Лоис Буджолд – Адмирал Джоул и Красная королева (страница 20)

Оливер тоже окинул взглядом картину внизу.

– А тот долговязый, случаем, не Лон гем Невитт, сын цетагандийского консула? Значит, это дипломатический вопрос – уже по твоей части, Корделия.

– Ну, спасибо, – пробормотала она, но спорить не стала. Пусть считает, что они квиты. – Можешь нас посадить на эту отмель?

Оливер оценивал предложенную посадочную площадку.

– Посадить – да, можно. А вот подняться – все зависит от того, насколько твердая почва.

– Что ж, не зыбучие пески, а то бы эти детишки уже увязли по шею.

Он что-то пробурчал и направил флайер вниз, пытаясь приземлиться настолько близко к центру отмели, насколько это возможно, но подальше от детишек, чтобы никого ненароком не раздавить. Приземлился он не сказать чтобы безупречно, но хотя бы на бок не завалился, и то ладно. Корделии вспомнилось, как говорят в подобных случаях: «Посадка, после которой можешь уйти на своих ногах, – хорошая посадка».

Они вылезли из флайера и направились детям. Мальчик, который отчаянно махал, взывая о помощи, кинулся навстречу и вдруг резко сдал назад.

– Это вице-королева! – завопил он в перепуге.

Вторая девочка в не меньшем ужасе схватила Фредерику Хайнс за руку:

– И с ней адмирал Джоул!

Фредди пошатнулась, но на ногах устояла.

Корделия мысленно прикинула, каким тоном говорить в данном случае, и решила, что сдержанная ирония будет лучше, чем четкие команды или материнская забота.

– Так, и что всё это значит? – поинтересовалась она.

Подруга подтолкнула Фредди вперед, явно предпочитая укрыться за ее спиной. Двое других подростков тоже бросали взгляды на Фредди, предоставляя говорить от их имени. Из чего Корделия сделала вывод, что у Фредди папа здесь в самом высоком звании. Или что она была зачинщицей. Или и то, и другое.

– Ну… – жалобно проговорила Фредди, – мы только хотели показать Лону, как взрываются шары-вампиры!

Цетагандийский парнишка, похоже, не решил еще, говорить ему или лучше молчать, а потому ограничился кивком. Еще не оперившийся гем, столь же невзрачный, как любой тинейджер. В свои пятнадцать лет он был ростом со взрослого (гемы вообще все высокие), но на сем его развитие и застряло. Глядя на него, Корделия почему-то вспомнила «Бобовый стебель № 3», выращенный на лабораторных занятиях в начальной школе: тонкий, длинный, бледный из-за нехватки света, этот переросток все время клонился вниз.

Мальчик, который сидел уткнувший головой в колени, с отчаянием выкрикнул:

– Мамин флайер!!!

Джоул резко прервал эти вопли:

– Все ваши здесь? Никто не ранен?

Спокойная деловитость Джоула придала Фредди решимости:

– Все здесь, мы пересчитались, сэр. Мы все попрыгали в реку, когда… ну, загорелось. – То есть подразумевалось, так само собой получилось, они тут ни при чем.

– Вот только Ант немного обжегся, – добавила ее подруга, кивнув на парня, который так и сидел на песке, уткнувшись головой в колени. – Мы же говорили ему, уже ничего не спасти, надо уносить ноги!

Картинка сложилась быстро. Вылазка на природу явно затевалась с целью полюбоваться, как взрываются шары-вампиры. Что ж, эффектное зрелище, одно из лучших на Зергияре – самое оно, если подыхаешь от скуки и ищешь, чем бы развлечься. Самые крупные кровососы – размером с воздушный шарик для праздника – обычно целыми тучами собирались в безветренную ночь над руслами рек. И уж конечно, сами собой эти твари не взрываются.

Интересно, а родители им эту вылазку разрешили? Корделия заметила на поясе у Фредди кобуру с оружием – плазмотроном военного образца. Нет, вряд ли разрешили. В любом случае все шесть детишек никак не поместятся во флайер Оливера, даже если убрать заднее сиденье.

У некоторых ребят были наручные коммы.

– Кто-нибудь из вас уже позвонил родителям? – поинтересовалась Корделия.

Молчание было ей ответом. Она вздохнула и поднесла к губам собственный комм.

Начальник муниципальной охраны Каринбурга оказался дома, он ужинал. (Хм, сама-то она еще не ела.) Корделия безжалостно прервала его трапезу, кратко обрисовав ситуацию и заставив его пообещать, что он немедленно пришлет сюда дежурный флайер, достаточно вместительный, чтобы доставить всех правонарушителей в город, где с ними разберутся и вернут родителям. К сообщению она присовокупила список имен самих ребят и их родителей, добытый, несмотря на попытки сопротивления. Парочка подростков упиралась так, что можно было подумать, будто эти сведения из них и с суперпентоталом не вытащишь, но под прицелом весьма холодного вице-королевского взгляда друзья быстро сдали упрямцев. Анна и Ант (сокращенное от Антуан) – сестра и брат с военной базы; еще двое – отпрыски гражданских из города. Лон гем Невитт, конечно, особый случай, но он учился вместе со всеми в каринбургской средней школе, потому и оказался в этой компании.

