Лиза Смит – Ритуал (страница 3)
Постепенно светлой героине открылось, что, возможно, ее участь не так уж ничтожна. В обычной ситуации она бы просто присутствовала на балу ритмов земли, но сейчас ей казалось, что она заправляет этим балом. Ей казалось, что небо, земля и вода вошли в нее, и отныне она повелевает ими. Кэсси ощутила в себе вибрацию жизни - мощный, глубокий, яркий пульс планеты. Он учащался, а с ним усиливались напряжение и предвкушение… чего-то.
Но чего?
Глядя на море, она услышала ровную поступь - приближение слов. Они пришли: ерундовые, незамысловатые, так, безделица, пустячок для деточек, но все равно - стихи.
Небо и море, храни меня от горя.
Странно, но ей вдруг почудилось, что слова появились не из головы, а из далекого прошлого. Мгновенно высветился образ: она сидит у кого-то на руках и смотрит на океан. Маленькая девочка, поднятая высоко-высоко, слушает и слышит: Небо и море, храни меня от горя. Земля, огонь -…Нет.
Кэсси вся дрожала: впервые она так ярко ощущала синюю бесконечность неба, твердокаменную целостность земли, необозримый простор океана - волна за волной, и за следующей волной, и дальше в том же духе вплоть до самого волнующегося горизонта, и, наверняка, за ним тоже, только нам не дано это увидеть. И все они как будто выжидали, смотрели на свою повелительницу и ждали приказаний.
«Не надо, не заканчивай стихотворение! - приказала себе девушка. - Ни слова больше».
Неожиданно ею овладела безотчетная уверенность, что, пока оставшиеся слова не найдены, она вне опасности. Она пойдет домой и проживет в ладу сама с собой спокойную жизнь обыкновенного человека. И все будет хорошо и нормально - э-хе-хе, только бы они не нашлись!
Но слова затекали в мозг по капельке, как малюсенький, но настойчивый ручеек, пока, наконец, не встали на положенное им место, и остановить их, видит Бог, не было никакой возможности.
Небо и море, храни меня от горя. Земля и огонь - желанье… узаконь. Вот оно.
«Господи, что я наделала?!»
Будто оборвалась струна. Дзззззззинннннь… Кэсси пришла в себя; она стояла, уставившись дикими глазами на океан. Если чувства ее не обманывали, что-то произошло: силы природы покинули ее, и связи оборвались.
Свобода и легкость в мгновение ока улетучились, уступив место раздражению, прострации и какой-то чудовищной наэлектризованности. Океан неожиданно предстал перед ней во всей своей необъятной и не слишком дружелюбной мощи. Резко развернувшись, наша героиня направилась к берегу.
«Дура какая! - ругала она себя; чем ближе становился пляж, тем дальше отступал страх. - Чего ты так испугалась? Неужели всерьез думаешь, что небо и море слушали тебя? Или, возможно, полагаешь, что твои слова что-то для них значили?»
Нервный смешок чуть было не сорвался с ее губ: тяжело жить с больным воображением! Вот же она - живая, а вот мир - тот же, что и раньше. А что до слов… слова - это, как правило, только слова.
И тем не менее, событие, последовавшее за этой глубокой мыслью, не стало для нее неожиданностью.
На берегу что-то происходило; героиня заметила беспорядочные движения по пересеченной местности.
Рыжий вылетел из-за сосны и мчался, как оголтелый, вниз по склону дюны. Моментально успокоившись, Кэсси ускорила шаг и добралась до начала пирса как раз в ту секунду, когда нога парня коснулась пляжа.
Верный пес радостно подпрыгивал рядом, заглядывая юноше в глаза, будто говоря, какая, мол, веселая игра, а что мы будем делать дальше? Однако выражение лица парня недвусмысленно указывало на то, что игрой тут и не пахло.
Он затравленно оглядел пустынный пляж: слева, примерно в ста ярдах, в океан врезался мыс; понять, что за ним находится, было невозможно. Парень скользнул по Кэсси отсутствующим взглядом, а затем, приняв решение, помчался в сторону мыса.
Сердце девушки застучало с такой силой, что, казалось, его слышат даже дюны.
- Постой! - крикнула она, собрав всю доставшуюся ей от Бога и родителей смелость.
Он обернулся и просканировал Кэсси серо-голубым взором.
- От кого ты бежишь? - спросила она, в общем-то только для того, чтобы завязать разговор; она и так догадалась.
Его ответ был хриплым и отрывистым:
- От двух амбалов, смахивающих на полузащитников «New-York Giants [5] «.
Кэсси кивнула: ее сердце билось все сильнее, но голос, как ни странно, оставался спокоен.
- А-а, это Джордан и Логан Бейнбридж.
- Понятное дело.
- Так ты их знаешь?
- Нет, просто эти имена им очень подходят.
