Лиззи Остром – Парфюм. История ароматов XX века (страница 27)
Эта душистая смесь ассоциируется с праздностью и леностью, поскольку она достигает своего пика, когда плавятся термостаты и останавливается любая деятельность, связанная с физическими или умственными усилиями. Если на вас такой жасминовый парфюм, то вы явно не намерены в ближайшем будущем завершить начатое дело. Пусть все дела медленно движутся к завершению.
Жасмин – это жизненно важный ингредиент в парфюмерии, даже более распространенный, чем роза. Так зачем же ограничивать его 1940-ми годами? Дело в том, что пора навестить одну из самых исступленных любительниц парфюма. Знакомьтесь: Бланш Дюбуа, героиня пьесы Теннеси Уильямса «Трамвай “Желание”». Эту роль на сцене впервые сыграла в 1947 году Джессика Тэнди, а потом в экранизации 1951 года снялась Вивьен Ли. Бланш испытывает такую же потребность в парфюме, какую многие из нас испытывают в чашке кофе. И разумеется, жасминовый парфюм является частью ее маниакального ухода за собой, когда она пытается привыкнуть к жизни в убогой, душной квартире ее сестры Стеллы в Новом Орлеане.
В те моменты, когда она не лежит в горячей ванне (борясь, таким образом, с жарой) или не пудрит носик, Бланш опрыскивает себя парфюмом, используя одеколон как средство от головной боли и пытаясь освежить душную атмосферу, чтобы сделать ее более приятной. В сочетании с красивой одеждой Бланш ее жасминовый парфюм – это все, что осталось от «Прекрасного сна». Так называлась усадьба, в которой прошла юность Бланш и Стеллы и которую Бланш умудрилась потерять при загадочных обстоятельствах. Ее коллекция старых флаконов из-под духов (вместе со звякающими бутылками спиртного) – способ сгладить острые углы. О Бланш в пьесе говорится, что она, как «мотылек», одержима мягкостью, сиянием и яркостью.
Жасминовый парфюм Бланш («двадцать пять долларов за унцию!»), распространяющий гипнотический, дурманящий аромат, стал частью ее арсенала смягчающих средств, как и абажур, который она покупает, чтобы сделать менее ярким свет голой лампочки в квартире и придать лицу моложавость. И эта мягкость Бланш, ее неприятие правды не позволяют понять, кто она: душевнобольная, обиженная жизнью, обманщица или все, вместе взятое. Все это, как и успокаивающее звучание ее имени, контрастирует с жесткостью и грубостью Стэнли, мужа ее сестры, который пытается выяснить факты о жизни Бланш. Ее мягкость противостоит и каменным мускулам Митча, ее будущего поклонника.
Жасминовый парфюм 1940-х годов, который определял себя как «лучший из тех, которые мир может предложить», под названием White Shoulders («Белые плечи») от Evyan. Это был американский аромат для американских женщин, с роскошными нотами, свойственными французской парфюмерии, и такой же высокой ценой. В чем сочетались белые цветы, мягкие, словно облако, один из великих парфюмов «на выход» двадцатого века. С другой стороны, Бланш скорее всего наслаждалась ароматами предыдущего десятилетия, таких как Joy.
Честно говоря, едва ли у Бланш хватило бы средств на White Shoulders, хотя этот аромат описывает именно такую женщину, как она. Название парфюма говорит о безупречной, привилегированной красоте леди, которая может позволить себе носить платья, открывающие ее идеально ухоженное и смазанное кольдкремом декольте. Ранние рекламы изображали женщину, смотрящую на продукцию White Shoulders, ее торс начинает таять чуть выше груди, и это нервирует. Белые плечи, даже если они венчают прекрасное бальное платье, делают женщину хрупкой и изящной. Белоснежная шея, изысканный затылок выглядят так, будто вот-вот сломаются.
Black Satin
Angelique, 1946
Рекламный парфюм
Angelique, какое милое нежное название для бренда. Так и представляешь себе компанию, основанную еще одной образованной, но состарившейся русской княгиней в изгнании, которая приглашает обеспеченных женщин в свой эксклюзивный салон за парфюмерными средствами и предлагает покупательницам чай из самовара.
Ничего подобного. Компания Angelique, чья штаб-квартира находилась в городе Сканк-Лейк, Уилтон, штат Коннектикут, и чьи фабрики называли «фабрики-вонючки», была детищем двух американцев, в прошлом менеджеров руководящего звена, Чарльза Н. Грэнвилла и Н. Ли Свортаута. Они оставили свою утомительную работу и вместе с женами создали один из самых известных торговых брендов того времени. Презираемые и осмеянные представителями парфюмерной промышленности, Грэнвилл и Свортаут были преисполнены решимости разнести в клочья тщательно культивируемую загадочность парфюмерных домов.