Оливер тем временем успел отвести пострадавшего мальчика к флайеру, где была аптечка, оказать ему первую помощь и присоединиться к остальным. Покрасневшее лицо Анта блестело от толстого слоя геля с антибиотиком и обезболивающим, а руки в волдырях теперь были забинтованы.

– Ничего серьезного, хотя боль адская, наверняка, – тихо сказал Оливер Корделии. – Я сделал ему инъекцию синергина, чтобы немного успокоился. Понятно, он на грани истерики из-за своего флайера.

– Этого пока хватит, – ответила она так же негромко. – Муниципальная охрана выслала за ними транспорт. Будут здесь через полчаса, если не раньше.

Оливер с облегчением вздохнул и еще раз окинул взглядом растерянных подростков. Поморщившись, он отозвал Фредди в сторону.

Фредди Хайнс – пухленькая, коренастая – была очень похожа на своего отца, хотя, конечно, и не полная копия, разве что волосы точно такие же темные и густые. Прыщики на лице не слишком ее красили, но это возрастное, скоро само пройдет. Раньше Корделия видела ее мельком пару раз. Тогда девочка показалась ей уверенной и не такой застенчивой, как многие ее сверстницы, но в подобной ситуации кто угодно вправе сломаться. И хотя Фредди пока держалась, видно было, чего ей это стоит.

Джоул смотрел на Фредди с высоты своего роста. Он не торопился начать разговор.

Фредди потупилась – это молчание ничего хорошего не предвещало.

– Это плазмотрон твоего папы? – спросил Оливер (учитывая обстоятельства, довольно мягко, – как показалось Корделии).

Фредди совсем сникла.

– Да, сэр, – пробормотала она.

– Он дал тебе разрешение выносить его с базы?

– Он говорил, что нельзя покидать город без оружия, из-за шестиногов, – заявила Фредди.

В ответ на эту попытку выкрутиться Джоул промолчал, явно давая понять, что такой вариант его не устраивает. Фредди поежилась под его саркастичным взглядом… открыла рот, закрыла – и все же призналась:

– Нет, сэр.

– Понятно.

А что, если припомнить, что там написано в военном уставе, в том разделе, где про обращение с личным оружием? Ведь это переводит поступок девочки из разряда «несчастный случай» в «незаконные действия». Тот факт, что она несовершеннолетняя, ситуацию только осложняет, отнюдь не улучшая. И для Теодора Хайнса это не плюс.

– Но ведь хорошо, что у нас оно было! – запротестовала Фредди. – Два огромных скатагатора нас преследовали, они хотели выбраться на островок, а я выстрелила в песок и прогнала их!

Оливер повел бровью, но иных признаков непреклонности не проявил. Скатагаторы – одна из местных разновидностей шестиногов, приземистые плотоядные амфибии, водятся в реках. Бывало, что нападали на людей, когда у этих примитивных тварей мозги переклинивало от какого-нибудь неверного движения. К тому моменту, когда вкус и обоняние подавали сигнал «несъедобная добыча», уже иногда бывало поздно. Заряд плазменной дуги, точно направленный во влажный песок, вызовет выброс пара и заставит тварей быстренько попрыгать обратно в мутную воду, это Корделия знала по собственному опыту. А вот подстрелить ската… лучше не пробовать. Раненая тварюга, бьющаяся в агонии, или мертвая тушка быстро привлекут других падальщиков, включая собратьев-каннибалов. Корделия обдумала привычную дилемму – как похвалить ребенка за то, что он сделал что-то правильно, делая то, что делать нельзя, – и ничего не сказала.

– Лучше отдай его мне, – сказал Оливер, протягивая руку. – Я обязуюсь вернуть плазмотрон твоему отцу.

– Да, адмирал Джоул, сэр. – Фредди отстегнула кобуру и протянула оружие официальному представителю имперских властей.

Оливер, сохраняя невозмутимость, но явно желая убрать поскорее с глаз долой этот самый плазмотрон, молча засунул его в багажник флайера. «Интересно, понимает ли девочка, что он сейчас для нее сделал?» – подумала Корделия. Ну, позже ей это объяснят, сейчас лучше в разговор не вмешиваться. Она одобрительно кивнула Оливеру, когда тот обогнул флайер, и он молча ответил ей таким же понимающим кивком.

Буквально через пару минут за детьми прибыл флайер-фургон муниципальной охраны, и Джоул с Корделией вылетели вслед за ними.

Первым из родителей подоспел Теодор Хайнс. Не успел Оливер посадить свой флайер в нарисованном круге у главного участка муниципальной охраны, как Хайнс припарковался прямо рядом. Они с Оливером вышли и поздоровались, вице-королеве Хайнс откозырял.

– Что тут вообще творится, Оливер? – спросил Хайнс с беспокойством. – Сообщили, что никто из детей не пострадал, – это так?