Кэсси расплылась в улыбке. Он был такой симпатяга - взъерошенный, взволнованный, почти не запыхавшийся, а ведь бежал как угорелый! Еще ей очень нравились дьявольские огонечки в его глазах и то, что даже в таком состоянии он умудрялся шутить.
- С двумя мы с Раджем бы справились, но они взяли на подмогу еще двоих бугаев, а с четырьмя совладать сложновато, - сказал он, уже наполовину отвернувшись. И, убегая, добавил: - Ты лучше не ходи в ту сторону, незачем тебе с ними пересекаться. А если все-таки не повезет, я буду страшно признателен, если ты сделаешь вид, что не видела меня.
- Подожди! - опять остановила его Кэсси.
Казалось бы, ей незачем беспокоиться - не ее дело, не ее парень! Но сомнения вдруг улетучились: она во что бы то ни стало должна ему помочь.
- Туда нельзя, - затараторила самозваная спасительница. - За мысом скалы; ты упрешься в них и окажешься в ловушке.
- А если пойду сюда, вообще останусь без прикрытия - в эту сторону весь пляж, как на ладони, они вычислят меня в ту же секунду.
Мысли Кэсси замелькали с космической скоростью, а потом победно притормозили.
- Прячься в лодку.
- Что?!
- В лодку. В моторку. Вон она, у пирса, - девушка указала на катер. - Залезай в рубку, там тебя никто не увидит.
Он посмотрел на потенциальное укрытие и покачал головой:
- Вот где действительно ловушка. Если меня найдут там, пиши пропало. И Радж не фанат плавания.
- Не найдут, - убежденно заявила юная альтруистка, - они и близко не подойдут к лодкам. Я им скажу, что ты побежал к мысу.
Он внимательно посмотрел на храбрую девушку и абсолютно серьезно произнес:
- Ты не понимаешь, насколько они опасны.
- Мне по фигу, - бросила Кэсси и легонько подтолкнула его к пирсу. Что-то в мозгу нашептывало: «торопись, торопись, торопись». Стеснение как рукой сняло; сейчас было важно, чтобы он как можно скорее исчез. - Что они мне сделают? Побьют? Я же просто гуляю по берегу.
- Но…
- Прошу тебя! Не спорь. Прячься!
Еще секунду он потратил на то, чтоб окинуть Кэсси изучающим взглядом, потом повернулся, шлепнул собаку - «Пошли, малыш!» - побежал по пирсу, ловко забрался в катер, залег на дно и исчез из виду. Пес одним прыжком проделал все те же манипуляции и, оказавшись в катере, удовлетворенно залаял.
«Шшш!» - прошептала Кэсси.
Сейчас юношу и собаку не видно, но их сразу найдут, если кому-нибудь взбредет в голову прогуляться по пирсу. Чтобы ни у кого не возникло подобного желания, она повесила потрепанный канат обратно на самый первый столбик, затем лихорадочно окинула взглядом окрестности, с брызгами и девичьими воплями вбежала в воду, наклонилась и подняла со дна пригоршню песка и ракушек. Кэсси позволила воде вымыть лишнее из плохо запертой решетки пальцев так, чтобы две-три ракушки остались в ладони, и нагнулась за следующей порцией.
В этот момент со стороны дюн послышались крики.
«Я собираю ракушки, просто собираю ракушки, - девушка входила в роль. - Пока еще рано на них смотреть. Я очень увлечена».
- Эй!
Кэсси выпрямилась.
Их было четверо. Погоню возглавляли братья Порции: Джордан - тот, что из дискуссионной команды, и Логан - член Стрелкового клуба. Или наоборот?
- Послушай, ты не видела, куда пацан побежал? - спросил Джордан.
Парни принюхивались, как собаки, идущие по следу. Момент для стихов был, мягко говоря, не самый подходящий, но Кэсси вдруг посетило вдохновение. Четыре тощие борзые притаились с ухмылкой на мордах. Правда тощими этих парней можно было назвать разве что с перепугу, они лоснились от пота и запыхались, тем самым вызывая в девушке какое-то особенное презрительное чувство превосходства.
- Да это ж Кэти, подружка Порции, - вспомнил Логан. - Послушай, Кэти, здесь паренек только что не пробегал?
Кэсси двигалась очень медленно: ее ладошки были полны ракушек, сердце в груди предательски громко стучало, а язык примерз к небу, как к железяке зимой.
- Ты что, немая? Что ты вообще здесь делаешь?
Не говоря ни слова, она вытянула руки вперед и раскрыла ладони.
Амбалы посмотрели на нее, как на придурочную, и переглянулись. Девушка живо представила, как выглядит в глазах взрослых парней: худосочная малолетка с ничем не примечательными темноватыми волосами и невыразительными голубыми глазами. Просто девочка не от мира сего из Калифорнии, которой нравится собирать никчемные ракушки.
- Здесь кто-нибудь был только что? - переспросил Джордан.