Лиззи Пэйдж – Сиротский дом (страница 14)

На три дня?

После гибели Майкла Джуди стала ее опорой, надежной, как скала. Она заботилась обо всем – чтобы Клара вечером непременно поела, чтобы утром она вовремя встала, чтобы не забыла умыться. Она стала самой верной ее союзницей, а ее поддержка выходила далеко за рамки простых предписаний долга. Джуди оставалась ей преданным другом и после окончания войны, когда уже ушла из фирмы «Харрис и сыновья» и стала работать в школе «Ханиуэлл», о чем давно мечтала. И тут ей подвернулся демобилизованный Артур, весь такой красивый и, разумеется, тоже герой, награжденный крестом Святого Георгия – в общем, если Айвору Дилани действительно удалось спасти двадцать человек, то Артур, судя по всему, должен был спасти никак не меньше тридцати! Артур создал при начальной школе Св. Девы Марии популярный клуб для людей, занимающихся надомной работой, и после этого отношения Клары и Джуди никогда уже не были прежними.

– Увидишь, он максимум через два-три года директором школы станет! – заявила тогда Джуди почти с восторгом, хотя еще совсем недавно была бы скорее раздражена тем, как мужчина-новичок, с легкостью перепрыгивая через несколько ступенек, движется вверх по карьерной лестнице, оставляя позади женщин с многолетним опытом преподавательской работы.

Клара так толком и не сумела поладить с Артуром. А он заявил Джуди, что причина Клариной неприязни к нему в банальной ревности: у Джуди теперь есть муж, а у Клары нет. Сама-то Клара считала, что причина отнюдь не в этом, но спорить с человеком, который абсолютно уверен, что он всегда и во всем прав, было бессмысленно.

Через несколько дней вечером, возвращаясь с почты, Клара и Алекс столкнулись с мистером Уайтом, который выгуливал Бандита.

– У меня был неприятный опыт общения с собаками, – смущенно сказал Алекс, сторонясь пса, но Клара подбодрила его и предложила погладить Бандита. Алекс, хоть и не сразу, но все же осмелился это сделать, и Бандит радостно откликнулся на его ласку. Вскоре они уже стали друзьями. Алекс так и сиял. А Джулиан, подмигнув Кларе, сказал:

– Даже и не знаю, мисс Ньютон, кого вы больше рады видеть – меня или Бандита.

Клара сказала, что одинаково рада видеть их обоих, поскольку старается не обзаводиться любимчиками. Джулиан рассмеялся и сказал:

– Как же это приятно, когда женщина обладает чувством юмора! – И Клара покраснела, потому что даже не думала шутить.

Джулиан выглядел чрезвычайно элегантно в своем кремового цвета костюме. Его шляпа и рубашка были подобраны, естественно, в тон, и Клара пожалела, что не надела какое-нибудь более нарядное платье, гораздо лучше на ней сидящее – вроде того, в каком она была, когда впервые встретилась с Джулианом в саду. Впрочем, он и сегодня окинул ее беглым, но внимательным, оценивающим, взглядом. Он так смотрит всего лишь потому, что в этом захолустье молодых женщин маловато, напомнила себе Клара. В Лавенхэме, пожалуй, только она да миссис Гаррард еще не достигли тридцати. Этот «прудик» слишком мал для романтичной рыбной ловли.

Когда Клара спросила у мистера Уайта, не знает ли он, где можно подыскать какой-нибудь недорогой музыкальный инструмент, он, минутку подумав, сказал:

– Да у нас в конторе, по-моему, где-то старое пианино имеется.

Клара удивилась: неужели его «контора» настолько велика, что он не уверен, есть ли «где-то» пианино. Но нет, он явно говорил серьезно.

– Пожалуй, пианино – это слишком. Во-первых, я не смогу позволить себе за него заплатить, и потом… Видите ли, мистер Уайт, я имела в виду что-нибудь вроде старинной флейты…

– Ради бога, только не флейта, Клара! – тут же твердо прервал ее он и даже руку ко лбу поднес. – Считайте, что пианино полностью в вашем распоряжении, но при одном условии: в воскресенье вы должны будете со мной позавтракать.

Последние четыре года Клара всегда отвечала мужчинам, приглашавшим ее позавтракать, или поужинать, или на танцы, или в паб (один раз ее пригласили прямо на автобусной остановке на площади Элефант энд Касл[10]), одинаково: «Спасибо большое, но я не готова».

Она уже собралась произнести свою коронную формулу, лишь слегка подсластив ее сожалением, когда вдруг подумала: А почему бы и нет? Почему бы мне и не позавтракать с этим мистером Уайтом, солиситором? Почему бы не попробовать сделать свою жизнь хоть чуточку разнообразнее?

Майкла больше нет, и что-то незаметно, чтобы здесь ее без конца куда-то приглашали.

