Лоис Буджолд – Разделяющий нож: В пути (страница 64)
Такую возможность нельзя было упустить; Даг попросил Фаун рассказать про Гринспринг, поскольку сам он этого взять на себя не мог бы. Фаун с помощью Вита сумела вполне понятно рассказать про Дар и разделяющие ножи. Барр и Ремо с тревогой слушали, как все стали обсуждать эти самые важные секреты Стражей Озера; матросы восприняли их кто с беспокойством, кто с недоверием. Впрочем, Орешек молча слушал с глубоким вниманием.
Хайкри производил на Дага впечатление деревенского предводителя — хоть и неумелый на реке, на суше он обладал и инициативой, и сообразительностью для того, чтобы увлечь за собой друзей и родичей в опасное предприятие, если дело того стоило. И его слова, и крохи его Дара дали Дагу пищу для размышлений, когда они с Фаун удалились в свой закуток. Вырванные им части Дара Хайкри растворились в его собственном Даре с гораздо большей легкостью, чем Дар москита и даже овсяного зернышка; это было почти неотличимо от обычного подкрепления Дара. Как и для Злых, для Дага из человеческого Дара получалась самая лучшая пища…
«Вот и выходит: Стражи Озера — людоеды».
Ни сказка о привидениях, ни рассказы Хайкри об участии в схватках не взволновали Дага, а вот эта последняя мысль долго не давала ему уснуть.
«Надежда» не стала идти медленнее из-за добавившихся пассажиров, но не стала идти и быстрее, как заметил Даг на следующее утро, сев на весла. Его напарником был Хог, а Вит правил рулем — очень гордый тем, что ему позволили на прямом участке реки делать это самостоятельно. Вскоре его должна была сменить Берри, поскольку, по ее словам, за следующим поворотом начинался один из самых трудных участков реки. Берри позволила потерпевшим крушение матросам принять участие в гребле, но только по одному за раз и под присмотром ее или Бо. Остальные охотно помогали с работами на кухне, которые увеличились с их появлением на борту, так что, если не считать неизбежной тесноты и давления на Дар Стражей Озера, день в их компании должен был пройти достаточно приятно.
Из-за холодного ветра, продувавшего речную долину, почти все оставались в каюте у очага или в грузовом отсеке. Даг, смотревший вперед, чтобы вовремя заметить появление препятствия, увидел, как из устья ручья, впадающего в реку, появился ялик с двумя гребцами и направился в их сторону. Когда он оказался на таком расстоянии, что крик был бы слышен, старший из гребцов встал на колено на скамье и замахал шляпой.
— Эй, на барже!
— Привет! — дружелюбно прокричал в ответ Вит. — Чем мы можем быть вам полезны, ребята?
— Ну, скорее это мы кое-чем можем быть вам полезны. После последнего наводнения фарватер у Кривого Локтя совсем переменился. Я готов безопасно провести вас через эту путаницу.
Это было в порядке вещей по всей реке: местные жители бывали рады заработать несколько монет как лоцманы. Берри, которая теперь полагалась на своих Стражей Озера, обычно вежливо отказывалась от таких предложений, хотя всегда бывала рада возможности обменяться новостями. Иногда на лодках привозили на продажу свежие припасы или другие товары.
— Я не хозяин баржи, — крикнул Вит. — А сколько вы берете?
— Всего-то десять медяков за то, чтобы провести через Локоть. Если еще и через Запястье — то двадцать.
Цена была вполне разумной; обычно хозяин баржи предпочел бы заплатить, чтобы не потерять времени — а то и чего похуже, — пробираясь по незнакомому фарватеру. Даг открыл свой Дар, который держал раньше закрытым, чтобы не слышать гвалта на «Надежде», и замер с поднятым веслом.
— Ха, — обратился он к Виту и Хогу. — Странная вещь! Один из этих парней по уши околдован.
— Злым? — в панике спросил Вит.
Хог только с любопытством вытаращил глаза.
— Нет, никакой скверны не ощущается. Должно быть, он недавно имел дело с кем-то из Стражей Озера. — Даг присмотрелся к гребцам приближавшегося ялика.
Околдованный был пожилым суровым мужчиной — типичным крутым речником. Он был совсем не похож на человека, на которого обратила бы внимание какая-нибудь красотка из Стражей Озера. Может быть, у него и были не заметные на первый взгляд достоинства, но Дар его был таким же невзрачным, как и внешность. Никаких признаков увечий, которые потребовали бы вмешательства целителя, Даг не заметил. Вот второй гребец мог бы остановить на себе женский взгляд: хорошо сложенный, молодой, красивый, с кудрявыми темными волосами, в чистой одежде. Его Дар не был искажен околдовыванием, хотя и носил следы давнего стресса.
Все это было загадочным.
— Можете подняться и поговорить с хозяйкой, — крикнул Вит, когда ялик подошел к борту баржи. — Не думаю, чтобы нам был нужен лоцман, но у нас есть кое-какие товары на продажу, если вам это интересно. Хотя бы вот замечательное оконное стекло из Глассфорджа.
