Лоис Буджолд – Джентльмен Джоул и Красная Королева (страница 15)

– Адмирал Джоул, сэр. Добрый вечер. Ваше превосходительство. – Уважительное движение в сторону Корделии не походило ни на воинский салют, ни на поклон, ни на реверанс, а скорее напоминало книксен. – Прошу прощения, что прерываю вас, – быстрый взгляд на их пустые тарелки выражал надежду, что она явилась не слишком некстати, – но я получила вот… это и не знала, что делать. Я показала его полковнику Мартин, но она тоже не знала, и поэтому сказала, что нужно спросить вас, сэр, поскольку вы, возможно, знаете, о такого рода штуках все. Кто-то сказал мне, что видел, как вы пошли сюда, и… э… вот.

Она резко протянула руку с плотным конвертом из цветной бумаги, стиль которого Корделия узнала сразу же, хотя совершенно не рассчитывала увидеть здесь. Оливер также его узнал, и его брови поползли вверх, когда он взял конверт, чтобы рассмотреть поближе.

– Так, так, так, что у нас тут, лейтенант?

– Думаю, это приглашение на прием в цетагандийском консульстве. Хотя формулировки несколько… туманны. Предположительно от лорда гем Сорена. – Она произнесла эту фразу с мрачным подозрением.

– Что ж, так оно и есть. Адресовано лично вам, ошибки быть не может. Написано от руки, что вполне подобает молодому преуспевающему гему. Кто-то его этому научил. Это если он не запаниковал и не заплатил за написание письма опытному каллиграфу, что будет считаться ужасно вульгарным, если его в этом уличат. Бумага изготовлена вручную, приятна на ощупь, хотя, вне всякого сомнения, куплена.

Он вытащил из конверта карточку, осторожно поднес её к носу и принюхался.

Корделия откинулась на спинку стула, происходящее явно начало ее забавлять.

– Что ещё можешь определить?

– Корица, роза и гардения, я полагаю. Не предельно слабый запах, но, возможно, он сделал поправку на адресата, что обозначает некоторые усилия соблюсти дипломатическую вежливость. А может быть, даже прямолинейность, боже упаси. Посмотрим, что скажете вы, Корделия.

Он передал ей карточку вместе с конвертом.

– А разве парень может заливать свои письма духами? – встревожилась Фориннис. – Или у них в консульстве все так приглашения рассылают?

– Вы когда-нибудь слышали о языке цветов, лейтенант? – уточнила Корделия.

Девушка нахмурила густые прямые брови.

– А это не обычай времен периода Изоляции? У каждого цветка свое значение, ну, там, красные розы означают любовь, белые лилии — скорбь и прочие хрено… эээ… вещи в таком роде?

– Совершенно верно, – ответил Оливер. – Но культура цетагандийских гемов, разумеется, когда они у себя дома, одними цветами не ограничивается. В ход идут разные объекты, их художественный выбор и сочетания, в том числе и цветы и – само собой – ароматы, их вы сами назвали. Все они несут зашифрованные послания.

– Я полагаю, мне стоит показать это послание службе безопасности базы?

– Зашифрованные социальные послания, как правило, – прояснил Оливер. – Посредством плазменных пушек гемы выражаются куда более прямолинейно. Уверен, это ранит их чувство прекрасного.

– А-а. Прекрасного, – повторила за ним Фориннис, в чьем голосе сомнение расшифровывать не требовалось.

Оливер продолжил:

– Итак, элементы, которые вам необходимо учесть для расшифровки послания, включают в себя выбор бумаги, чернил, конкретный стиль каллиграфии, подбор слов – дополнительные очки присуждаются за скрытые поэтические аллюзии – и способ доставки; кстати, каким образом оно к вам попало?

– Думаю, кто-то отдал его у ворот, а затем его доставили с общей почтой базы.

– Понятно.

Девушка вытянула шею, разглядывая письмо, которое всё ещё было в руках у Корделии.

– И что же говорит это послание? То есть, содержит.

– Ну, начнем с того, что оно написано по всей надлежащей форме, что означает уважение, проявляемое в целом, в личном или профессиональном плане, – начал Оливер.

– Или же следование предписаниям из учебника по этикету, – добавила Корделия. – Что, надо отметить, не говорит ничего плохого об этом мальчике.

Она отдала Оливеру послание, которое он повертел перед собой ещё раз.

– Сама по себе бумага достаточно нейтральна, – продолжил он. – Цвета конверта и карточки достаточно приятно сочетаются, так что скрытой агрессии нет. Стиль каллиграфии формальный, не фамильярный, но и не официальный. Однако же, ароматы… хм.

– Что? – чуть не взвыла Фориннис.

Корделия подхватила:

– Корица говорит о теплоте, что, предположительно, дает вам намёк на то, как интерпретировать другие ароматы композиции. Розы — даже цетагандийцы следуют здесь земной традиции — говорят о любви, страсти или дружбе, в зависимости от оттенка розы.

– Вы можете определить цвет розы по её запаху? – охнула Фориннис.

– Цетагандийцы могут, – сказал Оливер. – Как и многие другие люди, стоит им немного попрактиковаться. Сверхспособностей для этого не требуется.

– О боже, я забыла, что означает гардения. Оливер, помоги нам.

– Надежда, – ответил он, чуть прищурив голубые глаза, хотя выражение его лица оставалось предельно невозмутимым. – Лорд гем Сорен просит вас о свидании, лейтенант, и надеется, что вы согласитесь на его просьбу.

С этими словами он вернул девушке послание, которое она взяла с неподдельным удивлением.

– Вот те раз! Но почему?

Корделия изогнула бровь. Происходящее не предвещало ничего хорошего ни для лорда гема, ни для фор-лейтенанта. Что стоит сделать Корделии: поморщиться или расслабиться и наслаждаться шоу? Скорее, второе.

– Среди гемов высока конкуренция, – пояснил Оливер. – Об этом конкретном геме мне пока не очень много известно, но, исходя из общего правила, нетрудно догадаться, что он либо хочет похвастаться вами, либо порисоваться перед вами.

Фориннис все ещё смотрела в недоумении.

– Не уверена, что поняла вас, сэр.

Оливер в раздумьях провел по губам тыльной стороной ладони.

– Или же можно предположить, что пост атташе по культуре – это частое прикрытие для шпионажа. А самый ловкий способ шпионить за командующим соперника — это встречаться с его секретарем.

Фориннис ужасно оскорбилась.

– Сэр! Я бы никогда!

– Я и не предполагал, что вы на это способны, лейтенант.

– Это, конечно, работает в обоих направлениях, – отметила Корделия. – Какую ложную информацию вы планируете скормить на этой неделе цетагандийскому консульству, Оливер?

Лейтенант вышла из своего оцепенения, тоже задумавшись над вопросом.

– Никакую особенно. А вы?

– Сразу не скажу. Надо подумать.

– Но что мне со всем этим делать, сэр? – спросила Фориннис, помахивая своим… потенциальным любовным письмом. Или приманкой? Цетагандийцы не хуже обычных, не модифицированных генетически людей могут наврать посредством этих цветочных ароматов, в конце концов.

– Мы не воюем с Цетагандой, а дипломатические отношения между нами в настоящее время даже нельзя назвать напряженными.

«По стандартам Оливера, точно нет», – подумала Корделия.

– Вы вольны принять приглашение или же отклонить его по вашему желанию, лейтенант.

– Однако, если вы пожелаете отклонить приглашение в особо язвительной манере, уверена, адмирал Джоул предоставит вам полезные справочные материалы, – заметила Корделия.

– Существует целое учебное пособие для военных при дипломатических миссиях в Цетагандийской империи, и я хотел бы посоветовать его вам как полезный информационно-справочный материал, лейтенант. Хотя не советовал бы вам пользоваться им практически, покуда вы не набрались нужного опыта. Иначе это покажет слишком высокую и лестную степень вашей заинтересованности. – Через пару секунд он добавил: – А ещё это пособие чрезвычайно длинное и подробное.

– Вы прочли его, сэр?

– Мне пришлось практически выучить этот проклятый учебник наизусть, когда я стал личным помощником премьер-министра. Пригодилось мне это гораздо скорее, чем я думал. Во время войны в Ступице Хеджена.

– Понимаю, сэр, – взгляд Фориннис из-под нахмуренных бровей стал задумчивым. – Вы полагаете, это будет полезно для… э… продвижения по службе? Знать своего врага?

– Фраза «Знать нужно всё» могла бы стать девизом адмирала Форкосигана. Никто не в состоянии добиться этого в полной мере, но под его командованием это было бы отнюдь не из-за недостаточного количества попыток. Я счел необходимым предупредить вас о возможных рисках и ожидаю, что вы их осознаете. С остальным, полагаю, вы справитесь сами.

– Сэр. Э… спасибо, сэр. Мэм. Спасибо, что уделили мне время.

Она неуверенно и вымученно улыбнулась, отсалютовала и отправилась прочь, вертя послание перед собой.

Корделия убрала ладонь ото рта, едва приличия позволили не скрывать усмешку.

– Оливер, ты подначивал бедную девочку!

– В этом состоит моя работа как наставника. Хотя, конечно, есть вариант, что я пожалел этого несчастного придурка лорда-гема.