И потом, мистер Уайт всего лишь предлагает ей вкусно поесть. И фортепиано, что, конечно, очень важно. Когда она в последний раз вкусно и досыта ела? Трудно было бы сейчас ему отказать и при этом не выглядеть излишне чванливой. К тому же у него имеется Бандит, в которого просто невозможно не влюбиться. Удивительно дружелюбный глазастый пес, который при виде ее всегда радостно машет хвостом. И в это воскресенье она как раз свободна, ее подменит сестра Грейс, которая стала для нее просто спасительницей. Сестра Грейс всегда дочиста отскребает плиту, повсюду подметает пол и вытирает пыль, а также непременно приносит детям какие-нибудь лакомства, охотно выслушивает бессвязные жалобы Риты и искренне восхищается танцами Пег.

– Я обдумаю ваше предложение, – с улыбкой ответила мистеру Уайту Клара.

Он улыбнулся, шепнул: «Вот и молодец, девочка!», и эти слова вызвали у Клары приятное смущение.

– Неважные у нас новости, – вздохнула мисс Бриджес, в очередной раз посетив «Шиллинг Грейндж». – За полгода Совету Норфолка удалось пристроить в приемные семьи пятьдесят восемь детей. Это примерно пятая часть общего количества тамошних сирот.

– Но это, по-моему, очень хороший результат, не так ли?

Мисс Бриджес как бы нехотя согласилась:

– Да, неплохой. Но нам нужно действовать более активно. Иначе Совет Саффолка будет выглядеть некомпетентным по сравнению с советами других графств.

– Так это соревнование?

– Нет, что вы! – притворно возмутилась мисс Бриджес, потом рассмеялась и сказала: – А впрочем, Клара, можете и так это называть.

Чуть позже мисс Бриджес рассказала, как провалился вполне удачный план с удочерением Терри. Эти люди – «очень милые, соль земли» – в итоге решили усыновить мальчика. («Как вы думаете, откуда? Разумеется, из Норфолка!») А якобы родственник Алекса оказался ему никаким не родственником. «Сплошные тупики», – жаловалась мисс Бриджес.

Через несколько дней Клара уже наблюдала за тем, как ловко двое рабочих извлекают на свет божий пианино, «затерявшееся» в адвокатской конторе – «Осторожней! Не заденьте корзинки с цветами!». Инструмент перетащили через улицу в Грейндж и оставили перед крыльцом к удивлению немногочисленных прохожих. К сожалению, входная дверь оказалась слишком узкой, и рабочие, сочтя свою работу выполненной, отправились по домам ужинать. Им, в конце концов, ведь только за доставку заплатили.

Айвор следил за их действиями из окна мастерской, и Клару страшно раздражало, что именно он является ее ближайшим соседом. Теперь-то она уже знала, что в городе немало и других, куда более приятных людей. Например, доктор Кардью, или работник автозаправочной станции, или хозяин мясной лавки – все они громко здоровались с Кларой, когда та проходила мимо, и точно так же поступали женщины, работавшие в пекарне, и супруги, владевшие бакалейной лавкой, и заведующая почтовым отделением – та однажды даже бежала за Кларой, случайно забывшей на почте книжечку с марками, а потом сказала ей: «Это просто чудо – то, что вы делаете для детей! Да благословит вас Господь!» Клара так смутилась, что даже ответить не сумела. Да и какой смысл объяснять всем этим людям, почему она хочет уехать? Лучше уж постараться ускользнуть отсюда незаметно.

Когда Кларе и детям удалось, наконец, наполовину втиснуть пианино в дверной проход, Айвор из мастерской куда-то исчез. Но через десять минут появился уже возле их крыльца, явно собираясь торжествовать.

– Мы сами отлично справимся, мистер Дилани! – Нет, этот человек просто удивительно настырен!

– Да, конечно, только оно, похоже, намертво застряло. – Айвор немного отошел от крыльца, полюбовался содеянным ими и спросил: – Ну, и что вы теперь собирались делать?

– Расколотить это чертово пианино на куски! – завопил Барри, и Клара тут же отправила его в спальню за употребление бранных слов. Он послушался, но тащился нехотя, пиная носками башмаков землю. Барри порой бывал таким зловредным, что просто не сладить.

– Нельзя же его тут, в дверях, оставить, – сказал Айвор.

– Это и без вас ясно. – Клара вздохнула. Стычка с Барри – да еще и в присутствии Айвора – ее расстроила. Ей так хотелось выглядеть компетентной, тем более перед Айвором.

А он тем временем обследовал инструмент со всех сторон, даже под него залез. Да у него же явный «комплекс героя», решила Клара. Еще бы, двадцать человек в Дюнкерке спас, а тут какое-то пианино!

Внезапно он с громким криком, действуя одной рукой, буквально выдернул застрявший в дверях инструмент и вынырнул из-под него. Шляпа, естественно, у него с головы свалилась, волосы прилипли ко взмокшему лбу. Только сейчас Клара заметила у него под глазами темные мешки и вдруг поняла, что никакой прежней враждебности к нему не испытывает.

Она подняла его шляпу и подала ему, а он спросил: