Лиза Скоттолайн – Каждые пятнадцать минут (страница 86)

Закрыв глаза, он пытался отогнать от себя видение Кристин, истекающей кровью на полу его кабинета, страшной алой раны на ее горле. Он слышал, как полицейские, больничная администрация и Лори разговаривают приглушенными голосами у дверей палаты. Пол уже ехал в клинику, предварительно наказав Эрику ничего не говорить полиции до его приезда. Но Эрик пока и не мог ничего сказать полиции – сначала ему надо было прийти в себя.

Он пытался осознать тот факт, что Сэм пытался убить Кристин. А еще, что Сэм убил Рене. По пути в отделение «скорой помощи» Эрик успел сообщить полиции то, в чем признался ему Сэм: что это он, а вовсе не Макс, убил Рене, и полицейские пообещали ему, что позвонят в полицию Рэднора и Макса освободят.

Эрик вспомнил тот первый вечер, когда он познакомился с Максом и его бабушкой – и его вдруг поразило понимание, что он сейчас находится в той же палате. Так замкнулся этот жутковатый круг.

Не открывая глаз, Эрик оплакивал бабушку Макса, Рене и Кристин. Он оплакивал и Сэма, умершего такой ужасной смертью. Так много насилия, так много смертей… Перед его мысленным взором вдруг встал образ Перино, который несмотря ни на что пытался спасти Сэма в последнюю минуту, Сэма, который вел себя по отношению к нему крайне непорядочно. Эрик подумал, что надо заново изучить историю болезни Перино, потому что если Сэм действительно давал ему какие-то лекарства, которые влияли на его состояние, то это отвратительная манипуляция, недостойная врача. Значит, Сэм использовал Перино в своих целях, так же, как использовал Макса.

Все существо Эрика содрогалось от ужаса и раскаяния. Он все пытался понять, как он мог так долго и так жестоко ошибаться в Сэме, который был настолько не на своем месте, как мог доверять ему. Ведь Эрик был психиатром и прекрасно знал, что большинство из нас носит маски – и эти маски очень отличаются от того, что прячется под ними. Он вдруг понял, что и сам носил маски – и, возможно, слишком долго.

Маску успешного заведующего, номера два в рейтинге, постоянно стремящегося все выше.

Маску хорошего отца, который слишком опекает свою дочь.

Маску хорошего мужа, который в результате оказался просто не нужен своей жене.

Может быть, пришло время снять все маски и посмотреть, что скрывается за ними на самом деле. Когда все это закончится – он, наверное, позвонит Артуру и попросит провести с ним новый курс.

Эрик вдруг почувствовал, что на глаза ему навернулись слезы – и толком не понимал, почему, и даже не пытался анализировать свои эмоции. Единственное, что он знал точно – это то, что он любит Ханну. На сердце у него стало легче при мысли, что ей теперь не нужно будет стыдиться его – это было важно не столько для него, сколько для нее. Его дочь, ее друзья, все дети в ее школе – они больше не будут считать его убийцей. Он снова станет уважаемым психиатром и отцом, пусть и несовершенным. Он слишком большое значение придавал мнению других людей о себе – таких, как Сэм и, может быть, даже Кейтлин. В его понимании любовь всегда была слепа – по крайней мере поначалу. И тут ничего нельзя было поделать, даже если очень захотеть. Он же был всего-навсего человеком, не больше.

– Эй, – заглянула за занавеску Лори, – можно к тебе?

– Конечно. – Эрик улыбнулся, он был рад видеть ее, и Лори улыбнулась ему в ответ, подходя к его постели.

– Как ты себя чувствуешь?

– Лучше.

– Полицейские очень ждут, когда ты будешь в состоянии дать показания, но я сказала им попридержать коней.

– Спасибо.

– Есть хорошие новости: похоже, Кристин сможет выкарабкаться после двух трансфузий. Мы потом сходим к ней.

– Отлично. – Эрик почувствовал, как его захлестывает волна облегчения и благодарности.

– Кстати, по иронии судьбы – знаешь, какая у нее группа крови? Четвертая отрицательная. Редкая. Нам пришлось побегать. И знаешь, чья кровь ей досталась? – Лори состроила забавную гримасу, смешно наморщив нос.

– Твоя?

– Да. Не думай, что это было легко!

Эрик рассмеялся. Это было здорово.

– А как дела в моем отделении? Что там произошло? Авария?

– Нужна хорошая уборка, но в целом все успокоилось. Амака бдит.

– Слава богу. А Перино, он как?

– Он внизу, в холле. Его жена не выглядит радостной.

– Не сомневаюсь. – Эрик сейчас просто не мог думать об этом. – А где были мои другие заместители во время пожара? Дэвид и Джек?

– Дэвид пытался найти источник огня и погасить его. Несмотря на свою астму, кстати. Джек был в отделении эндокринологии, флиртовал с какой-то сестричкой. – Лори нежно взяла его за руку, коснувшись пальцами его запястья. – Между прочим, я здесь не просто так, я выполняю свои профессиональные обязанности – я же твой лечащий доктор отделения «скорой помощи».

