Лиза Скоттолайн – Вглядись в его лицо (страница 36)
— Элен! Если тебе это неудобно, я не приеду…
— Да нет, все нормально, наоборот, очень удачная мысль…
— Когда мне лучше приехать?
— Уилл ложится спать в полвосьмого, так что приезжай в любое время после восьми вечера.
— Я освобожусь в девять. До встречи!
— До встречи. Пока! — Элен нажала отбой.
Неужели Марсело и правда собирается к ней в гости?
Ее начальник, в которого она влюблена! Интересно, во что выльется сегодняшний вечер — в романтическое свидание или прощание с работой? Элен и разволновалась, и испугалась. В лучшем случае придется врать Марсело в глаза о том, куда она отправится в понедельник. Ложь дастся ей не просто. Особенно если от него снова будет пахнуть обалденным лосьоном после бритья, если он будет распространять аромат самого желанного жениха.
Из детской послышался голосок Уилла:
— Мама!
Проснулся.
— Иду, солнышко, — крикнула Элен, снова превращаясь в маму.
44
— Здравствуй, Марсело, заходи! — Элен распахнула парадную дверь.
Гостиная выглядела так, словно в ней никто не жил. Игрушки Уилла, книги и диски убраны, ковер безукоризненно чист, на диванных подушках ни единой кошачьей шерстинки, полировка на журнальном столе сияет. В доме так чисто, что хоть на продажу выставляй.
— Спасибо. — Марсело перешагнул порог, и Элен посторонилась, пропуская гостя вперед и вдруг смутившись. Она так часто представляла, как он приедет к ней домой… Правда, пылесос в ее фантазии не вмешивался ни разу.
— Давай помогу, — предложила Элен, но Марсело уже снимал черную кожаную куртку.
Аромат его лосьона проникал непосредственно в кору головного мозга, напоминая ей о ее одиночестве и приглушая угрызения совести, которые могли бы выразиться словами: «Он мой начальник».
— Как у тебя тут мило, — заметил он, оглядываясь по сторонам.
Черная водолазка и коричневые мягкие брюки очень шли ему. Элен поймала себя на мысли: неужели до нее он ездил на свидание?
— Ты давно здесь живешь? — спросил Марсело.
— Лет шесть, — ответила Элен, отбрасывая волосы со лба. Она так старательно укладывала голову феном, и все-таки нашлась непослушная прядка… Перед приходом Марсело она никак не могла решить, что надеть. Переодевалась три раза и в конце концов надела джинсы с белым топиком, а сверху — любимый свободный синий свитер. На ногах — удобные разношенные домашние туфли. У них деловая встреча, и все. Пусть не думает, будто она на что-то надеется… — Хочешь пить? У меня есть диет-кола.
— Спасибо, с удовольствием.
— Подожди, я сейчас. Ты пока посиди. — Элен показала на диван. Хорошо, что она успела пропылесосить обивку, иначе красивые брюки гостя сразу облепила бы кошачья шерсть.
— А можно я с тобой? Посмотрю, как ты живешь.
— Ладно, только смотреть-то почти не на что. — Элен неуклюже махнула рукой в сторону столовой. Марсело у нее дома в первый раз. И они в первый раз так близко друг к другу — если не считать того случая, когда она потеряла сознание у него в кабинете. — Сам видишь, столовая небольшая. А кухня — просто крошечная.
— У тебя очень мило. — Марсело шагал за ней, непринужденно заложив руки за спину. — Так тепло, уютно.
— И чисто!
Марсело кивнул и улыбнулся.
— Я как раз собирался добавить: «И чисто». У тебя очень чисто!
— Спасибо. — Элен открыла шкафчик, выбрала подходящий толстостенный бокал без ножки, достала из холодильника банку с газировкой и лед.
Орео-Фигаро сидел на рабочем столе, с интересом наблюдая за происходящим.
— Я люблю котов. Как его зовут?
— Орео-Фигаро.
Марсело поднял брови.
— У меня на родине принято давать детям двойные имена. Например, моего брата зовут Карлос-Альберто. Пока я не переехал в Штаты, я и не подозревал, что здесь у многих тоже два имени.
— Здесь такого и нет. Наш кот — бразилец.
Марсело рассмеялся, открыл банку, вылил в бокал шипящую жидкость.
— Я живу в центре Филадельфии.
— Мне давно хочется переселиться в пригород, только боюсь, здесь трудно будет найти себе спутницу жизни. Где тут у вас происходит светское общение?
— Главным образом в песочнице.
Марсело улыбнулся.
— Мужчин здесь маловато, зато уж если есть, то холостяки.
Марсело снова рассмеялся.
— Я очутился в твоих краях потому, что ездил на «свидание вслепую». Представляешь?
— К сожалению, представляю. — Элен все больше нравился его акцент. — Ну и как все прошло?
— Тягостно.
— Прекрасно тебя понимаю. Тягостные разговоры, тягостный ресторан, тягостный поцелуй на прощание. Да, в самом деле тягостно.
Марсело снова рассмеялся.
— Рад видеть, что тебе уже лучше.
— Я так перепугался, когда ты неожиданно потеряла сознание. — Марсело слегка сдвинул брови, а в глазах у него мелькнула искорка.
У Элен потеплело на сердце.
— Спасибо тебе, ты так обо мне заботился…
— Не о тебе, а о себе. Я хотел поскорее уйти, а ты улеглась поперек дороги.
Элен рассмеялась. Марсело глотнул газировки и поставил бокал на стол.
— Итак, по поводу твоей просьбы…
— Да.
— Объяснись, пожалуйста.
— Даже не знаю, с чего начать.
— Давай будем друг с другом откровенными. На тебя всегда можно было положиться. Ты никогда не срывала срок сдачи материала. Я посмотрел твое личное дело; в прошлом году ты не брала отпуск. И вдруг ты падаешь в обморок и просишь отпустить тебя на несколько дней. — Марсело на миг отвел глаза в сторону, а потом посмотрел на нее в упор. — Знаешь… Обычно я никого не посвящаю в подробности своей личной жизни, но… Недавно у моей мамы нашли рак груди. Сейчас она дома, в Пинейросе, проходит курс химиотерапии и чувствует себя очень и очень неважно.
Его откровенность растрогала Элен. Она тоже беспокоилась за маму… На его лице явственно отражалась боль.
— Я тебе очень сочувствую.
— Спасибо. Если у тебя тоже… рак или другая болезнь, не бойся, я никому не скажу.