Лиза Скоттолайн – Улыбка убийцы (страница 22)

Мэри решила сменить тему:

— Как долго Кейша проработала у Сараконе?

— Два месяца, правда, с перерывами.

— Она что-нибудь рассказывала о нем?

— Не многое.

Ладно.

— Когда вы ее видели в последний раз?

— В среду утром, когда она уходила на работу.

Мэри стало не по себе.

— И вас не тревожит ее долгое отсутствие?

— Нет. Теперь такое случается. Она с ним.

Мэри напряглась:

— Билл, с ней ведь могло случиться что-то очень плохое. Девушка она привлекательная — и вдруг пропала.

— Она не пропала, — усмехнулся Билл. — Она с ним.

— Но вы же не знаете этого наверняка! Спросите у себя: почему она мне позвонила? По телефону ее голос звучал очень встревоженно. Я думаю, нам следует обратиться в полицию. Вы же говорите, что любите Кейшу. Зачем же так рисковать?

— Погодите, мне нужно подумать.

Билл молчал, покусывая нижнюю губу, но терпения у Мэри не хватило. Она достала сотовый и набрала номер:

— Детектива Гомеса, пожалуйста. Я по личному делу.

Через несколько секунд он взял трубку:

— Гомес.

— Детектив, это Мэри Динунцио. Исчезла сиделка, о которой я вам говорила. Кейша Грейс, та, что…

— Динунцио, вы сказали, что звоните по личному делу.

— Оно и есть личное. Для меня. Да и звоню я по линии, которая не прослушивается.

— Не смешно. Особенно после вашего фокуса.

— Какого фокуса?

— С газетой, с вашим журналистом. Назвали ему мое имя. Рассказали ему все, хотя по делу еще ведется расследование.

У Мэри даже рот открылся от удивления.

— Я и близко к нему не подходила на этой неделе.

— Возможно. Но в статье содержатся подробности, которые он мог получить только от вас. Вы не уважаете правила нашей профессии, и мне это не нравится.

— Подождите, а я думала, это вы ему проболтались.

— Чушь!

— Послушайте, давайте на минуту забудем об этом. Я звоню по поводу сиделки, Кейши Грейс. — Мэри старалась не сорваться на крик. — Она исчезла. Не появлялась дома со среды.

— Откуда вы это знаете?

— От ее бойфренда. Он здесь, рядом со мной.

— Ну так и дайте его мне. С вами я разговаривать не хочу.

Мэри протянула трубку Биллу, прикрыв ладонью микрофон:

— Пожалуйста, поддержите меня.

Билл кивнул, поднес трубку к уху:

— Все верно, с утра среды ее нет… У Сараконе она проработала два месяца.

Мэри одобрительно кивала.

— В этом нет ничего необычного. Она и раньше время от времени исчезала.

Мэри перестала одобрительно кивать.

— На прошлой неделе она отсутствовала два дня. На позапрошлой — день… Мне она ничего такого не говорила. Я не думаю, что она чего-то боялась.

Нет! Мэри вырвала у него телефон.

— Детектив Гомес! — крикнула она.

Но Гомес уже положил трубку.

Глава 9

В понедельник утром солнце отчаянно пыталось пробиться сквозь тяжелые тучи, нависшие над Филадельфией. Впрочем, Мэри погода не интересовала. Она снова взялась за работу. Хотя работать ей предстояло не в офисе, а в поместье Сараконе, в Бёрчранвилле. Из газеты она узнала, что похороны Джованни должны состояться именно этим утром, а это означало, что никого из Сараконе — и Чико тоже — в доме не будет.

Она приглядывалась к тому, что происходило за окнами ее машины. Сельская дорога была пуста, если не считать грузовиков, один за другим въезжавших в ворота: автофургоны компании, поставлявшей еду и напитки, три фургона из цветочного магазина, большой синий грузовик с мебелью — грузовик был открытый, и Мэри увидела в нем ряды элегантных стульев из белого дерева. Зачем все это было нужно, Мэри понимала. Обычно итальянцы после похорон устраивают поминки.

Наконец она вышла из машины и решительно направилась к дому. Ворота стояли нараспашку, ожидая новых машин. Мэри, стуча каблуками по асфальту, перешла улицу, думая о том, что ее темно-синий костюм сильно ограничивает число ролей, которые она могла бы попытаться сыграть. Выглядела она как адвокат.

Лихорадочно размышляя, Мэри миновала ворота, дошла до парадной двери и позвонила.

Дверь открыла пожилая женщина в старомодной черно-белой форме горничной.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? — спросила горничная с испанским акцентом.

За ее спиной пронеслась девушка с огромным букетом белых калл, навстречу ей торопился официант с хрустальной чашей, наполненной булочками в глазури.

— Рада вас видеть. — Мэри протянула руку. — Я из компании по организации поминок.

— Организации поминок? — нахмурилась горничная.

— Да, я координирую обеспечение цветов, еды, столовых приборов. — Мэри вступила в вестибюль. — Все, что тут сейчас происходит, это мы устроили. Такое мероприятие требует профессионального подхода, любителю его не поручишь. Я спланировала все это с Меланией.

— С Меланией? Она ничего мне об этом не говорила.

— Я приехала, чтобы убедиться: все в порядке, поминки пройдут без сбоев. Джованни гордился бы всем этим. — Мэри щелкнула пальцами, чтобы остановить еще одну цветочницу, проходившую мимо с букетом розовых гладиолусов. — Стойте! Это цветы для гостиной, она у вас за спиной!

Мэри надеялась, продемонстрировав знание планировки дома, убедить горничную в том, что она выполняет работу, о которой, признаться, и не подозревала до настоящего момента.

— Поставьте их рядом с камином. На столик красного дерева, так просила Мелания.

— Извините, — сказала молодая цветочница и повернула к гостиной, однако горничная все еще взирала на Мэри с бдительным вниманием сторожевой собаки.

— Как, вы сказали, вас зовут?

— Рикки Браули. — А что, один раз прошло. — Мелания вам обо мне не говорила? — ответа Мэри дожидаться не стала. — Мы с ней когда-то работали вместе. Наверное, она не хочет, чтобы об этом знали. Некоторым людям такое кажется неподобающим — организация поминок, — но ведь нужно быть реалистами, правда? Бедный Джованни, она так любила его, так любила.

Горничная молча слушала ее, склонив голову набок.