Лиза Скоттолайн – Каждые пятнадцать минут (страница 66)

– А Макс?

– Я не могу ответить на этот вопрос.

– Вы знаете, зачем Макс завладел телефоном Рене Бевильакуа?

– Я не могу ответить на этот вопрос. – Эрик постарался не выдать свое волнение. Они, видимо, нашли телефон Рене в спальне Макса. Он сильно сомневался, что они сказали об этом Мэри – она, скорее всего, рассказала бы ему об этом.

– Не испытывали ли вы во время ваших сеансов с Максом опасений, что он может убить Рене?

– Я не могу ответить на этот вопрос. – Эрик старался выглядеть невозмутимым и не выдать боли, которую вызвал у него этот вопрос.

– Доктор Пэрриш, если вы считаете, что пациент одержим мыслями об убийстве или самоубийстве, вы ведь обязаны предупредить потенциальную жертву и полицию, не так ли?

– Да, обязан. – Эрик сохранял хладнокровие.

– Не далее как сегодня вечером вы говорили лейтенанту Джена, что опасаетесь, что Макс пытается совершить самоубийство с помощью полицейских, не так ли?

– Да, говорил. – Эрик судорожно сглотнул.

– Если вы думали, что Макс одержим мыслями о самоубийстве, – почему вы не поместили его в больницу?

– Я не могу ответить на этот вопрос. – Эрик, наверное, будет задавать этот вопрос самому себе до конца жизни.

– Вы думаете, что Макс пытался покончить с собой сегодня вечером?

– Да, и вовсе не нужно быть дипломированным психиатром, чтобы это понять. Это очевидно. – Эрик старался не сказать лишнего. – Когда лейтенант сказал мне, что Макс угрожал по телефону, уже было понятно, что эти угрозы бессмысленны. Макс только пытался заставить вас причинить вред ему – и никому больше. И кроме того уже известно, что бомба была фальшивая, а в ружье не было патронов.

– Ваш адвокат утверждает, что вы сегодня рисковали жизнью. Когда вы входили в торговый центр – вы считали, что рискуете жизнью?

– Да, но я не думал об этом. Я думал о том, что мне нужно добраться до Макса, пока не поздно. Я знал, что если мне удастся поговорить с ним, я смогу его остановить.

– Почему вы были в этом уверены?

– Я не могу распространяться об этом, потому что это было бы нарушением конфиденциальности. – Эрик бросил взгляд на настенные часы, которые показывали 10:55. Он подумал о Максе, представляя себе, как тот вот-вот начнет свой ритуал.

– Доктор Пэрриш, чуть раньше во время нашей беседы вы выказывали очень сильное беспокойство о Максе, задавали вопросы о его местонахождении и состоянии, и вы нарушили полицейский кордон, пытаясь спасти его жизнь. Похоже на то, что у вас с ним особые, личные отношения.

– Нет, у нас с ним исключительно профессиональные отношения.

– Но Макс звонил на ваш личный номер после смерти его бабушки, не так ли? Это не конфиденциальная информация, потому что об этом вы уже сообщили полиции Рэднора.

– Да, Макс действительно мне звонил.

– Он часто звонил вам на ваш телефон?

– Я не могу ответить на этот вопрос, – Эрик вспомнил, что его телефон у полицейских, а значит, они, само собой, могли отследить и проверить все его звонки. Они просто пытались поймать его на лжи.

– А другие пациенты тоже звонят вам на личный номер?

– Да, мои частные пациенты звонят – в неотложных случаях.

– У вас с Максом были близкие отношения?

Пол вздохнул:

– О господи. Вы это серьезно?

– Конечно, нет, – возмутился Эрик.

Капитан Ньюмайер мигнул.

– Вы приходили в дом Макса и разговаривали с его матерью о нем – это так?

– Да.

– Вы практикуете подобное со всеми вашими частными пациентами?

– Нет.

– Вы совершали подобное в отношении хотя бы еще одного вашего частного пациента ранее?

– Нет, – вынужден был признать Эрик.

– Это правда, что вы провели некоторое время в его спальне?

Эрик колебался. Этот факт выходил за рамки конфиденциальности. Ограничения, который он установил для себя, сейчас играли против него.

– Да, это правда.

– Что вы там делали?

– Я не могу ответить на этот вопрос.

– Это был первый раз, когда вы посетили спальню Макса?

– Да, разумеется. – Эрику был неприятен этот поворот разговора.

– А Макс бывал в вашем доме? Он приезжал на сеансы к вам домой?

– Да, в мой домашний кабинет.

– Бывал ли он в других помещениях вашего дома, кроме вашего домашнего кабинета?

– Нет.

– Бывал ли он в вашей спальне?

– Нет! – Эрик вспомнил порошок для снятия отпечатков пальцев, который видел на первом этаже собственного дома. А ведь у него не было даже возможности подняться и посмотреть, есть ли на втором этаже такие же следы.

– Вы ходили куда-нибудь вместе с Максом? Ездили с ним на машине?

– Нет, – Эрик понимал, что полицейские засыпали этим порошком и всю его машину. Он вдруг подумал – интересно, когда они ее вернут?

– Вы не думаете, что обладаете необычным влиянием на Макса?

– Нет.

– Даже после событий сегодняшнего вечера? – капитан Ньюмайер сделал паузу. – Ведь вы смогли войти в торговый центр и вывести его оттуда в максимально короткие сроки.

Эрик почувствовал, что они ступают на весьма зыбкую почву.

– В чем ваш вопрос? – вмешался Пол.

– Как у психиатра – нет ли у вас особых способов влияния на своих пациентов? Управления ими?

– Нет, это очень распространенное заблуждение и неправильное понимание терапевтического процесса. Мы помогаем пациентам самим управлять собою.

– Но разве это не вмешательство или, если хотите, не манипуляция?

– Нет, вовсе нет.

– Забавно. Потому что на самом деле со стороны кажется, что вы именно манипулируете Максом.

– Нет, я этого не делаю.

Пол снова вмешался.

– Это вопрос?