Лиза Светлова – Бедовая Ведьма для Дракона (страница 43)
- Нити судьбы тебя ведут туда. Похоже решение всех своих проблем найдёшь у старика. – добавила Амелия.
- Но я вижу окно возможностей только сегодня. До утренних петухов. Дальше темнота.- добавила Ретуния.
- Это что-же мне нужно уходить прямо сейчас? – изумилась Асса.
- Ты можешь не использовать эту возможность. Просто пойдешь другим путём. – робко предложила Амелия.
- Нет. Я пойду.
Внезапно все пришли в движение.
Асса торопливо собирала походную сумку, скидывая в подпространство свои вещи. В нутро бездонной торбы полетели гримуар, расчёска, тёплые чулки.
Ретуния побежала за одеждой и росянкой. Амелия загремела склянками с зельями. Она спешно скидывала в походную сумку Ассы то, что, по её мнению могло ей понадобиться в дороге.
Через каких-то пол-часа полностью собранная, одетая, с укомплектованной походной сумкой, Мышем на плече и горшком с росянкой в руке Асса стояла во внутреннем дворике Ретунии.
- Ну! В путь! – кивнула она подругам.
Воткнула ветку в землю. Уколола палец и выдавила каплю крови на ветвь.
Ветка распахнулась в виде эфирного белого дерева. Асса зажмурившись от яркого света сделала шаг в ослепительно белый портал.
Пожалуйста не скупитесь на обратную связь! Мне будет очень приятно,
если вы напишите комментарий и добавите книгу в библиотеку.
53. Старец
Ведьмочка перемещалась по необычному лесу удивляясь всё больше и больше. Она никогда не видела такой необычной природы.
Под ногами шелестела полупрозрачная, отдающая бликами хрусталя трава. Девушка могла поклясться, что видела как в траву юркнула прозрачная рыбка. Она без воды перемещалась по воздуху, словно под водой! Асса пощупала кончики травинки. «Мягкая. Не колется» - с удивлением отметила она. Продолжая оглядываться вокруг.
Её окружал дивный лес в летнем утреннем убранстве. Хотя Асса точно помнила, что в портал заходила ночью и в разгар зимы.
Мышь, сидя на её плече жмурился от яркого солнца, но продолжал в любопытстве вертеть головой.
Росянка раскрыла бутон и пыталась липким языком выловить мошкару.
Ветви деревьев колыхались от невидимого ветра, но девушка его не ощущала. Запах моха смешался с запахом свежих листьев. На уровне её глаз перелетела, попискивая, стайка голубеньких птичек. Прямо перед ней остановилась белка. Тряхнула хвостом и дернув головой отбежала в сторону. Оглянулась на Ассу, будто приглашая за собой.
«Какая-то странная живность» пожала плечами девушка и направила стопы в сторону.
Белка снова вернулась к ней. Затрясла хвостом, застрекотала недовольно, вглядываясь в Ассу своими глазками- бусинками.
- Ты хочешь, чтобы я пошла за тобой? – Асса присела перед ней на корточки.
Белка утвердительно кивнула.
Продвигаясь за своим необычным проводником, ведьмочка продолжала разглядывать удивительное место.
Целая поляна цветов оказалась поляной бабочек. Ведьмочка случайно задела одну, думая, что это цветок и намереваясь его понюхать. А он по-о-рх! И взлетел! И остальные вслед за ним брызнули разноцветьем в разные стороны.
Белка привела ведьмочку к берегу озера. Между цветущих кувшинок в прозрачных водах огромного пруда вальяжно плавали огромные белые рыбины.
Проводник повёл её к полуразрушенной арке. Поросшая мхом дуга из серого камня возвышалась над такой же лестницей. Нижние ступени утопали в воде, а верхние примыкали к своду каменной дуги.
Белка повела её прямо туда.
Приблизившись к озеру ведьмочка обнаружила, что белые рыбины, и не рыбины вовсе, а русалы и русалки.
Водная нечисть высунулась из воды, кто-то подплыл ближе к ступенькам, с интересом следя за путём девушки.
Спина Ассы задеревенела от страха. Русалки коварные создания. Затуманят разум, напоют песен так, что ты сама с радостью побежишь к ним тонуть.
Один молодой русал, с идеальными чертами лица и красивым перламутровым хвостом подплыл прямо к берегу. Приподнялся на ладонях. Поднял свой идеальный торс над водой. По безупречно-белой алебастровой коже каплями стекала вода, играя бликами на солнце.
Он растянул губы в улыбке, показывая оторопелой ведьмочке свои клычки.
- Познакомимся, красотка? - подмигнул он заигрывая.
