было невозможно.

Оставалось последнее. Майлз проглотил свою гордость, отвел Ботари в сторону и сказал, понизив голос:

— Я знаю, отец дал тебе на дорогу…

Ботари задумчиво покривил губы и внимательно посмотрел на него. Он может придушить его затею сейчас же, не сходя с места, и вернуться к своей скучной жизни. Отец его поддержит, тут сомнений быть не могло. Майлзу страх как не хотелось уламывать Ботари, но он все же добавил:

— Через два месяца я заплачу тебе вдвое. Это пополнит твой левый карман. Даю слово.

Ботари нахмурился.

— Вам не следует давать мне слово, милорд. За все давно заплачено. — Он посмотрел на своего сюзерена сверху вниз, вздохнул и нехотя вывернул содержимое своих карманов в руки юноши.

— Спасибо. — Майлз неловко улыбнулся, отвернулся, потом снова повернулся к нему. — Слушай… Нельзя ли, чтобы это осталось между нами? Не стоит говорить об этом отцу!

Легкое подобие улыбки промелькнуло на каменном лице сержанта.

— Можно и не говорить. Если вы вернете долг, — церемонно ответил он.

В конце концов все устроилось. Хорошо быть капитаном военного корабля, подумал Майлз: посылай счет императору, и все дела. Они себя чувствуют, наверно, как куртизанки с открытым счетом. Не то что мы, бедные трудовые лошадки.

Он стоял в рубке собственного корабля и наблюдал за тем, как работает Ард Мэйхью — собранный и сосредоточенный; таким его Майлз еще не видел. Мэйхью заканчивал последнюю проверку перед отлетом, переговариваясь с диспетчером космопорта. На экране под ними поворачивался охряной полумесяц Беты.

— Сход с орбиты разрешаю, — послышался голос диспетчера, и Майлза охватила волна возбуждения, от которого кружилась голова. Черт побери, а ведь действительно может все удасться…

— Одну минутку, РГ-132, — спохватился диспетчер. — Для вас сообщение.

— Давайте его сюда, — сказал Майлз, поправляя наушники.

На видеоэкране появилось возбужденное лицо человека, которого Майлз сейчас меньше всего хотел видеть. Подавив чувство вины, он приготовился к борьбе.

Лейтенант Кроуи говорил напряженно и напористо:

— Милорд, сержант Ботари с вами?

— В данный момент, нет. А что? — Ботари был внизу, в трюме; вместе с Даумом они начали сносить переборки.

— А кто с вами?

— Пилот Мэйхью, больше никого. — Майлз обнаружил, что почти не дышит. Цель могла ускользнуть прямо из-под носа.

Кроуи перевел дыхание:

— Милорд, вам неоткуда было узнать, но инженер, которого вы наняли, — дезертир, сбежавший из императорской армии. Вы должны сейчас же вернуться в космопорт. Переходите на катер и заставьте его под любым соусом сопровождать вас. Обязательно возьмите с собой сержанта: этот человек опасен. У причала вас будет ждать патруль бетанской СБ. И еще. — Тут он глянул куда-то в сторону. — Что вы натворили с этим несчастным Тэвом Кольхауном? Он примчался в посольство и вопит, что ему позарез нужен посол…

Майлз почувствовал, как его захлестывает волна паники. Сердце отчаянно заколотилось. Тахикардия, так это называется. Интересно, у семнадцатилетних бывают инфаркты?

— Лейтенант Кроуи, я вас очень плохо слышу. Вы можете повторить сообщение? — Он умоляюще посмотрел на Мэйхью. Тот ткнул пальцем в какую-то панель. Кроуи начал повторять сказанное, и вид у него при этом был весьма встревоженный. Майлз откинул панель и увидел паутину тонких проводков.