Лиза Скоттолайн – Навлекая беду (страница 35)
— Основания для иска отсутствуют. Я разорвал связь, а она захотела реванша. Линия защиты остается прежней. Это ничего не меняет.
— Это меняет все! Я несколько раз спрашивала, есть ли у тебя связь с Бет, помнишь? А ты лгал мне! — Какой же она была доверчивой! Верила, потому что хотела верить. Он был ее клиентом, ее другом… — Ты говорил мне, что оскорблен вопросом! И я чувствовала себя настоящим дерьмом!
— Я не хотел, чтобы ты узнала. Стеснялся. Боялся, что расскажешь Джэми. Или по крайней мере это как-то дойдет и до нее. Однако с юридической точки зрения все остается по-прежнему. Уверяю тебя, я не заставлял ее заниматься любовью.
— О каком договоре говорила Джэми? Что у вас за договор?
— Она останется со мной на время процесса и «Ай-пи-оу». Я хочу быть чистым как младенец. Так вот, если она дождется «Ай-пи-оу», мы разводимся, а ей достается десять миллионов. Если она уходит сейчас, то получает шиш. Сама бы ты что предпочла? Если понадобится, она солжет в суде.
— Не понадобится! — Энн туго соображала. Она не знала, что Гил бывает и таким. Какая же она тупица! — Я не заставлю Джэми врать ради тебя! И ты не будешь врать! Я не хочу с тобой работать! Поищи себе другую подельницу!
— Ну-ну, перестань, не принимай так близко к сердцу…
Его голос звучал умиротворяюще, однако Энн стало противно. Гил потянулся к ней, чтобы успокоить. Она попятилась. У нее никак не укладывалось все это в голове. Только что она вела определяющее для карьеры дело, а тут… Оказывается, она защищала настоящего мерзавца. Сейчас не было времени на размышления. Вдруг Кевин уже здесь? Церемония могла начаться в любую минуту.
Энн круто развернулась. При этом у нее здорово и слегка театрально закружилась юбка. Она вышла прочь, не сказав клиенту ни слова. Как такое объяснить? Никак, ведь она теперь брюнетка. Мысль: несдержанность и цвет волос не обязательно идут рука об руку.
Энн поспешила по коридору. Пройдя мимо выхода на улицу, она вошла в зал. Большая прямоугольная комната, стены в деревянных панелях. Ряды светло-коричневых складных стульев стояли двумя группами с проходом посередине. Заняты оказались только первые три ряда. Энн села сзади, чтобы лучше видеть. Она пыталась взять себя в руки. Это же ее последний шанс поймать Кевина. Она изучала головы и плечи сидящих впереди. Кевина не было. Энн посмотрела на часы. Одиннадцать пятьдесят пять. Мероприятие должно было вот-вот начаться. Где он? В пути?
Энн оглядела комнату. Джуди и Бенни стояли впереди и тихонько разговаривали. Потом вошла Мэри и присоединилась к ним. Мэт сидел справа, вместе с Дитсами. Гил — двумя рядами подальше, со склоненной головой. Кажется, на душе у него было тяжело. Рядом с ним — детектив Раферти, при плаще и галстуке, и его непрерывно курящий напарник, чья спина тяжело вдавилась в спинку стула. Собрались вроде бы все, и тут вошли несколько отставших. Энн пыталась не думать о том, что ее мать не потрудилась прийти, любовник предал, клиент лгал сквозь тщательно отбеленные зубы, а ненормальный убийца все еще находился в бегах.
Вошел человек из цветочного магазина. Поспешившая навстречу Джуди, проверив удостоверение, махнула, чтобы он шел в переднюю часть комнаты. Парень поставил цветы к остальным. Там уже находились лилии, хризантемы и белые розы. Розы были корпоративным подарком от клиента, другие цветы — от местных юридических фирм и букет от спортзала. От друзей — ни одного, так как друзей у Энн не было, а если этой иллюстрации недостаточно… Никто из присутствующих не плакал и не выглядел озабоченным. Даже слегка.
Она тут же вспомнила о пустом доме Уиллы, о ее черно-белых рисунках. Энн не хотела продолжать жизнь в духе Уиллы — закрывшись ото всех, в одиночестве. Однако шла она именно в этом направлении. Все вокруг служило подтверждением. Энн тут же решила, что эта смерть изменит ее жизнь. Но сначала нужно остановить Кевина. Раз и навсегда.
Бенни была уже на трибуне.
— Добрый день, — начала она, поправляя черную стойку микрофона. — Я — Бенни Росато, и я искренне благодарна тем, кто пришел сюда. Сегодня мы собрались, чтобы почтить память молодой женщины, которой я восхищаюсь. Это Энн Мерфи. Я взяла ее на работу год назад. Она сразу произвела на меня впечатление умного, образованного и трудолюбивого молодого юриста. Хотя, по правде говоря, на протяжении этого года у меня не нашлось времени, чтобы узнать ее получше. Это потеря для меня — не для нее.
У Энн пересохло во рту. В офисе они обсуждали другую заготовку. Бенни претила ложь, так что она собиралась выдержать свою надгробную речь в самом общем ключе. Джуди и Мэри, которые наблюдали со стороны, обменялись взглядами, а остальные работники фирмы начали перешептываться.
