Лиззи Пэйдж – Сиротский дом (страница 17)

Он понял это по-своему и сказал:

– Зато здесь и магазины гораздо лучше, и пабы тоже.

Джулиан, как выяснилось, планировал вовсе не поход в ресторан, а пикник.

– По-моему, душный зал ресторана вам показался бы страшно скучным!

Клара, впервые за несколько лет предвкушавшая некую роскошную трапезу, лишь загадочно улыбнулась.

– В ресторан мы с вами сходим как-нибудь в другой раз, мисс Ньютон. – Приятно, что он все еще строит какие-то планы, хотя она давно ему сказала, что буквально через несколько дней уезжает, думала Клара. Это и бодрит, и волнует. – Надеюсь, вы не откажетесь еще разок куда-нибудь со мной сходить?

Хотя в целом он держался несколько хвастливо и чересчур самоуверенно, Клара с удивлением обнаружила, что в обращении с ней он довольно застенчив. Вероятно, он привык больше общаться с мужчинами, да и характер у него типично мужской, решила Клара. Впрочем, она сочла это положительным качеством. Кому нужен дамский угодник? Таким и доверять нельзя, и отвязаться от них невозможно.

– Я как-нибудь свожу вас в самый модный лондонский магазин. Мне так хочется увидеть вас наряженной с головы до ног.

А наряжаться Клара действительно очень любила. Благодаря этому она и с Майклом познакомилась – на той вечеринке он был со своими друзьями из восьмого полка ВВС, а ее пригласили друзья Джуди. Они тогда понравились друг другу с первого взгляда, и он сразу же заявил: «На вас я могу смотреть только в темных очках, настолько вы ослепительны!» Майкл в любой ситуации был способен изречь какую-нибудь банальность, но, честно говоря, в тот вечер Клара и впрямь выглядела замечательно.

К сожалению, из задуманного Джулианом пикника мало что получилось – уж больно пасмурным и холодным оказался день, – и в итоге они устроились в кафе-кондитерской. Если Джулиана и беспокоило состояние тех замечательных продуктов, которые он заботливо сложил в корзину для пикника, так и оставшуюся на заднем сиденье автомобиля, то он этого никак не показал. А кондитерская была просто чудесная – много воздуха, на столах белоснежные скатерти, бокалы так и сверкают. Клара, пожалуй, даже испытала облегчение. Нет, она, конечно, любила прогулки на воздухе, но не слишком длительные.

И сейчас она с удовольствием замечала, какие улыбки расцветают на лицах официанток в белых передничках и шапочках, когда Джулиан к ним обращается. Дело в том, что он не отдавал приказания, а вежливо спрашивал, нельзя ли, например, передвинуть столик так, чтобы Клара могла из окна любоваться природой. Один раз, правда, он попросил заменить им бокал, обнаружив на его сверкающей поверхности чей-то отпечаток пальца – «Нет, этот не годится, принесите, пожалуйста, другой».

Он ни разу не допустил ни малейшей грубости. Наверное, именно поэтому официантки и старались вовсю, обслуживая их лучше всех.

И потом, он определенно был очень обаятельным. Интересно, думала Клара, почему он не женат? И почему у него нет детей? Среди ее знакомых не было никого, кто в пятьдесят лет не был бы женат и не имел бы детей – хотя, если честно, выглядел Джулиан намного моложе мисс Бриджес, которая, по всей видимости, была примерно его ровесницей.

Позднее, в машине, по дороге домой, они лакомились шоколадом, который Джулиан захватил специально для Клары, когда он вдруг сказал:

– Возможно, это преждевременно, но я хотел бы понять, каково мое положение.

– Что вы имеете в виду?

– Скажите, Клара, вас интересует перспектива наших дальнейших отношений?

– Вы же знаете, Джулиан, что я на следующей неделе возвращаюсь в Лондон.

– До Лондона всего час езды.

– Ну, на поезде несколько дольше! – с легким раздражением возразила она. С чего это она опять стала такой раздражительной? Она заставила себя встряхнуться и уже гораздо спокойнее сказала: – Наверное.

– Но ведь вы могли бы и остаться, не так ли? – словно вдруг охрипнув, добавил он. – Спорить готов, в Совете пока что не выстроилась очередь из желающих вас заменить.

Клара просто не знала, что сказать. Может, мне действительно не стоит уезжать? Но как быть, если я уже подняла всю эту шумиху с отъездом?

Что скажут дети?

До сих пор Клара такой вариант даже не рассматривала. Остаться? Нет, это просто невозможно.

Она снова посмотрела на Джулиана. Он, безусловно, умный, великодушный и щедрый человек. Солиситор. Его имя красуется на табличке, прибитой к дверям его собственной адвокатской конторы! И он наверняка никаких финансовых затруднений не испытывает.

Мысль о том, что в течение ближайших сорока лет ей придется ограничивать себя во всем и постоянно экономить, была настолько депрессивной, что Клара редко позволяла себе на ней задерживаться.

