Лоис Буджолд – Адмирал Джоул и Красная королева (страница 32)
– Корделия просила передать, что сегодня вечером ей больше ничего не нужно, и ты можешь быть свободен.
– Очень хорошо, сэр. – Рыков помедлил. – Таких совещаний с вице-королевой будет еще много?
«О Боже, очень на это надеюсь», – чуть было не сказал Джоул. После ужина он был совершенно трезв, а сейчас словно слегка в подпитии.
– Корделия… – Теперь уже медлил он, подбирая нужные слова. – Дала понять, что предпочла бы нечто более открытое, но я полагаю, что осмотрительность… – («привычка, от которой никак не избавиться»)… – будет предпочтительней. – «Во всяком случае, на данный момент».
– Я лично всегда предпочитал осмотрительность, – заявил Рыков.
Что же, в каком-то смысле они союзники? «Я постараюсь не усложнять твою работу еще больше» прозвучало бы по-идиотски, поэтому Джоул только кивнул в ответ, выразив полное согласие.
Оказавшись в своей квартире на военной базе, он вдруг посмотрел на всё другими глазами. Прежний адмирал Зергиярского флота привез с собою семью и жил в доме за территорией базы. Но Джоул даже после повышения так и остался в прежних спартанскими апартаментах, в здании для одиноких старших офицеров. А что еще надо? Он обитал на третьем этаже, в угловой квартире – значит, окон больше. А так – типовая малогабаритная квартирка: гостиная, спальня на одного, кухонька. Место, чтобы спать, мыться, держать одежду и что-то перехватить на завтрак. Благодаря клининговой службе и местной прачечной он вполне обходился без денщика, положенного по рангу. В качестве развлечения – либо общение в офицерской столовой, либо разные приемы в Каринбурге, а иногда – по официальным поводам – он бывал в вице-королевском дворце. Все равно примерно четверть времени Джоул проводил в космосе.
Он попытался представить, как приводит сюда Корделию на совещание… А что такого? Эйрел ведь заходил к нему в гости время от времени, когда получалось? Нет, исключено. И даже если… без Рыкова никак не обойтись, чтобы обеспечить им уединение. А если Корделия приведет оруженосца с собой, куда его девать? Эйрел обычно оставлял своих сопровождающих за дверью – решительно, вежливо и совершенно не напрягаясь по этому поводу. Отправлял их или патрулировать территорию – на предмет мнимых угроз, или читать в лобби внизу, или чем еще себя занять, пока снова их не вызовет. Пусть даже это не форская спесь, но как ни назови, а у простолюдина Джоула такой фокус не прокатит. И еще… ему почему-то кажется, что если они захотят уединиться в его квартирке с вице-королевой, это будет выглядеть совсем иначе, чем когда они оставались наедине с вице-королем.
Представить в этой квартирке Корделию категорически не получалось, а насколько неуместнее здесь будет младенец?.. Тем более трое. Семейные квартиры. Видимо, придется переехать на семейную квартиру, здесь же, на базе. И как же он – они – Джоул и сыновья – там устроятся? На базе должны быть родители-одиночки. Как, интересно, они справляются? Ну, есть еще Теодор Хайнс и его непоседа Фредди, но Фредди уже пятнадцать, она вполне самостоятельная. Ведь генерал – тогда не генерал, конечно, офицер в средних чинах – не пытался вырастить детей самостоятельно, с нуля.
Может ли в чем-то помочь Джоулу модель Корделии? Ситуация у них не совсем одинаковая. Он не знал точно, какие у нее собственные средства. Доля наследства для графской вдовы жестко не установлена, но по закону и обычаю – не ниже определенного минимума и не сверх определенного максимума. И Эйрел определенно выбрал для нее не самый плохой вариант. Он вполне мог предполагать, что Корделия в случае его преждевременной кончины захочет завести еще детей, и сознательно принял меры.
К Джоулу все это не относится, да и нет в форских традициях и обычаях того, что он может получить благодаря технологиям. Хотя, возможно, к его ситуации с натяжкой применимо то, что фор-лорды делают для своих признанных бастардов. Но сыновья Джоула будут законными, его отцовство легитимно даже по законам Барраяра, в которые удалось-таки внести нужные дополнения. Джоул печально улыбнулся.
Жалованье барраярского адмирала, хоть и не столь щедрое по гражданским меркам или даже по галактическим военным стандартам, все же учитывало, что придется кормить семью, – да так оно, как правило, и бывало. Даже пенсия, половинное жалованье отставника, не столь скудное, как те средства, на которые жили в доме простолюдина, где вырос Джоул. Его простые вкусы позволяли сберечь больше, чем он успевал потратить. Собственно, дело в том, что надо правильно обращаться с деньгами.
В его представлении о будущем с отцовской материальной поддержкой более или менее всё в порядке, а вот как обойтись без материнского ухода?..