— Относительно недавно, — продолжала Бенни, — мне довелось пообщаться с Энн Мерфи поближе, и я по-настоящему полюбила ее. За бесстрашие, выдержку и упорство. За изобретательность. И даже за безрассудство…
Вдруг в дальнем конце третьего ряда вскочил какой-то молодой человек.
— Джуди Каррир! Мисс Каррир! — кричал он. — Мисс Каррир! Вы! — Он указал на Джуди, стоявшую перед рядами стульев. — «Сити бит» желает знать, мисс Каррир!
Бенни удивленно приоткрыла рот, а Джуди в ужасе отпрянула в сторону. Энн ничего не понимала. Это шутка? Что там за клоун? Присутствующие повернули головы к молодому человеку, а он все кричал:
— Мисс Каррир, как вы оказались в машине Энн Мерфи на следующий день после ее смерти? Вам есть что сказать?
Говоривший вскочил со складного стула и направился прямо к Джуди, так что никто не успел понять, в чем дело. На ходу парень вытащил из бокового кармана крошечный цифровой фотоаппарат.
— «Сити бит» желает знать!
«Сити бит»? Эту газету Энн читала по дороге в офис. Та самая, где работает журналист в австралийской шляпе, Ангус Конолли. Однако этот парень — не Ангус. И что ему нужно от Джуди?
Энн встала, изумленно наблюдая, как журналист приближается к Джуди и щелкает фотоаппаратом. Детектив Раферти и его здоровенный напарник вскочили со своих стульев и бросились на репортера.
В тот же момент другой мужчина завопил с противоположного конца ряда:
— Джуди Каррир! Каррир! Ответьте на наши обвинения! Что вы делали в машине Энн Мерфи? Энн Мерфи убили вы! В «Сити бит» выйдет статья!
«Что такое?!»
Энн окаменела. Глаза Джуди широко раскрылись, она замахала руками, пытаясь удержать равновесие, и рухнула на цветы. Энн кинулась ей на помощь. Краем глаза она увидела, как Гил рванулся к выходу, а следом за ним Дитсы. Мэт и Бенни пытались добраться до второго репортера, который выкрикивал обвинения в адрес Джуди, чем-то потрясая.
— Джуди Каррир! — кричал он. — Вы убили Энн Мерфи! У нас есть доказательства! У «Сити бит» есть доказательства! Единственное в своем роде тайное расследование!
Он не прекратил кричать и тогда, когда Бенни схватила его. Подоспели Мэт и еще двое мужчин, и все же журналист не унимался:
— Признайтесь! Вас видели в ее машине! У нас есть доказательства! Вы сидели за рулем машины Мерфи на следующий день после того, как ее застрелили!
«Боже мой!»
Энн приросла к месту, в глазах потемнело. Эти дилетанты считают Джуди убийцей!
— Это сделали вы! — завывал первый репортер, пока детектив Раферти с помощником укладывали его на пол. — Вы не смеете! Мы представители прессы! Мы представители прессы! У нас есть права! Конституционные права!
Панихида превратилась в ад кромешный. Люди повскакивали со своих мест, бежали, спотыкались о стулья. Энн толкали со всех сторон, и тут ее взгляд привлекла яркая красная вспышка в дверях. Дюжина красных роз, которые нес курьер. Над цветами было видно лицо. Волосы тускло-черные, однако глаза, нос и губы нельзя было не узнать.
«Это Кевин».
— Остановите его! — вопила Энн, стараясь перекричать грохот, но в следующий момент Кевин испарился. — Остановите его! Остановите того человека! — выкрикивала она. Увы, ее голос терялся в общем реве.
— Нет! — завизжала Энн, потом развернулась и кинулась за Кевином. На этот раз она его не упустит! Нет! Она врезалась в толпу, спеша к выходу. В комнату ворвались полицейские и преградили ей путь. Она вцепилась в короткий рукав одного из них, тщетно пытаясь добиться помощи. — Я без вас не справлюсь! Идите со мной!
Но коп уже был позади нее и тянулся к закованному в наручники репортеру, которого волокли детективы. Придется самой!
— Шевелитесь! ШЕВЕЛИТЕСЬ! — кричала Энн на выбегающих из комнаты людей.
На мгновение она увидела просвет и начала проталкиваться в холл, пытаясь высмотреть Кевина поверх движущейся толпы гостей. Вдруг кто-то впереди остановился, и Энн чуть не упала. Кто-то наступил ей на подол. Шляпа и очки были сбиты прочь. Энн дико оглядывалась, бросаясь то в одну, то в другую сторону. Кевина нигде не было. Она упустила его! Опять! Энн была готова заплакать, завизжать! Из глаз брызнули слезы отчаяния…
— Эй! — крикнула она, когда ее пихнули в бок, а затем почувствовала, что падает назад. Энн вцепилась в чью-то сумочку, которую женщина тут же дернула на себя. Следующее, что Энн запомнила, — она лежит на ковре, бьет по нему рукой и ее вот-вот затопчут. Прикрыв голову, Энн попыталась откатиться в сторону. На ладони и на лицо налипли лепестки цветов. Лепестки красных роз.