Лиза Смит – Ритуал (страница 36)

- Что с тобой? Ты белая, как привидение.

Кэсси кивнула и пожала плечами:

- Да так, голова немного закружилась; я, пожалуй, пойду.

Праведный гнев из глаз Дианы мгновенно улетучился.

- Хорошо, - сказала она, - только я не хочу, чтобы ты шла одна. Адам, проводишь ее? По пляжу выйдет короче.

Кэсси в ужасе раскрыла рот, но Адам быстро кивнул.

- Конечно, - мгновенно согласился он. - Хотя и тебя в одиночестве оставлять не хочется…

- Со мной останутся Мелани и Лорел, - сказала Диана. - Я хочу очистить череп надлежащим способом - цветочными экстрактами, - она посмотрела на Лорел, - и кристаллами, - и она взглянула на Мелани. - Мне все равно, сколько это займет времени, пусть даже целую ночь. Я хочу, чтобы это было сделано, и начать хочу прямо сейчас. Сию же минуту.

Обе девушки кивнули. И Адам тоже.

- Хорошо, - сказал он.

Кэсси, так и стоявшая с открытым ртом, внезапно о чем-то подумала и тоже кивнула. Ее рука автоматически потянулась к карману джинсов и нащупала там бугорок.

Вот так она очутилась на берегу наедине с Адамом.

Этой ночью луна спряталась, звезды светили холодно и ярко, волны с ревом бились о берег. Неромантично. Грубо. Примитивно. Ничто, кроме слабого света, исходящего от домов на утесе, не выдавало близости цивилизации.

Они уже почти дошли до узкой тропки, бегущей вверх по скалам к дому номер двенадцать, когда он задал вопрос. В глубине души она знала, что вечно бегать от этого вопроса не получится.

- Почему ты не захотела, чтобы все узнали, что мы раньше встречались? - спросил он просто.

Кэсси сделала глубокий вдох, будто собиралась нырнуть. Сейчас мы увидим, какая из тебя актриса. Она держалась очень ровно, потому что знала: она должна кое-что сделать и найдет в себе силы сделать это. Ради Дианы… и ради него.

- Даже не знаю, - произнесла она и поразилась, насколько буднично прозвучал ее голос. - Я просто не хотела, чтобы какие-нибудь личности, типа Сюзан или Фэй, получили неверное представление о ситуации. Ты же не против? Мне казалось, это несущественно.

Адам посмотрел на нее странно, с сомнением, но затем кивнул.

- Если ты не хочешь, я не стану ничего рассказывать, - сказал он.

Кэсси возблагодарила Бога за такой подарок, но не подала виду.

- О’кей, спасибо. Да, кстати, - продолжила она, роясь в кармане. - Я должна тебе это вернуть. Держи.

Ее пальцы со странным неистовством вцепились в розу из халцедона, но ей удалось разжать их и положить камень в раскрытую ладонь Адама: кристаллы кварца так сияли, что казалось, звезды поделились с ними частичкой своего света.

- Спасибо, что дал попользоваться, - сказала она, - но теперь, когда я официально стала ведьмой, я найду собственные камни, с которыми буду работать. Кроме того… - ее губы изогнулись в дразнящей улыбке, - мы же не хотим, чтобы о нас из-за этого сложилось неверное представление, не так ли?

Она никогда в жизни не вела себя так с парнем: игриво, уверенно и беспечно. Практически флиртуя, в то же время давая понять, что это ничего не значит. Это оказалось очень просто: она бы в жизни не подумала, что это так легко, и решила, что у нее так хорошо получается, потому что она играет роль. Это не Кэсси - это кто-то другой, кто не боится, ибо самое страшное уже произошло и поводов бояться не осталось.

Кривая улыбка, как непроизвольная реакция на кривой тон Кэсси, тронула губы Адама и тут же исчезла. Он посмотрел на нее тяжелым взглядом, а она заставила себя взглянуть на него прямо и невинно, так же, как тогда - в августе на пляже Кейп-Кода - она посмотрела на сомневающегося Джордана.

«Верь мне, - подумала девушка, только на этот раз она знала силу собственной мысли и силы, которую она могла призвать себе в помощь. - Море, песок, вода и земля. Сделайте так, как требую я… Верь мне, Адам. Верь мне. Верь мне».

Он неожиданно отвел взгляд и отвернулся к океану. К изумлению Кэсси, это напомнило ей о том, как она освободилась от гипнотизирующего взгляда Фэй.

- Ты изменилась, - промолвил Адам, и в голосе его звучало удивление. Затем он снова посмотрел на нее тяжелым, безжалостным взглядом. - Ты сильно изменилась.

- Конечно. Я же теперь ведьма, - здраво сказала она. - Ты мог бы с самого начала сказать мне об этом: избежали бы массы проблем, - произнесла она укоризненно.

- Я не знал. Я ощущал… что-то… в тебе, но у меня и в мыслях не было, что ты одна из нас.

- О, ну, в конце концов, все наладилось, - затараторила Кэсси. Ей не нравилось, когда он заговаривал о каких-то ощущениях - слишком опасно. - В общем, спасибо, что проводил меня. Мне сюда.

Бросив ему улыбку на прощание, она повернулась и начала взбираться по узкой тропинке. Она не могла поверить, что так лихо все провернула! Однако вместе с облегчением пришли боль и слабость: она еле доволокла ноги до вершины утеса.

«Спасибо», - подумала девушка и двинулась к дому.