Джулиан также обладал неким, хоть и неярко выраженным, стремлением к отчуждению, и это казалось Кларе даже привлекательным после весьма близких и бурных взаимоотношений с Майклом. Кроме того, умирать в ближайшее время он явно не собирался, мало того, выглядел абсолютно здоровым и активным, и можно было предположить, что он и в постели окажется на высоте. Да и война давно кончилась. Клара уже на собственном опыте успела понять, сколь важны такие вещи, как здоровье и отсутствие войны.

Нет, она ни за что не позволит, чтобы кто-то снова разбил ей сердце! А потому, улыбнувшись Джулиану, она пробормотала что-то вроде: «Кто знает, что принесет нам будущее», а он, сняв одну руку с руля, поднес ее руку к губам и поцеловал в ладошку. Никто в жизни не целовал ее в ладошку – никто, даже Майкл.

– Вообще-то я очень терпеливый, – только и сказал он.

Глава восьмая

Как же чувствовалась смена времен года в сельской местности! Конечно, в Лондоне она тоже чувствовалась, но в Лавенхэме чередование времен года происходило с каким-то преувеличенным размахом. В начале октября дороги и улицы были устланы толстым слоем разноцветных опавших листьев, которые скапливались грудами; дули холодные ветры, а воздух был напитан головокружительной смесью запахов – костра, корицы и близких снегопадов. Старшие дети учили малышей проделывать дырочки в конских каштанах, собранных под деревьями, и, нанизав каштаны на бечевку, играть в «Чей каштан крепче». Прошел слух, что у детей из «Шиллинг Грейндж» самые крепкие каштаны. Билли и Барри приходили домой с охапками выигранных призов. Какой-то незнакомый человек остановил Клару на улице и сообщил, что «ее дети» выиграли у «его Бернарда» все каштаны. Клара уже собралась извиняться, но он, вежливо коснувшись шляпы, с явным уважением сказал: «Впечатляет!», и прибавил: «Желаю им удачи!». Ее, правда, куда менее приятно впечатляло то, что теперь каштаны обнаруживались абсолютно везде: в постелях, на полу, в грязном белье.

– Кто вас научил так здорово играть? – спросила она как-то у близнецов.

– Каштановый чемпион! Наш Айвор!

Это ведь для них так важно, думала Клара. Она лишь недавно осознала, до какой степени Айвор включен в жизнь обитателей «Шиллинг Грейндж». Однако до отъезда у нее оставалось всего несколько дней, а ей еще нужно было со стольким разобраться, из стольких сложностей выпутаться. Жаль, что они с Айвором расстаются почти врагами. Но ведь он действительно оказался просто невыносимым!

Клара даже вещи свои до сих пор не сложила. На этом пункте ее словно заклинило; она тут же начинала думать, что работы у нее в Лондоне нет и жить ей негде, а при одной лишь мысли о том, что ей снова придется ночевать на диване в гостиной Джуди, разглядывая загадочный рисунок на ковре под пристальным вниманием Артура, она просто в ужас приходила.

На следующий день после свидания в кондитерской Джулиан неожиданно забежал в «Шиллинг Грейндж» и преподнес Кларе букет цветов. Он не требовал, чтобы она незамедлительно назначила день следующего свидания, но все же попросил сообщить ему, «когда она будет готова».

Из школы и из Совета стаями прилетали плохо напечатанные письма; похоже, в Совете так и не поверили, что она уезжает.

Известно ли мисс Ньютон о полезных свойствах печени трески и о тех жирных кислотах, что в этой печени содержатся?

Знает ли мисс Ньютон, как опасно заболеть полиомиелитом?

Занимается ли мисс Ньютон шитьем и починкой одежды? (Да, хотя она предпочла бы все это передать в руки Айвора, вот только все мосты, к сожалению, сожжены.)

Подала ли мисс Ньютон заявку на причитающиеся ей купоны?

В следующую среду будет производиться взвешивание детей.

Клара все свое свободное время посвящала тому, чтобы составить максимально полные отчеты о воспитанниках «Шиллинг Грейндж» и передать детей другому воспитателю без излишних эксцессов. Отчетами она как раз занималась почти с удовольствием, зато все остальное буквально валилось у нее из рук.

Чем ближе было четырнадцатое октября, тем больше Кларе нравилась ее работа в «Шиллинг Грейндж», чего в начале своего пребывания здесь она никак не ожидала. Ей было интересно слушать рассказы детей о том, как у них прошел день и что нового было в школе; ей было приятно, когда Билли и Барри притащили откуда-то целую банку пикулей, потому что она однажды обмолвилась, что пикули просто обожает (сами близнецы вволю наелись всего на празднике урожая); она вместе со всеми радовалась, когда они содрали с дома старую вывеску – «А Совету мы сообщим, что ее бурей унесло!». А уж как она была счастлива, когда Морин получила на экзамене семь очков из десяти возможных или когда Пег показала ей новый, только что разученный танец. Все эти события вызывали у Клары просто потрясающие чувства, хоть она и старалась убедить себя: все это только из-за того, что я скоро уезжаю, а потому и воспринимаю каждую мелочь словно под увеличительным стеклом. Но иногда ей все же казалось, что, может быть, следовало дать себе реальную возможность хорошенько распробовать и эту работу, и этот странный городок, напоминающий декорацию к какому-то фильму?