Гребцы ялика понимающе покивали. Хог положил свое весло и спрыгнул на переднюю палубу, чтобы помочь привязать ялик. Двое прибывших перелезли через поручни рядом с курятником и стали с интересом озираться. Даг взглянул на утес, высившийся рядом с устьем ручья, и понял, что лоцман мог высматривать приближение потенциальных клиентов миль за десять.
— Эй, хозяйка, — крикнул Хог в передний люк, — у нас еще гости!
Даг тоже положил свое весло и прошел к переднему краю крыши каюты. На его глазах в люк высунулась светлая голова Берри, и тут девушка словно окаменела. Жестяная кружка, которую она держала, выпала у нее из руки и задребезжала по палубе, расплескивая остатки чая.
Красивый молодой речник поднял на нее глаза, и в них Даг прочел узнавание и — Даг мог бы поклясться — ужас.
— Элдер! — вскрикнула Берри, кинулась вперед и повисла на шее изумленного парня. Тот сначала заколебался, потом тоже обнял ее — Элдер, Элдер, — радостно повторяла Берри, уткнувшись лицом в его плечо. — Ты жив!
19
Радость Берри была такой сияющей, что, казалось, осветила все вокруг; взбаламученный Дар Элдера, напротив, потемнел. Даг стоял на крыше, расставив ноги и приложив пальцы к губам, и с удивлением смотрел на них.
«Что это?»
Хог неуверенно улыбнулся, а Вит, бросив рулевое весло, подошел к Дагу и тоже взглянул вниз. Его лицо отразило внезапное напряжение, а глаза расширились.
— Готорн, Бо, Фаун! Идите сюда! Я нашла Элдера! — крикнула Берри.
Руки Элдера бессильно упали; он растянул губы в вымученной улыбке. Готорн вылетел на палубу с радостными воплями и затанцевал вокруг сестры и ее жениха; он обнял бы парня, но Берри все еще висела на нем и не собиралась уступать место. Фаун и Бо последовали за мальчишкой менее торопливо. Заинтересованный неожиданным шумом Ремо обошел их, влез на крышу и тоже стал наблюдать за происходящим.
Спутник Элдера поднял глаза и заметил Ремо.
— Элдер! — ахнул он. — На этой барже есть Страж Озера! Нужно сматываться! Ты же знаешь, Крейн не хочет, чтобы мы якшались со Стражами Озера.
Элдер тоже поднял глаза на людей на крыше каюты и коротко втянул воздух.
— Скинк, их двое! Высокий тоже из них — издали я не разглядел.
Берри широко улыбнулась.
— На самом деле их трое. Даг и Ремо присоединились к моей команде еще в Жемчужной Излучине, а Барр… появился позже. Они совсем ручные, ты их не бойся.
Элдер сглотнул.
— Да нет, мы не боимся, просто… Как я понимаю, лоцман вам не нужен, верно?
— Нет, нет, — поспешно вмешался Скинк. — Мы тут не нужны. Смываемся, Элдер.
Элдер повернулся к своему напарнику.
— Ты не понял. Эта девушка, — он показал на Берри, — была… Она моя нареченная, из Клиркрика. Неужели вы проделали весь путь… ах, конечно, вы плывете из Клиркрика. Так и есть. Мы
Скинк поежился.
— Вот я и говорю. Что же ты тогда собираешься делать?
Его возбужденно перебил Готорн:
— Да где же ты был, Элдер? И где папа, Бакторн и «Шиповник»? Где остальные парни, которые ходили с вами?
Берри отстранилась от Элдера; эти серьезные вопросы заставили ее отвлечься от радостных переживаний.
— Ох, и правда, Элдер, почему ты не вернулся домой? Или хотя бы написал или передал словечко с кем-то? Ведь прошло уже одиннадцать месяцев, как вы уплыли. Мы жуть как беспокоились о вас всех.
Губы Элдера дрогнули, но слов не последовало. Наконец, сглотнув, он выдавил:
— Мне очень жаль, Берри. «Шиповник» потопила буря неподалеку отсюда. Мне одному удалось выбраться на берег. Ребята из… — он оглянулся на Скинка, — из охотничьего лагеря у Локтя нашли меня чуть живого. Я проболел несколько недель — подцепил легочную лихорадку. К тому времени как мне полегчало, от судна уже и следа не осталось — только несколько досок прибило к берегу. Остальное забрала река.
— Ты уверен? — взволнованно спросила Берри. — Они могли выбраться на берег ниже по течению и решить, что это ты пропал… нет, они послали бы весточку… — Берри печально вздохнула.
Надежда на лице Готорна сменилась горем. Берри обняла дрожащего брата за плечи.
— Ш-ш, Готорн… Мы вроде как знали, правда? Потому что папа и Бакторн и… — она запнулась, — не оставили бы нас тревожиться, если только… — Берри вытерла глаза. — Почему же ты ничего не дал знать, Элдер? Это так жестоко…
Элдер сделал глубокий вдох.
— Мне потребовались месяцы, чтобы восстановить силы, да и ребятам я задолжал за их помощь. Вот я и подумал: я отправился вниз по реке, чтобы подзаработать, и не дело возвращаться к тебе с пустыми руками… и плохими новостями… Я хотел хотя бы вернуть тебе стоимость «Шиповника», да на это потребовалось больше времени, чем я рассчитывал.