Лиза Смедман – Отродье Идола (страница 15)
- О нет, моё, - ответила Зелия, плавно поднимаясь на ноги. - Это делает тебя куда более... мотивированным.
- Мотивированным на что? - напряжённо спросил Арвин.
- На то, чтобы спасти её.
На несколько мгновений она позволила тишине повиснуть между ними, потом добавила:
- Разве ты не хочешь узнать, как это сделать? Или лучше позволить твоим детям родиться в Бездне? Не думаю, что они долго там протянут. Вряд ли Кэррелл сможет их защитить. Они станут просто мягкой, воздушной закуской для любого проходящего...
- Хватит, - оборвал её Арвин. - Как мне её спасти?
Его ладони сжались в кулаки.
- Воспользовавшись Змеиным Кругом. Он может открыть дверь в Смарагд.
- Ты лжёшь, - не повышая голоса, отозвался Арвин. - Он открывает дверь на план Фуги, в логово Дендара, ночного змея. Если открыть эту дверь и выпустить Дендара, погибнут тысячи.
- Это правда, - признала Зелия, - но Змеиный Круг открывает не одну дверь. Есть и вторая — дверь, которую Ссет использовал почти четырнадцать веков назад, когда исчез с этого плана бытия и стал богом. Дверь, которая ведёт прямо в Смарагд... к Кэррелл.
Арвин напрягся. Его как будто оглушило.
- Ты... выдумываешь это на ходу, - сказал он. - Это просто обман.
Он мысленно перебрал то немногое, что узнал о змеином боге из снов, которые видел, когда Зелия поместила в него семя.
- Ссет оставил царство смертных, залетев в вулкан, - сказал он ей, - в одну из Вершин Пламени в Чульте. Я узнал это из твоих собственных воспоминаний в Соборе Изумрудной чешуи.
Зелия зашипела от смеха.
- И ты им поверил? - усмехнулась она. Потом насмешливая улыбка пропала с её губ. - Такова официальная версия, - объяснила она, - которую жрецы рассказывают мирянам. Сами жрецы знают, что Ссет покинул этот план бытия сквозь дверь, а не через извергающийся вулкан. Но проблема в том, что никто не помнит, где расположена дверь — только тот факт, что она находится где-то на Чультском полуострове. За прошедшие века все легенды смешались. Некоторые — например, Сибил — сделали ошибочное заключение, что Ссет вошёл в логово Дендара и каким-то образом ускользнул с плана Фуги на Смарагд, хотя это просто смешно.
Зелия сделала паузу, чтобы покачать головой, как будто разочаровавшись в Сибил. Затем её глаза блеснули.
- Используя Змеиный Круг, можно открыть дверь в Смарагд и спасти Кэррелл.
- Есть только одна проблема, - отозвался Арвин. - Мне известно лишь о половине Круга — она у Пакала. И я не знаю, где он.
- Ты найдёшь его, - сказала Зелия.
- Может быть, - парировал Арвин, - но что потом?
- Вторая половина по-прежнему будет у Дметрио Экстаминоса.
- Где он, я тоже не знаю.
- Я знаю, - ответила Зелия. - Его разум в последнее время был затуманен слишком большим количеством оссры, но по-прежнему функционирует.
Она указала на шрам на лбу Арвина.
- Когда ты получишь от дварфа первую половину, используй камень для связи со мной. Я скажу тебе, где находится Дметрио — и дверь, ведущая в Смарагд. Вместе с Дметрио вы сможете открыть её.
Арвин помешкал. Он знал, что не может доверять Зелии, но что, если Змеиный Круг действительно поможет ему спасти Кэррелл? Другой надежды у него не было. Он уцепился за неё, пускай это и было больно.
Он встретил взгляд Зелии.
- Ты знаешь, что я попробую забрать половину Дметрио и сам открыть дверь.
- Да, - с блеском в глазах ответила Зелия.
- Тогда почему готова довериться мне?
-Не готова, - прошипела она, - но если ты не выполнишь в точности мои указания, я скажу марилиту, что его судьба больше не связана с Кэррелл. Когда демон поймает её — а он её поймает — Кэррелл умрёт... как и твои дети.
Арвин почувствовал, как от лица отхлынула кровь. Следовало этого ожидать. Зелия всегда заботилась о том, чтобы у неё было, чем на него надавить — и сама Кэррелл вручила Зелии нужное ей оружие.
- Мне нужно кольцо Кэррелл, - наконец сказал он.
Зелия бросила ему кольцо — небрежно, как будто кольцо ничего для неё не стоило. Арвин поймал его и крепко сжал в ладони. Он посмотрел на Зелию.
- А тебе в этом какая выгода?
- Вечная благодарность госпожи Дедианы Экстаминос, - ответила она. - За то, что её сын, а не Сибил, отправится на Смарагд, освободит Ссета и получит от бога награду за свою службу.
Арвин испустил долгий, медленный вздох. Дметрио тоже хотел стать аватаром Ссета? Уже год Арвин боролся против одной юань-ти, которая хотела стать богом, и Зелия предлагала обьединить силы с другим — с тем, кто так небрежно использовал, а потом бросил женщину, беременную его ребёнком, тем, кто пользовался поддержкой самого страшного из врагов Арвина.