Основанная в 1946 году компания Angelique пробралась на сцену, словно придворный шут, выпустивший стаю голубей на банкете в честь коронации. Грэнвилл и Свортаут, никогда не работавшие в парфюмерной промышленности, решили, что у них есть шанс быстро сделать состояние. Но насколько это трудно при внушительных маржах каждого флакона? Дуэт сообразил, что американские женщины все еще приберегают парфюм для особых случаев.
И всего с одним парфюмом – Black Satin («Черный атлас») для «земных женщин» – они начали рекламную кампанию, продвигая щедрое использование парфюма с утра до вечера. К сожалению, Грэнвилл и Свортаут столкнулись с проблемой. Они не знали, что другой бренд уже запатентовал это название. Им пришлось прежде перезаложить свои дома (и попросить своих жен продать кое-какие украшения), чтобы выкупить название за двадцать две с половиной тысячи долларов.
Как только эта проблема была решена, Angelique буквально ворвалась на рынок с помощью блестящей стратегии продаж. Компания продавала Black Satin в магазинах ВМС США и в почтовых отделениях на Дальнем Востоке, чтобы увольняющиеся в запас военные могли привезти подарок своим женам и подругам. Линейка товара была впечатляющей: твердые духи в виде тюбика губной помады в форме пули и броши с заранее смоченными парфюмом вкладками из губки, созданные при участии дизайнера Хейзл Бишоп. Спрос вырос, когда Angelique начала ароматизировать банковские чеки с помощью Black Satin, чтобы заинтриговать женщин-клерков, обрабатывавших платежи.
Но эти трюки были всего лишь забавой по сравнению с более обширными рекламными планами Грэнвилла и Свортаута. Американские города, крупные и маленькие, предполагалось подвергнуть своеобразной воздушной бомбардировке. Впоследствии журнал Life написал об этом так: «Они атаковали потенциальных покупательниц, распыляя аромат на городских улицах. Они доставляли его в виде гигантского пасхального яйца, которое спускали с вертолета».
Для «ароматной операции» дуэт приобрел сухой лед, объявив, что он ароматизирован Black Satin. Местом их парфюмерной атаки стал город Бриджпорт в Коннектикуте, уже укрытый пышным снежным покрывалом. Один из горожан стукнул свою жену лопатой для уборки снега по голове, когда она сообщила ему о том, что будет происходить. Когда мужчину привели в городскую тюрьму и стали задавать вопросы, он «отказался объяснить свой поступок», просто дышал «вроде как тяжело». В рапорте сказано, что он каждый день расчищал подъездную дорожку к дому в течение двадцати двух дней. Представьте: долгие недели снегопада, а затем какие-то умники решили вывалить на ваш дом кучу ароматизированного льда.
В день «бомбардировки» пресса собралась в предвкушении события, но… Лишь немногие ощутили аромат или заметили сухой лед среди снега. Предложения повторить мероприятие в других городах были отвергнуты после того, как астматики пожаловались на возможность аллергического приступа.
Однако предприниматели на этом не остановились. Перед выпуском аромата White Satin («Белый атлас») Грэнвилл и Свортаут наняли двенадцать самолетов и группу девушек с обложки, которых окрестили «бомбардировщицами». Каждая «управляла» одним самолетом, которые на этот раз сбрасывали душистое облако на Лос-Анджелес. Увы, из-за смога аромат так и не дошел до города. И все же реклама спровоцировала сумасшедший спрос: к 1949 году объем продаж достиг полумиллиона долларов. Грэнвилл и Свортаут отказались от самолетов и воспользовались аппаратами, пускающими ароматные пузыри. Их поставили на автомобили, которые разъезжали по улицам Майами, распыляя Black Satin. Утверждают, что реклама провалилась в 1950-х годах, когда им пришло в голову соединить галлоны парфюма с несколькими тоннами красной краски, и все ради парфюма Red Satin («Красный атлас»). Смесь вылили в Атлантический океан, чтобы Гольфстрим мог перенести ее к берегам Великобритании как раз к Рождеству. Остается только гадать, сколько рыбы погибло в результате этих упражнений.
Несмотря на все эти эскапады в духе Вилли Вонка, дела у основателей Angelique шли вполне прилично, и на заработанные деньги Свортаут переехал жить на Виргинские острова. Но возможно, все было не так хорошо, как казалось. Отчеты о том, что компания заработала миллионные прибыли, сочли сомнительными, началось расследование. Считалось, что у аромата Black Satin есть преданные покупатели, постоянно его приобретающие. Так ли обстояло дело, или это был гениальный блеф двух мошенников, мастеров нового платья короля? Доподлинно известно одно: фокусы закончились, и к 1970 году Black Satin стоил один доллар, если верить рекламному объявлению, размещенному в специальном разделе рядом с рекламой мешков для мусора. Грэнвилл и Свортаут, «предприниматели в области парфюмерии и метеорологии» исчезли, как тает облако в жарком небе.