Лоис Буджолд – Братья по оружию (страница 3)

О Господи, какая прямая фраза – что эти слова действительно значат? Его дыхание перехватило. Дружеское замечание, или приглашение? Если просто замечание, и он перепутает его с приглашением, не подумает ли она, что он использует свое положение, чтобы добиться ее внимания? Если обратное, не будет ли она снова оскорблена и не отвернется ли от него на ближайшие годы? Он ухмыльнулся, охваченный паникой.

– Расплатиться, – выпалил он. – Что мне сейчас нужно, это расплатиться, а не переспать. После этого – после этого, а-а… может, мы могли бы пойти посмотреть некоторые достопримечательности. Это выглядит практически преступлением – проделать весь этот путь и не посмотреть хоть немножко Старой Земли, пусть даже случайно. В любом случае мне внизу полагается все время ходить с телохранителем, так что мы могли бы объединиться.

Она вздохнула, выпрямляясь.

– Да, обязанности прежде всего, конечно. Да, обязанности прежде всего. И его следующей обязанностью было доложить нанимателям Адмирала Нейсмита. После этого все его проблемы сделаются куда проще.

Майлз пожалел, что у него не было возможности переодеться в штатское перед тем, как отправляться в эту поездку. Его свежий серо-белый мундир дендарийского адмирала был адски заметен в этом торговом центре. Или по крайней мере стоило заставить переодеться Элли – они могли бы прикинуться солдатом в увольнении и его подругой. Но его гражданские вещи были припрятаны в ящик несколькими планетами позади – вернет ли он себе когда-нибудь? Одежда была сделана на заказ и была дорогой, не сколько как знак статуса, столько из простой необходимости.

Обычно он мог забыть об особенностях своего тела – слишком большая голова, излишне подчеркиваемая короткой шеей, сидит на скрюченном позвоночнике, и все это сплющено до роста метр сорок пять, наследие несчастного случая еще до рождения – но ничто не подчеркивало для него самого его дефекты отчетливее, чем попытка одолжить одежду у кого-то с нормальным ростом и телосложением. Ты уверен, что это мундир привлекает внимание, парень? мысленно обратился он к себе. Или ты опять играешь со своей головой в кто-кого-обманет? Прекрати.

Он вернул свое внимание к тому, что его окружало. Город-космопорт Лондон, мозаика почти двух тысячелетий конфликтующих архитектурных стилей, был очарователен. Солнечный свет, падающий через витраж арки торгового центра, был так ошеломляюще богат цветом, что дух захватывало. Одно это могло навести на мысль, что перед его глазами – планета предков. Возможно, позже у него появится возможность посетить и другие исторические места: такие, как подводная экскурсия по озеру Лос-Анджелес или Нью-Йорк за его великими дамбами.

Элли еще раз нервно обошла вокруг скамьи под часами, осматривая толпу. Это место казалось совершенно неподходящим для неожиданного появления команды цетагандийских убийц, но все же он был рад чужой бдительности, которая позволяла ему быть уставшим. «Ты можешь приходить искать убийц у меня под кроватью в любое время, любовь моя…»

– В некотором смысле я рад, что мы оказались здесь, – заметил он ей. – Это может оказаться прекрасной возможностью для Адмирала Нейсмита прекратить на некоторое время свое существование. Отвести огонь от дендарийцев. Цетагандийцы во многом похожи на барраярцев, в самом деле, у них очень личностный взгляд на командование.

– Ты чертовски небрежно к этому относишься.

– Ранняя подготовка. Абсолютные незнакомцы, пытающиеся убить меня, заставляют меня чувствовать себя точно как дома. – Поразившая его мысль вызвала нечто вроде мрачного веселья – А ты знаешь, меня впервые пытаются убить из-за меня самого, а не из-за кого-то из моих родственников. Я когда-нибудь рассказывал тебе о том, что на самом деле сделал мой дед, когда мне было?…

Она прервала его болтовню движением подбородка.

– Я думаю, это за нами…

Он проследил за ее взглядом. Он устал, она заметила их связного раньше, чем он. Мужчина, направляющийся к ним с вопросительным выражением на лице, был одет в модную земную одежду, но его волосы были подстрижены барраярским военным ежиком. Сержант, наверное. Офицеры предпочитали слегка менее строгую стрижку в стиле римских патрициев. «Мне нужно подстричься,» подумал Майлз, его воротник неожиданно защекотал шею.

– Милорд? – произнес мужчина.

– Сержант Барт? – спросил Майлз.

Мужчина кивнул, взглянув на Элли.

– Кто это?

– Мой телохранитель.

– А.

Так слегка сжать губы и округлить глаза – и передать так много насмешки и презрения. Майлз мог почувствовать кольцо мышц на своей шее.

– Она превосходно знает свое дело.

– Я в этом уверен, сэр. Сюда, пожалуйста, – он повернулся и повел их прочь.

Вежливое лицо смеялось над ним, он мог почувствовать это, сказать, посмотрев на затылок. Элли, заметившая только внезапное увеличение напряжения в воздухе, тревожно посмотрела на него. «Все в порядке», мысленно сказал он ей, продевая ее руку под свой локоть.

Они побрели за своим проводником, через магазин, вниз на лифтовому туннелю и нескольким лестницам, затем пошли пешком. Подземный служебный уровень был лабиринтом из туннелей, трубопроводов и оптических кабелей. Они пересекли, как полагал Майлз, несколько кварталов. Их проводник открыл дверь с сенсорным замком. Еще один короткий туннель вел к очередной двери. Около этой двери находился охранник-барраярец, чрезвычайно аккуратный в своей зеленой парадной форме. Он вскочил с кресла у комм-пульта, по которому нблюдал за сканерами, и едва удержался от того, чтобы не отдать честь их одетому в штатское проводнику.

– Мы оставляем здесь свое оружие, – сказал Майлз Элли. – Все. Я имею в виду «действительно все».

Элли подняла брови, когда акцент Майлза неожиданно изменился: от монотонного бетанского гнусавого выговора адмирала Нейсмита к теплой гортанной речи его родного Барраяра. Она редко слышала его барраярский выговор, интересно – который из них покажется ей напускным? Однако не было никаких сомнений в том, какой из них покажется напускным сотрудникам посольства, и Майлз прочистил горло, чтобы быть уверенным в полном подчинении собственного голоса новым приказам.

Вклад Майлза в кучу на пульте охранника состоял из карманного парализатора и длинного стального кинжала в ножнах из кожи ящерицы. Охранник просканировал кинжал, снял с верхушки украшенной драгоценными камнями рукояти серебряный колпачок, из-под которого показалась резная печать, и с осторожностью вручил Майлзу обратно. Их проводник поднял брови при виде миниатюрного технического арсенала, выложенного Элли. «Вот тебе», мысленно сказал ему Майлз. «Это утрет твой уставной нос». Он проследовал дальше, чувствуя себя несколько спокойнее.

Подъем в лифтовой шахте, и неожиданно атмосфера наполнилась приглушенным, невысказанным чувством собственного достоинства.

– Посольство Барраярской Империи, – шепнул Майлз Элли.

Должно быть, у жены посла есть вкус, подумал Майлз. Но здание имело странный, герметично-запечатанный аромат, который опытный нос Майлза определил как параноидальную безопасность в действии. Ах да, посольство планеты – это территория этой планеты. Чувствуешь себя прямо как дома.

Их проводник повел их вниз по очередной лифтовой шахте в то, что несомненно было административным коридором – Майлз заметил сенсорные сканеры в резной арке, через которую они прошли, – затем через две автоматические двери в маленький, тихий кабинет.

– Лейтенант лорд Майлз Форкосиган, сэр, – объявил их проводник, стоя по стойке «смирно», – И – телохранитель.

Руки Майлза дернулись. Только барраярец может передать такую тонкую тень оскорбления в полусекундной паузе между двумя словами. Снова дома.

– Спасибо. Сержант, вы свободны. – сказал сидевший за комм-пультом капитан. Снова зеленая парадная форма – посольство должно придерживаться официального тона.

Майлз с любопытством взглянул на человека, которому, волей-неволей, предстояло быть его новым командиром. Капитан взглянул в ответ так же пристально.

Привлекающий внимание человек, хотя далеко не красив. Прикрытые тяжелыми веками орехово-карие глаза. Жесткий, сдержанный рот; мясистый клинок носа образует римский профиль, сочетающийся с офицерской стрижкой. Руки, грубоватые и чистые, сложены сейчас домиком в напряженной неподвижности, пальцы сплетены. Чуть больше тридцати, предположил Майлз.

Но почему этот парень смотрит на меня так, словно я щенок, только что сделавший лужу у него на ковре? Майлз забеспокоился. Я только что появился здесь, я пока не мог успеть чем-либо его задеть. О господи, надеюсь, он не один из тех барраярских деревенских мужланов, которые видят во мне мутанта, спасшегося после неудачного аборта…

– Итак, – сказал капитан, со вздохом откидываясь назад в своем кресле, – вы сын Великого Человека, а?

Улыбка Майлза совершенно застыла. Красный туман заполонил его зрение. Он слышал, как кровь стучит в его ушах подобно смертельному маршу. Элли, наблюдавшая за ним, стояла совершенно неподвижно, едва дыша. Губы Майлза шевельнулись; он сглотнул. Он попытался снова.

– Да, сэр, – услышал свои слова будто с огромного расстояния. – А вы кто?

Ему удалось, едва-едва, не позволить этой фразе выйти как «А вы чей сын?» Ярость, скрутившую его живот, нельзя показывать: ему еще нужно будет работать с этим человеком. Возможно, это оскорбление не было даже преднамеренным. Не могло быть – откуда мог знать незнакомец, сколько пота и крови Майлз пролил, борясь с обвинениями в привилегированности, ставившими под сомнение его способности? «Мутант здесь только потому, что отец его устроил…» Он прямо-таки слышал голос отца, опровергающий: «Ради бога, вытащи свою голову из задницы, парень!» Он дал гневу вытечь в долгом, успокаивающем выдохе и поднял голову.