Арвин потёр виски. Он собирался сыграть в опасную игру. Чтобы спасти Кэррелл — и при этом не выпустить злобного бога на свободу — придётся найти способ одолеть Зелию.
- Ну? - спросила она.
Он закрыл глаза и пожал плечами. Зелия по-прежнему управляла его судьбой, так же уверенно, как если бы посадила в него семя. Ей нравилось наблюдать за его страданиями.
- Я сделаю это, - прошептал он. - Ради Кэррелл и наших детей.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
- Странная рана, - заметила она.
Арвин просто кивнул.
- Можете вылечить?
Жрица была молодой светловолосой женщиной, которая могла быть красивой, если бы не глубокие морщины на лбу — цена за принятие чужих страданий. Она ответила собственным кивком.
- Плачущий бог чувствует твою боль, сын мой, - произнесла она.
Она была одета в пепельно-серую рубаху, штаны и такой же серый головной убор, а к груди был приколот символ Ильматера — пара скованных рук.
Арвин хорошо помнил этот символ из своего детства. Отрубленные руки — они всегда казались ему таковыми — и другие символы мученичества украшали аббатство. Жрецов-мучеников Ильматера изображали во всей красе: усеянных чумными язвами, разрываемых на части волками или покрытых кровоточащими ранами. Мученики всегда смотрели в сторону Шуррока — дикого царства холмов, ливней, воющих ветров и диких зверей, места обитания Ильматера. В этом домене все его преданные последователи получали свою награду: вечные страдания.
Арвин мог пойти к целителю гильдии, но тогда пришлось бы отвечать на неудобные вопросы. Гильдия не одобряла «работы на стороне». Но в Часовне Исцеления, которая заботилась о людях Хлондета, всего лишь просили бросить пару монет — сколько мог позволить себе проситель — в деревянный ящик для пожертвований.
Предрассветный час только заканчивался, и на улицах за стенами часовни было тихо. Исцеления искал только Арвин. Но с наступлением рассвета каменные скамьи часовни наполнятся просителями.
Жрица прошептала молитву — Арвин знал её наизусть, хоть целительные молитвы в аббатстве и использовались нечасто; жрецы считали, что страдания закаляют дух. Раны на его пальцах медленно заросли. Священница коснулась его рта и ушей, и боль от каждой раны угасла. Закончив, она взяла в ладони его левую руку и коснулась обрубленного мизинца.
- Это, - сказала она, чуть приподнимая его руку, - слишком старая рана, чтобы я могла её исцелить. Здесь необходимо касание Боленосца.
- Ничего страшного, - отозвался Арвин. Он совсем не хотел встречаться с кем-то из старших жрецов. Единственная причина, почему он обратился в часовню — здесь работали самые молодые клирики ордена, мужчины и женщины, которые были недостаточно старыми, чтобы разворошить неприятные воспоминания Арвина. - Я привык.
Он не стал объяснять, что сделает с ним гильдия, если узнает, что он избавился от их метки. Может быть, однажды, наконец покинув Хлондет, Арвин разыщет жреца, который сможет вырастить новый палец, но...
Она отпустила его руку.
- У тебя лицо человека, который видел множество страданий. Да благословит тебя Ильматер и поможет нести твою ношу.
Арвин встал. Он был благодарен за исцеление, но не за напутствие. Меньше всего ему нужен был ещё один бог, вмешивающийся в его дела.
Когда он бросил монеты в ящик для пожертвований, в часовню влетела растрёпанная женщина, сжимая в руках неподвижного младенца.
- Её укусили! - закричала женщина. - Змея! Змея в колыбели! Она заплакала — разбудила меня — и я увидела у неё в кулачке змеиный хвост. Змея укусила её. Пожалуйста, прошу, вы можете её спасти?
Жрица занялась девочкой, коснувшись её крохотной ручки и прочитав заклинание. Арвин мгновение наблюдал за этим — мать задыхалась от бега, и скорее всего, было слишком поздно, чтобы нейтрализовать яд — потом выскользнул за дверь. Он не хотел знать, чём всё закончится. Покидая часовню, он услышал, как жрица бормочет соболезнования, а мать громко рыдает. По крайней мере, мрачно подумал он, женщина хоть ненадолго познала эту радость — держать на руках собственное дитя.
Арвин не знал, получится ли то же самое у Кэррелл.
Шагая по узкой изгибающейся улице, окутанной с обеих сторон зелёным мерцанием зданий, он спорил с собственной совестью. Кэррелл не понравится его вынужденный союз с Зелией — полгода назад она уже совершила эту ошибку, и результаты были катастрофическими. Она точно не одобрит любой план, в котором присутствует риск того, что обе половины Змеиного Круга попадут в руки одного из последователей Ссета. Арвину невыносимо хотелось снова поговорить с Кэррелл, но магическое послание, которое он отправил ей, покинув крышу Зелии, как и все предыдущие не достигло адресата.