Белка бросилась на него. Шикнула.
Русал заразительно рассмеялся, плюхнулся на спину, ударил хвостом по водной глади. Россыпь мелких брызг, отражаясь в лучах солнца окатила Ассу и её проводника.
Рыжая заверещала сердито. Погрозилась лапкой и привела ведьму к арке. Это был действующий портал древнего храма.
Стоило ей пройти через неё, как она увидала старца. Он сидел на пне. Как и тогда, весь в белом. Длинная ровная борода опускалась почти до земли. Суховатая, крепкая рука сжимала в руках белый посох. На плече старца сидела белая летучая мышка.
При виде белой красотки Мышь нетерпеливо заерзал на плече Ассы.
- Это она! Моя зазнобушка. Блосила меня, котолая! – громко зашептал ей на ухо фамильяр.
Шепот фамильяра все услышали. Мыши и старец с ведьмочкой удивленно переглянулись.
- Хорошо, что ты пришла, Асса. Твои следы на дороге познания глубоки, но не забывай: самое важное путешествие – это путь внутрь себя. – глубокомысленно изрек старец.
- Кто вы?
- Меня называют по разному. Друид. Лесной дух. Ты можешь звать меня Седриком.
- Зачем вы пригласили меня сюда?
- Таков мой путь. Когда день сменяется ночью, Солнце не спрашивает у Луны, а надо ли? Это просто происходит.
- Это не ответ. Мне не ясна цель.
Седрик со вздохом поднялся с пня. Покачал головой каким-то своим мыслям.
- Знания мне передать надо, а тебе принять.
Асса не спешила идти за Седриком. Тот, заметив, что девчонка за ним не следует, поднял брови в немом вопросе.
- Мне придется за это чем-то заплатить? Чем-то пожертвовать?
- Только временем и собственными заблуждениями.
- Так не бывает.
- Отчего же? Почему пра-пра-прародитель рода не может передать своей пра-пра-правнучке часть своих знаний, если она готова их принять? – хитро улыбнувшись, пригладил бороду старик. Его глаза в удовольствии заблестели, отмечая, как от этой новости на личике девушки разливается немое изумление.
54.Ученица Друида
Асса осталась у Седрика в волшебном лесу. Оказалось, её дар не был с дефектом, как она считала. Просто она была наполовину ведьма, наполовину дриада. Старец рассказал ей о её родителях те вещи, которых она не знала. О том, что её мать была прекрасной лесной дриадой, а отец сильным ведьмаком. О том, как они боролись за свое право оставаться вместе, вопреки желанию своих кланов, которым их союз был костью в горле.
И о том, как завистники отца все-таки погубили семью. Ведь пожар, в котором погибли родители Ассы, не был случайным. Кто-то навел охотников за ведьмами на их дом и убедил, что они те самые преступники, которых ловцы разыскивали.
Асса вобрала в себя знания и таланты обоих родителей, именно поэтому её дар был столь уникален.
Друид взялся обучать её тем премудростям, которые содержались в даре дриады. Наконец-то она ощущала себя цельной. Она понимала логику, суть и структуру заклинаний. Она могла вырастить абсолютно любой растительный материал. Теперь она по-другому смотрела на свою росянку. Не как на ошибку природы, а как на удивительное свойство своей природы – делать живое, ещё более живым.
«Живое, но до чего же прожорливое!» - Вторила своим мыслям девушка, скармливая растению порцию земляных червяков – излюбленное лакомство растения.
Каждое её утро начиналось с этого ритуала. Затем она шла прогуляться к пруду, сделать заметки в своем дневнике и поразмышлять над текущей задачей. Обычно спустя пол часа к ней подплывал Сиреон, тот самый русал с перламутровым хвостом, который обрызгал их с белкой. Оказывается озеро у портала и озеро у друида были связаны подводным порталом, но только русалки могли беспрепятственно плавать по ним.
Словоохотливый парень, с которым Асса неожиданно подружилась, с удовольствием выслушивал её размышления и делился своими мыслями. Затем ведьма шла отрабатывать задание, которое Седрик выдал ей накануне. Она много тренировалась самостоятельно. Потом Седрик проверял её работу и выдавал новую порцию материала. Он её не щадил, словно торопясь куда-то нагружал ведьму сложными плетениями и нетривиальными задачами, которые на первый взгляд решить было невозможно.
Асса с головой ушла в новые познания, стараясь не вспоминать о драконе со стальными глазами. Она ясно чувствовала его зов. До её сердца накатывала волна сожаления, печали и тоски, которые она могла поклясться, хоть и вторили её чувствам, но не были её собственными.