– И сейчас ты проверяешь мой пульс?

– Не совсем, – улыбнулась Лори.

– Тогда ты держишь меня за руку.

Лори улыбнулась чуть шире:

– А ты поцеловал меня тогда у торгового центра, в машине.

– Это все твое воображение. Все-все тебе привиделось, все твоя фантазия. Ничего на самом деле не было. И я, конечно, не забегал в этот торговый центр. Кто вообще способен на такую глупость? Уж конечно, не я, уважаемый заведующий.

– Ты довольно болтлив, ты знаешь об этом? – Лори наклонилась и нежно поцеловала его в губы, один раз, потом другой.

– Ого, – произнес Эрик, чувствуя приятное волнение, какого давно не испытывал.

Лори выпрямилась, лукаво улыбаясь. Темный кудрявый локон выбился из ее пучка, удерживаемого карандашом.

– Тебе нравится мой способ ухаживать за больными?

– Только не надо торопить события.

– Ха! – Выражение лица Лори изменилось, стало серьезным. – Ладно, думаю, надо признать, что ты был прав – и я рада этому. Ты верил в Макса гораздо больше, чем я, но он действительно не убивал эту девочку. Такой счастливый конец, да? Ну, типа счастливый…

– Типа… – Эрик почувствовал, как сжалось у него сердце. – Это так ужасно, что Рене убили… Она была так юна. И умерла из-за такой глупости! Хотя убийства не оправдывает никакая, даже самая веская причина.

– Зачем Сэм делал все это – можешь объяснить?

– Он хотел быть мной. Вернее, он хотел то, что, по его мнению, было у меня. Он хотел аплодисментов и очень хотел денег. – Эрик мысленно вернулся к тому, что говорил Сэм тогда на балконе. – Я собираюсь обратиться к администрации больницы и попросить их вывести Брекслера из состава Комиссии по лекарственным средствам. Если это ничтожество действительно продался фармкомпаниям и на их деньги построил свой Миртл-Бич, я хочу, чтобы он сел в тюрьму. Хватит уже сплетен. Это уголовное преступление, и я больше не собираюсь это терпеть.

– Да ты решительный парень! – Лори улыбнулась с гордостью.

– Черт возьми, так и есть.

– Тогда я с тобой. – Лори наклонилась и поцеловала его еще раз. – Как насчет ужина завтра вечером, после работы? Я угощу тебя джином с тоником.

– У тебя?

– Угадал. – Лори снова улыбнулась ему.

В этот момент занавеска зашевелилась, и они оба увидели, как Пол просунул голову в палату и уставился на Лори и Эрика с расплывающейся по лицу улыбкой.

– Когда свадьба, детки? – спросил Пол с явным удовольствием.

Глава 62

Следующие два часа Эрик провел в конференц-зале на административном этаже, беседуя с капитаном Ньюмайером, детективом Роадесом и помощником окружного прокурора. Он переоделся в очередной принесенный Полом комплект и рассказал им все, что случилось, очень подробно, начиная с того момента, как он нашел нестыковки в истории болезни Вирджинии Тихнер и заканчивая жуткой сценой на балконе. Они задавали много уточняющих вопросов, и он отвечал на все как можно детальнее, несмотря на протесты Пола, который никогда не доверял представителям властей и был против излишней откровенности. Слева от Эрика во время беседы сидел Майк из юридического отдела, а сразу за ним – Том и Брэд, все трое слушали очень внимательно и делали записи, но вопросов не задавали.

Допрос закончился, но теперь у Эрика оставались вопросы. Он повернулся к детективу Роадесу:

– Теперь, когда вы знаете, что Макс не виновен в убийстве Рене, как вы намерены действовать?

– Это все не так просто, как кажется. Мы, конечно, проверим ваше заявление, проведем расследование… свяжемся с его адвокатом и увидим, хотят ли они с нами сотрудничать и будут ли отвечать на наши вопросы. Дело в том, что одного вашего заявления недостаточно, несмотря на все наше уважение к вам, учитывая, что Сэм Уорд тоже был весьма уважаемым человеком.

Эрик вздрогнул при упоминании имени Сэма. Он до сих пор с трудом мог поверить, что Сэма больше нет, что он умер такой ужасной смертью… И сознание Эрика по-прежнему отказывалось признавать тот факт, что Эрик пытался убить Кристин, что он проводил ужасные эксперименты с Перино, что он предал их дружбу… Эрик понимал, что ему понадобится довольно много времени, чтобы разобраться в собственных чувствах, но уже сейчас он знал, что в душе у него преобладает горечь потери и скорбь.

– Кроме того, с Макса никто пока не снял обвинение во взятии заложников в торговом центре. И это уже не касается нас, это работа Главного управления Мэриона и капитана Ньюмайера. – Детектив Роадес кивнул в сторону капитана. – Может быть, спросите его об этом?

Капитан Ньюмайер прочистил горло:

– Доктор Пэрриш, я должен обсудить это с помощником окружного прокурора, а он, в свою очередь, должен будет обсудить это с самим окружным прокурором.