В родительском доме Джоула никаких слуг, разумеется, не было. Но даже Корделия – а она ведь женщина, принадлежащая к среднему классу, выросшая без слуг на колонии Бета – не собиралась растить детей одна. Ей семьдесят шесть – это, наверное, тоже нельзя не учитывать. Или просто у нее есть здравый смысл.
С другой стороны, у Корделии был потрясающий дар, свойственный всем Форкосиганам в подборе персонала. Если Джоул понятия не имел, как ищут помощников по дому, то Корделия, сорок лет пробыв высокопоставленной фор-леди – ну ладно, изображая фор-леди, – определенно в этом разбиралась. Значит, решение очевидно: пусть она кого-нибудь ему подыщет, только и всего!
Гораздо сложнее дело обстояло с его службой – с тем, чем, собственно, эта служба является. Он поклялся отдать императору свое время, энергию, лучшие стремления, и, если потребуется, свою жизнь. Как это согласуется с его планами взвалить на себя столь серьезную ответственность на двадцать лет вперед? С другой стороны, любой из родителей в любое время может попасть под машину. Может, здесь не дилемма штатский против солдата, в конце-то концов. Может, это фундаментальный людской риск. Что не упрощает ситуацию.
Джоул огляделся по сторонам и вдруг понял, что его квартира, такая удобная в недавнем прошлом, становится мала для его будущего. Если он решит играть по-крупному.
Утром, в начале следующей недели Корделия шла через сад к офису вице-королевы. Настроение у нее было просто превосходное. В прошлые выходные им с Оливером удалось заночевать в хижине № 1, и они обнаружили, что ее простое сельское очарование не только не исчезло при повторении, но даже усилилось благодаря удачной прелюдии. На этот раз они на самом деле ходили под парусом, а на вечер взяли хрустальное каноэ, чтобы полюбоваться на закате местной озерной фауной – Оливер раздобыл определитель видов, и, пока Корделия медленно вела лодку, пытался сравнивать экзотические подводные создания с изображениями на голографическом дисплее. Оливер возмущенно сообщил, что база данных в определителе неполная. Корделия мирно согласилась, ничего другого она и не ожидала. Ей только показалось странным, что при таком въедливом складе ума он не пришел в науку. Или его жизненный путь определил Барраяр, как это случилось с нею самой? Он еще раз сплавал на каноэ рано утром на следующий день, пока Корделия спала, и похоже, это им обоим пошло на пользу.
– Доброе утро, Иви! – Корделия вошла в приемную и с улыбкой поприветствовала своего секретаря.
Иви подняла взгляд от комм-пульта и улыбнулась в ответ. Иви Утки была из старых зергиярских поселенцев, она приехала сюда почти двадцать лет назад вместе с мужем – офицером инженерной службы. Тот вышел в отставку и остался на Зергияре. Иви получила эту должность лет пять назад. Поначалу она терялась и нервничала, но понемногу осваивалась, а после смерти Эйрела буквально спасла Корделию, оказав неоценимую помощь в те трагические дни, и поддерживала потом. Ее дети почти уже выросли, а она приобрела неоценимый опыт, занимаясь детьми и семейными делами, когда мужа то и дело перебрасывали по службе с места на место. У нее выработалась привычка все исполнять сразу, не откладывая на потом, потому что в любой момент может возникнуть следующая неотложная задача. Благодаря своей добросовестности и обязательности Иви идеально подходила для работы в административном аппарате вице-королевы. И не брала работу на дом, а значит – не приносила обратно еще больше работы для начальницы.
– Уточненное расписание у вас на комме, – доложила Иви. – Первое совещание через полчаса, по качеству воды. – Она проводила Корделию до двери в офис. – Блез уже здесь.
При этом сообщении Корделия несколько приуныла. Блез Гатти сидел, уткнувшись в считыватель, и тут же вскочил при ее появлении. Его она одарила столь же лучезарной улыбкой, как и Иви. Они уселись в кресла напротив окна, выходящего в сад, и Корделия приготовилась выслушать утренний доклад.
Блез был новичком, работал в должности пресс-секретаря меньше года. Очень энергичный молодой человек лет тридцати. Его история весьма интересна. Он родился на Комарре, но комаррианином был наполовину, по отцу. Мать – франкоязычная барраярка. Блез приехал сюда, начав работать в различных комаррианских новостных агентствах, а затем его рекомендовал родственник императрицы Лаисы. Что непременно надо бы знать тем, кто считает непотизм исключительно барраярским пороком. Корделия могла только догадываться, чем руководствовались покровители Блеза, добиваясь для него нынешнего назначения, – то ли кто-то посчитал, что молодую колонию должен представлять молодой, то ли его статус полукровки создавал здесь меньше проблем, то ли просто решили, что вице-королева, всю свою жизнь имевшая дело с Эйрелом и Майлзом, умеет обращаться с гиперактивными взрослыми.