- Постой, - раздался за спиной звонкий и властный голос.

«Ну, конечно, рассчитывала легко отделаться», - подумала Кэсси.

Медленно, сохраняя спокойствие, она обернулась и посмотрела на Адама.

Он стоял на краю обрыва, спиной к океану. На лицо его падал слабый свет и отражался от любимых черт: эти высокие скулы, эти смешливые, выразительные губы. Только сейчас они не смеялись. Глаза смотрели на нее с тем же выражением, с которым в тот день они смотрели вслед Джордану и Логану - жестко и пронзительно: они излучали силу, пугающую силу, которую Кэсси тогда не понимала. Но пугали они и сейчас.

- А ты хороша, - сказал он. - Но я не настолько глуп. Ты что-то недоговариваешь, и мне нужно знать, что именно.

- Тебе не нужно, - слова слетели с ее губ прежде, чем она смогла их остановить, и прозвучали слишком искренне. - В смысле, нет ничего такого, о чем я тебе не сказала. Тебе показалось.

- Послушай, - сказал он и, к ее неудовольствию, подступил ближе, - когда я тебя впервые встретил, я понятия не имел, что ты одна из нас. Откуда мне было знать? Но я сразу понял, что ты отличаешься от той своей фальшивой подружки: не очередная симпатичная мордашка, а нечто особенное.

«Симпатичная? Он считает меня симпатичной?» - почва начала уходить из-под ног девушки; чистое, невозмутимое спокойствие покидало ее, и она отчаянно за него цеплялась. Выгляди спокойной и ровной; вежливо интересуйся; не дай ни малейшего повода.

Серо- голубые глаза Адама блестели; на его странном, горделивом лице ясно читался гнев. Но больше всего Кэсси смутила обида, затаившаяся в глубине его глаз.

- Ты не походила на прочих девушек из внешнего мира: ты смогла принять загадочное, не боясь его и не пытаясь тут же уничтожить. Ты показалась мне… открытой, терпимой, не отвергающей и не презирающей то, что отличается от привычного.

- Но не настолько терпимой, как Диана. Диана самая…

- К Диане это не имеет никакого отношения! - воскликнул он, и Кэсси поняла, что это правда.

Он говорил так честно и прямо, что мысли о предательстве нельзя было и допустить.

- Я подумал, - продолжал он, - что ты человек, которому я могу довериться, доверить даже собственную жизнь. И когда я увидел, как ты выдержала столкновение с Джорданом - а ведь он в два раза тебя выше, - то понял, что не ошибся. Ты вела себя очень отважно: я такого почти никогда в своей жизни не видел. Он сделал тебе больно, а ты улыбалась, и все это ради меня - незнакомого, чужого.

«Не реагируй, - обрабатывала себя Кэсси. - Никак».

- И после этого я почувствовал в тебе нечто особенное - особенное понимание. Это сложно объяснить, но я с тех пор все время думал об этом. Я много думал о тебе, Кэсси, и ждал, что смогу, наконец, рассказать о тебе Диане. Я хотел, чтобы она знала, что она права: да, существуют люди вне Круга, которые могут общаться с нами, которым можно доверять, те, кто может подружиться с магией. Она долгое время пыталась заставить Клуб поверить в это. Я хотел сказать ей, что ты мне раскрыла глаза - на многое. После того, как мы расстались, мне даже показалось, что я стал больше видеть. Я ведь ходил на рыболовецких судах, чтобы найти Инструменты Мастера. Так вот, когда, расставляя сети, я высматривал острова, то вдруг почувствовал, что стал яснее видеть или что океан начал раскрывать мне сокрытое. Помогать мне. Я и это хотел рассказать Диане, может, она смогла бы объяснить.

- И за все это время, - продолжил Адам, устремив на Кэсси напряженный взгляд серо-голубых глаз, - я ни разу не пожалел, что отдал тебе халцедоновую розу, хотя мы никогда не делаем ничего подобного для людей вне Круга. Я, конечно, надеялся, что у тебя все будет хорошо, и она тебе не пригодится, но хотел помочь в том случае, если бы с тобой вдруг приключилась беда. И если бы ты когда-нибудь сделала то, что я тебе сказал, крепко сжала бы камень в руке и подумала обо мне, я бы почувствовал, я бы нашел тебя, где бы ты ни была. Потому что я решил, что ты необыкновенная.

«А ведь он прав», - думала Кэсси, и голова у нее шла кругом. Все это время, что камень жил у нее, она ни разу не сжала его в кулаке так, как он ей наказывал, а только думала о нем. Она ни разу не последовала его инструкции, потому что не верила в волшебство.

- А теперь я возвращаюсь, и что же? Оказывается, никакой ты не чужак. Ну, или только наполовину. Я обрадовался, увидев тебя здесь и узнав, что ты вошла в Круг. Диана, судя по ее словам, тоже сразу заметила, что ты особенная. Но я не мог сказать ей, что знаком с тобой, потому что по неким причинам ты не захотела, чтобы об этом знали. Я уважал это, держал рот на замке и предполагал, что ты все объяснишь, как только сможешь. А вместо этого… - он сделал красноречивый жест рукой, - вот что я получаю. Всю неделю ты меня отшиваешь, а теперь ведешь себя так, будто между нами никогда ничего не было. Ты даже прибегаешь к помощи Сил, чтобы заставить меня поверить в эту ложь. И сейчас я хочу знать, почему.